— У нас действительно сложилась очень сложная ситуация, — взял слово генерал, чем заслужил недовольный взгляд «дипломата». — С одной стороны угрозы демона и его слуги, с другой стороны, мягко говоря, недовольство Луистана, и его союзников. Если бы мы открыто выступили на стороне демона, то надолго стали бы изгоями среди стран соседей. К тому же, даже если бы мы стали на сторону демона, всегда оставалась бы вероятность того, что орды с юга и востока вторгнутся и на нашу территорию, ведь неизвестно, сколько демон бы их сдерживал. И сдерживал бы вообще. Поэтому мы действительно тайно готовили помощь нашим соседям, которые должны были принять основной удар.
— Но и злить демона мы не могли, — снова заговорил «дипломат». — Поэтому мы приняли решение запутать демона и его слугу. Мы потребовали от наших союзников уступок по островам. Якобы от этого зависело, дадим мы помощь, или нет.
— Вы и нас запутали, в Луистане, — похвалил собеседников Гартош.
— Все должно было выглядеть очень правдоподобно, — развел руками «дипломат». — Мы ведь не знали, сколько шпионов демона находится в ваших штабах и кабинетах. И Прутанг, который почти все время находился среди нас, тоже должен был поверить, что мы не окажем помощи союзникам.
— Хорошо, будем считать, что инцидент исчерпан, — чуть поразмыслив, и не найдя в логике собеседников явной измены, согласился Оскол. — Теперь, после смерти Прутанга, у вас нет причин держать в тайне, ваше желание отправить помощь соседям.
— Совершенно верно, — поспешно согласился «дипломат», и осторожно спросил. — Меня вот интересует, если вы с таким трудом справились со слугой демона, то, как вы планируете победить самого демона?
Гартош и сам не знал, как он справится с демоном, поэтому попытался напустить тумана.
— Это не просто слуга. Этот эльф, является гораздо большим, чем простой исполнитель. Я с ним сталкиваюсь уже не первый раз. Где ещё, лучше не спрашивайте, все равно не поймете. Игра идет не только в вашем мире, а во многих. И ставки здесь гораздо выше, чем вы можете себе представить.
— А может, хоть немного дверку приоткроете? — чуть ли не заскулил «дипломат», так ему хотелось заглянуть в высшую лигу закулисных игр.
Оскол решил частично сказать правду, частично пофантазировать, тем более что его фантазии, вполне могли оказаться истиной:
— Я не знаю, кто этот демон, с этим ещё нужно разобраться, а вот с эльфом сталкивался неоднократно. Это личный враг моей семьи, и принес нам немало горя. Он один из сильнейших магов, каких я только встречал. А встречал я немало, можете поверить.
— «К тому же не факт, что эльф действительно служил этому демону, — поделился с носителем своей мыслью Тенос. — Возможно, их интересы просто совпали».
Гартош немного задумался, обдумывая слова атрата, затем продолжил:
— И как мне сейчас подсказали, не спрашивайте кто, у демона и эльфа могли быть разные интересы. Которые просто совпали, и сделали их союзниками. Эльф охотился на меня, демон, на Эльфимеру. С эльфом я разобрался, постараюсь сделать то же самое и с демоном.
— А не проще ли, отдать статую демону? — поинтересовался Волост.
— Нет у меня больше статуи, — буркнул носитель. — Не один этот демон за ней охотился. Другие охотники оказались удачливее. И я почти добровольно её отдал.
— Неужели она стоит того, чтобы высшие силы разных миров охотились за ней, и развязывали такие кровопролитные войны? — продолжал допытываться король.
— Я не знаю её истиной ценности, — искренне ответил Оскол. — Но мне кажется, что я продешевил, отав её.
— Тем, у кого находится статуя, она приносит одни беды, — справедливо заметил ещё один вельможа.
Гартош нехотя согласился:
— Вы правы, уважаемый. Вокруг неё столько пролилось крови, что её впору называть не рубиновой, а кровавой.
«Кровавой! Кровавой богиней!» — пронеслось в голове. И это воскликнули не атраты, а внутренний голос. От этой догадки мысли в голове понеслись с бешеной скоростью, и ни за одну из них не удалось зацепиться, чтобы сложить мозаику.
— Очень жалко, что нельзя вернуть Эльфимеру, — прервал галоп мыслей «дипломат». — Значит, демон от нас не отцепится.
— Это точно, — подтвердил Оскол. И многозначительно добавил. — И в стороне постоять не получится.
Вельможи, генерал и король хотели было возмутиться, но Гартош их прервал:
— Сколько войск вы готовы отправить в помощь соседям уже сейчас?
Генерал, после кивка Волоста, начал доклад:
— Пятнадцать тысяч кавалерии. Три пехотных дивизии, по десять тысяч штыков в каждой. И ещё четыре отдельных артиллерийских дивизиона.
— Для начала пойдет, — одобрил император. — Отправляйте немедленно. С запасом провизии на месяц. И ещё столько же подготовить и отправить в течение двух недель.
— Но это невозможно! — возмутился, было «дипломат». — Вы оставляете нас самих без защиты!
— Две недели, это крайний срок, — твердо посмотрел на Волоста носитель. — И прибедняться не нужно, я прекрасно знаю количество ваших войск сейчас, и то количество, которое вы можете собрать в короткое время.
Волост поспешно отвел взгляд, хотя «дипломат» смотрел честно и открыто, и в его глазах читалось оскорбление, за недоверие, ведь они сама честность. И только во взгляде генерала читалось торжество и радость, видимо считал, что армия Карции отделалась малой кровью — могли потребовать отправить на юг и большие силы.
23
— Врут сволочи! — уверенно заявил Эликсий, когда Гартош рассказал о своём визите к королю Карции. — Понятное дело, что слуга демона их напугал, но они наверняка постарались извлечь из этой ситуации, максимальную для себя выгоду. И острова они бы прибрали к рукам, при удобном случае, и выступили бы на стороне сильнейшего. За ними присмотр нужен постоянный. За самим королевством, и за тем войском, что они отправят на помощь соседям.
— Будем присматривать, — пообещал император.
Группа старшего Оскола вернулась в Луистан. Гартош повторил свой рассказ Казимиру, и сразу же связался с детьми — они впервые в чужом мире, вели войну самостоятельно.
— «Все нормально отец, — отозвался Мартан. — Пока разбираемся с особенностями здешней магии, и сломя голову в заварушки не лезем».
Рассудительности старшего сына мог позавидовать его дядя, Гнивер. Если бы был жив, конечно.
— «Если будет особенно жарко, вызывайте меня немедленно, — потребовал Гартош. — Или Алеандру».
— «Не беспокойся, — усмехнулся первенец, — у нас нет желания сложить головы в этом мире».
Слова сына немного успокоили старшего Оскола, и он связался с Алеандрой. На вопрос, как она справляется с местными магами, герцогиня лишь пренебрежительно хмыкнула:
— «Если бы не поддержка демона, у армии Луистана не имелось бы особенных проблем с этим сбродом. Даже без магов, которых извел Людвиг, справились бы. Возможно, ещё появится кто-нибудь достойный, но пока, так, мелочь».
Гартош не сомневался, что в этом мире, не найдется достойных противников вампирессе. Так что, и за судьбу Квирта и Алеандры, был более менее спокоен. Так что, можно было и дальше заниматься укреплением обороны юго-восточного направления. В объединенном штабе так же были настроены весьма скептически в отношении участия Карции в обороне от нашествия орд. И решили не особо надеяться на их помощь, а строить стратегию обороны, без участия самого восточного королевства. В новый вояж по восточным королевствам, Гартош отправился с более многочисленной делегацией — примкнули несколько опытных генералов и политиков.
Первым делом направились в Либурн, самое меньшое из трёх приозерных королевств. Оно имело сухопутную границу с двумя другими государствами приозёрья — Карцией, и Хотаром. Сами Карция и Хотар контактировали только на озёрах и островах. Находясь между этими двумя, более сильными государствами, Либурну приходилось проводить соответствующую политику — политику сдерживания и противовесов. Либурну меньше доставалось от набегов южных и восточных народов, но ближайшие соседи доставляли не меньше хлопот. Поэтому среднее (как назвал его Гартош), королевство, всегда держало свою армию в порядке, и настороже. И немалую, нужно сказать армию.
Горонга, короля Либурна, в отличие от Волоста, оповестили о прибытии высокой делегации, и он встретил союзников при полном параде, прямо посреди военного лагеря. Впечатление на союзников Горонгу произвести удалось. Ровные ряды пехоты и кавалерии, разнокалиберные артиллерийские батареи, многочисленные повозки, говорили о том, что к войне в Либурне готовились со всей ответственностью. А точнее сказать, уже были готовы. Оскол обратил внимание, что амуниция у бойцов была подогнана тщательно. Сразу видно, что не только что со склада, а солдаты уже успели врасти в неё, и почувствовать второй кожей. Кавалерия на высоких поджарых лошадях, готовых выдержать, как быстрый темп боя, так и долгий переход. В повозках крупные мощные битюги, даже издалека вызывающие уважение.
Делегация Луистана вышла из небольшого портала, и это так же вызвало у встречающих восторженный блеск в глазах. Горонг поприветствовал Оскола сдержано, с достоинством, и держался как равный с равным. Гартош с нескрываемой симпатией пожал руку седому, словно молоко королю.
— Много слышал лесных слов про вашу армию, ваше величество, — кивнув на ровные шеренги, похвалил носитель. — И вижу, что они правдивы.
— У нас не так много выпадает мирных лет, чтобы мы забывали про армию, — сдержано улыбнулся Горонг, и чуть помедлив, добавил. — Ваше величество.
После короткого приветствия, монархи провели такое же короткое представление военных и чиновников, которые не знали друг друга. Так же бегло осмотрели ближайший стрелковый полк, и артиллерийскую батарею.
— Дальше идти не будем, можем взглянуть на вашу армию и с воздуха, — объяснил император королю, свое нежелание прохаживаться вдоль выстроенного войска.
Он взмахнул рукой, и перед ошеломленными сопровождающими обоих монархов, возник ровный, слегка мерцающий экран, на который Алаза вывела изображение военного лагеря с высоты птичьего полета. Генералы Гартоша первые пришли в себя, и стали поглядывать на своих местных коллег с гордостью, и легким превосходством, мол — вот он какой, наш император, он и не такие фокусы показывать умеет. Горонг также быстро взял себя в руки, и вдоволь налюбовавшись новым для себя зрелищем, и убедившись, что стыдится перед пришлым императором ему не за что, пригласил гостей в свой шатёр.