– Или нет? – спросила я, делая шаг к альфе. Я не могла разгадать его хищный взгляд.
Сигурд молчал. Я чувствовала себя растерянной.
– Ну, нет, так нет, – произнесла я, выдыхая. – Что-нибудь придумаем!
– Что? Снова сбежать р-р-решила? Я смотрю, мой запах придает тебе хр-р-рабрости! – прорычал Сигурд. – Мне пр-р-роще, чтобы вы сидели здесь! А дальше посмотрим!
Дверь за Сигурдом закрылась.
Не прошло и получаса, как дверь открылась. Я шмыгнула носом, вытирая слезы.
– Что ревешь? – спросил Сальгард, появившись на пороге. – Сильно лютовал?
– Нет, – ответила я, делая глубокий успокаивающий себя вдох.
– Понятно, – усмехнулся Сальгард.
– Он тереться отказался, – произнесла я, видя, как Сальгард заходит в комнату. – Видимо, в наказание…
– Да бр-р-рось, – оскалился Сальгард. – Ты ему нр-р-равишься. Я бы даже сказал, очень сильно…
– Правда? – скептически подняла я бровь.
– Ну смотр-р-ри, на нем медальон, ты еще живая, он на тебя голос даже не повысил. И даже не куснул для профилактики! – прыснул Сальгард. – Из чего делаем вывод. Ты ему очень нравишься. Причем вне зависимости от того, истинная ты или нет.
– А ты что пришел? – спросила я, видя, как Сальгард прикрывает за собой двери.
– Как чего? Чесаться! – усмехнулся он. – Терпел, как мог.
– А как вы в дикой природе чешетесь? – спросила я, видя страдальца от почесушек. Вот что значит, расчесали волка. А ведь был же нормальный, суровый волчара. А потом пошел по наклонной. Сначала за ушком, потом между ушек. И покатился.
– Об елки, – буркнул Сальгард.
– А если Сигурд придет? – кисло спросила я.
– Ему сейчас не до этого, – загадочно усмехнулся Сальгард, располагаясь на полу. Он потянулся, зевнул и щелкнул зубастой пастью.
Пока я чесала Сальгарда, у меня в голове созрела мысль. А что если потереть об него Сиги? И самой потереться не мешало бы!
– Ну с собакой ты перегнула, – лениво произнес Сальгард. – Нельзя никогда сравнивать волка с собакой. А тем более оборотня. Это, считай, самое большое оскорбление!
– Ты хочешь сказать, что он просто обиделся? – спросила я робко.
– Он не просто обиделся. Он в ярости. Я-то думал, что дело в охотниках. Ну, и в них тоже! А тут оказалось вот что, – рыкнул Сальгард.
– Хочешь сказать, что такое он никогда не простит? – спросила я, а внутри все похолодело.
– Честно? Не знаю. Я бы не простил, – рыкнул Сальгард, не открывая глаз.
Значит, не простит. И вот почему он отказался тереться. По факту он от меня отказался. И что теперь делать? Как мне продержаться в стае?
Я прекрасно помнила слова Сигурда о том, что другие оборотни, не учуяв запах альфы, вполне могут забрать меня себе.
Мысли о том, что многие молодые оборотни с удовольствием воспользуются этим моментом, заставила поежиться. Ужасная мысль!
– А правда, что если на мне не будет запаха альфы, меня может забрать себе любой? – дрогнувшим голосом спросила я.
– Да, – рыкнул Сальгард. – Такое часто бывало, но в других стаях. Понимаешь, истинность – это дар богини. Это возможность выносить и родить волчонка. Ею отмечены далеко не все девушки. Истинных на самом деле мало. И некоторые волки так и не находят своих. Так почему бы не забрать чужую, если она вдруг не нужна? Так они рассуждают. Им тоже хочется создать семью, а терять понравившуюся девушку, которая умерла родами, не хочется. Мать Сигурда не была истинной. Она была обычным человеком. Ее не отметила богиня, но его отец был влюблен. И очень надеялся, что все обойдется. Но не обошлось. Поэтому, когда он встретил истинную, Ризу, мать Сигурда была уже мертва. И его истинная воспитывала Сигурда как своего сына. Ну и меня заодно! Мои родители погибли, поэтому она забрала и меня. Это она во всем виновата. «Бедненький, маленький…» И гладит меня, гладит… Так что меня с детства пристрастили к почесушкам. Это все она виновата!
– А Сигурда разве не гладили? – спросила я.
– Гладили! Конечно гладили! – усмехнулся Сальгард. – Он рычал, как положено волку, и кусался. Для приличия.
Сальгард усмехнулся и совсем разомлел. Он блаженствовал, подрыгивая лапой.
А я осторожно натерла руками Сиги, а потом стала тереть руками себя. Быть может, это сможет защитить меня. Ну хоть немного. Моя рука скользнула по собственной груди, потом тронула волосы.
– Я все вижу, – послышался голос Сальгарда.
Я испуганно дернула рукой.
– Могла бы попросить меня о защите, – произнес он, приоткрывая желтый глаз. – Раз Сигурд отказался, я дам тебе защиту. Но не бесплатно. Цену ты знаешь. Я тебе защиту, а ты мне… почесушки.
В один момент он обернулся человеком.
– Только без лишнего, – предупредила я.
– Постараюсь, – усмехнулся Сальгард, а его глаза вспыхнули желтым огнем.
Глава 30
– Сначала Сиги! – предложила я, глядя на Сальгарда. Бровь Сальгарда изогнулась, а я уже отчаянно терла об него песеля. Тот возмущался, пытался укусить, сопротивлялся что есть силы, но потом притих.
Я отложила Сиги, который еще не отошел морально того, что его с периодичностью раз в день трут о какого-то мужика. Он внутренне негодовал от происходящего. И обещал растерзать при первой же возможности.
– Теперь моя очередь, – выдохнула я, думая о Сигурде. Я подошла и стала тереться о Сальгарда, как малахольная кошка и для верности как медведь о сосну.
– Я не знаю, о чем в этот момент думает Сигурд, – заметил Сальгард. – Но у меня мысли разные… Очень разные…
От этого неприкрытого намека мне стало как-то не по себе.
– Спасибо, – кивнула я, тут же отходя на пионерское расстояние.
– А я-то думаю, почему Сигурд последнее время такой нервный. А об него девушка чешется. Как представил, что его будет обтирать девушка, так сразу почувствовал себя деревом. А вот когда по тебе елозят вот этим вот…
Взгляд Сальгарда упал на Сиги, который почесал себя за ухом тонкой лапкой.
– Так тут вообще звереть начнешь. Так что, если Сигурду вдруг бросят вызов, то ты сразу беги к нему и чеши об него эту блошку. Он так целую стаю уложит.
Сальгард усмехнулся.
– Я всё понимаю. Спасибо тебе, что… эм… сдержался! – усмехнулась я. Получилось немного криво и немного нервно.
– Я обладаю высокими моральными качествами, возвышенной и поэтической натурой, – перечислял Сальгард голосом, словно он давно пишет стихи. – Мой внутренний стержень позволяет мне сдержаться даже под натиском красавицы… Вот. Короче, я просто не хочу связываться с Сигурдом.
Вот об этом я не подумала. А не влетит ли Сальгарду за то, что я тут об него терлась? Нет, я всё понимаю, он сам согласился, и оставаться без защиты в замке, кишащем оборотнями, тоже не хотелось. Честно и доброе слово, гарантирующее мне защиту, это, конечно, хорошо, но запах надежней.
– А у тебя не будет неприятностей из-за этого? – спросила я, сожалея, что подумала об этом в последнюю очередь.
– Ну, тут как получится, – усмехнулся Сальгард. – Впрочем, если я приду с откушенным хвостом, ты будешь знать, за что!
Он вышел из комнаты, оставив нас с Сиги одних. Если бы на месте Сальгарда была Астрид, то я бы попросила защиты у нее.
Прошло совсем немного времени, как вдруг дверь открылась так, что я аж подпрыгнула.
На пороге стоял разъяренный Сигурд. Он закрыл дверь так, что по замку должна была пробежать трещина. Но, видимо, замок строили с учетом ревнивого оборотня, поэтому он чудом устоял.
– Это что за новости? – хриплым голосом произнес он. Сигурд потянул воздух носом, а я тоже принюхалась.
Он, не церемонясь, подошел ко мне и втянул воздух рядом со мной. Его свирепые ноздри затрепетали. Из груди вырвалось хриплое дыхание.
– То есть решила просить защиты у Сальгар-р-рда? – послышался тихий, но очень зловещий рык.
– Но ты отказал? – вздохнула я, глядя в его глаза. – У тебя есть другая. А нам с Сиги нужно как-то выживать. Пришла бы Астрид – потерлась бы об нее!
– Значит, так, да? – произнес Сигурд.
– У тебя есть Ингрид, – ответила я, чувствуя, как в моем голосе проскальзывает дрожащая нотка ревности.
– Ингр-р-рид, значит? – произнес Сигурд, резко привлекая меня к себе. – Как ты думаешь, почему я не позволил тебе? Есть предположения?
– Ну, – немного растерялась я, чувствуя себя добычей. – Потому что тебе это неприятно… Вот и всё…
– А ты не думала о том, что это может быть очень пр-р-риятно? – произнес Сигурд, всматриваясь в мое лицо. – Слишком пр-р-риятно, чтобы сдер-р-ржаться и не…
Он клацнул зубами возле самого моего носа. Какое-то странное волнение охватило меня, когда я смотрела в глаза хищника. То самое чувство, будоражащее и сладкое, заставило меня чуть-чуть задрожать в его руках.
– Настолько пр-р-риятно, что слово “нет” я просто не услышу, – произнес Сигурд, нависая надо мной. – Что больше нет поводка, который сдерживает меня, нет приказа от истинной: “Не трогать ее!”, а есть только…
Он не договорил, но по его взгляду и так всё было понятно. Желтые глаза горели хищным огнем, а свирепое, горячее дыхание опаляло мое лицо.
– И может быть, поэтому я ушел? – произнес Сигурд, чуть прикрывая глаза.
Внутри что-то трепетало, словно маленький, пушистый заячий хвостик. Трепет опускался вниз живота, и казалось, что там, внизу, бьется много-много маленьких бабочек.
– О таком ты не думала? – прорычал Сигурд. И тут же резко дернул меня к себе, снова принюхиваясь к моим волосам. – Сальгард еще отгр-р-ребет по полной.
– Не надо! – возмутилась я, но чувство бабочек не проходило. Слишком близко мы были друг к другу. – Он ни в чем не виноват! Мы обменялись. Я ему почесушки, он мне – защиту! И ничего больше.
– Я знаю, – потянул воздух Сигурд, снова принюхиваясь ко мне. – Что ничего между вами не было. – Иначе твой запах изменился бы…
– Что ты делаешь? – прошептала я, немного смутившись. Пока что меня смущали собственные чувства. Такие противоречивые и волнующие. Словно смерть с оскаленной пастью зависла над моим горлом, капая слюной…