Лариса не обманывала: чуть выше коленки виднелось входное отверстие, которое обильно кровоточило. Еще хуже дело обстояло с обратной стороной бедра: вероятно, перед тем, как вылететь наружу, пуля успела кувыркнуться. Вполне возможно, по дороге рикошетировала от кости или даже повредила ее.
– Эх, не в такой ситуации я мечтал тебе ножки раздвинуть! – пробормотал Бобер, бинтуя рану. – Жадр, кстати, у тебя есть?
– Откуда?!
– Тогда держи.
Оставалось только поразиться мужеству девушки. Ранение тяжелое, Лариса наверняка испытывает сильнейшую боль, и хотя бы раз застонала! Только губу закусила так, что по подбородку текла струйка крови.
– Вы теперь меня бросите?! – первое, что сказала Лариса, как только жадр снял болевые симптомы.
– Не говори ерунды! Как ты вообще могла такое подумать?! – возмутился Бобер. – Хочешь попить?
– Спасибо, нет, – отказалась она и вцепилась ему в руку. – Виталий, обещай, что пристрелишь, если по-другому уже будет никак. Обещаешь?!
– Не говори ерунды! – повторил он.
– А если не сможешь, пистолет мне дашь? – не успокаивалась Лариса. – Я сама все сделаю. Лучше уж смерть, чем снова к ним.
– Туман расходится, – явно желая сменить тему, сказал Бобер. – Теоретик, теперь я понимаю, зачем ты у меня ствол забрал. Чего уж там, впечатлило!
В ответ я лишь пожал плечами: а толку-то? Их здесь сотни, и для каждого из них у нас попросту не хватит патронов. Даже из расчета один выстрел – один труп. К тому же существует немалый шанс получить в ответ гранату. Навесом не получится: мы находимся в нише и сверху нас прикрывает многометровый каменный слой, но ее ведь можно и напрямую зашвырнуть. Правда, для этого необходимо подойти достаточно близко, а потому наша главная задача – не подпустить. Если у них не найдется что-нибудь наподобие РПГ.
– Лариса, как себя чувствуешь?
Я осторожно наблюдал за окрестностями, благо, что мою загоревшую почти до черноты физиономию не так-то легко увидеть: скала за спиной, к счастью, не белоснежного мрамора.
– Голова кружится, – слабым, едва слышным голосом ответила она.
Конечно же боль жадр снял полностью, но убрать все остальные симптомы тяжелого ранения ему не под силу.
– Потерпи, девочка, потерпи.
– Потерпеть до чего?
Вопрос, на который при всем желании у меня не нашлось бы ответа. И все-таки я ответил. Вернее, солгал:
– Вскоре наши должны подойти. Может, сегодня и не успеют, но завтра точно придут.
– Ну и откуда они возьмутся? – обоснованно засомневалась она. – Игорь, я слышала и ваш разговор, и то, что говорили эти гады. Неоткуда теперь помощи взяться.
И тогда мне пришлось солгать еще раз:
– Фил должен прийти, а бойцов у него!..
Фил был мертвее мертвого уже несколько дней. Да и народу у него никогда не было много – в лучшем случае человек тридцать. И если бы вдруг ожил и сам, и его люди, ничегошеньки бы он сделать не смог. Но как же мне хотелось дать ей хоть какую-то надежду! Симпатичной молодой девчонке с поломанной жизнью, которой осталось жить каких-то несколько часов в лучшем случае. И, желая прекратить неприятный разговор, я спросил:
– Бобер, от брикета что-нибудь осталось?
– Есть еще немного.
– Лариса, пожуй через силу и водичкой запей. Да побольше ее выпей, ты много крови потеряла.
– Себе оставьте, вам может пригодиться.
Пришлось повысить голос:
– Ешь, я сказал!
Мой приказной тон не дал ничего.
– Смотрю я на вас, парни, и думаю. Ну почему мне так не повезло угодить к этим мерзавцам?! Считала, здесь вообще нормальных людей нет, одни только такие и есть. Нет, вы же совсем другие!
– Лариса, когда отсюда выберемся, не забудь, что сейчас говоришь, – сказал Виталий.
– Что именно?
– Что мы хорошие. На Теоретика можешь даже не глядеть – у него Валерия есть. Но обо мне точно не забудь: знаешь, какие я на тебя виды имею!
– После всего того, что со мной было?! Иногда кажется – я настолько в грязи, что ее уже и не отмыть никогда.
– Глупостей не говори. В чем ты виновата? В том, что перенесло в Центр, а не в любое другое место? Держи, Теоретик. Вот в этом магазине патронов не хватает пять штук, так что имей в виду.
– Теоретик, спускайся! – голос, заставивший всех нас вздрогнуть от неожиданности, принадлежал Кондею, и был он приторно-сладким, словно местная ягода кайала. – И Ларочку обязательно с собой прихвати, дел у нее теперь значительно прибавится!..
Девушка сжалась в комок и даже зажмурилась.
– …А того хмыря, который с тобой в компании, можешь там и оставить. Дохлым конечно же, глядишь, тебе и зачтется.
Сам Кондей благоразумно прятался за огромным валуном, которых внизу было предостаточно. Не один, безусловно: перквизиторов там наверняка хватает и без него. Слишком удобен подход к этой каменной груде, которая когда-то была частью нависающей над нами скалы.
Что скверно – подходы к ней не просматривались, а следовательно, и не простреливались: узкая то ли промоина, то ли трещина в земле, которая тянулась чуть ли не к самому выходу из долины. Ну разве что частично, если встать в полный рост, чего категорически делать нельзя.
– Слышишь меня?
– Что хотел-то? – Отмалчиваться не было смысла.
– Честно? Кишки тебе выпустить как можно скорее. А пока Гардиан желает с тобой пообщаться.
После чего сразу же и раздался голос Гардиана:
– Вот скажи, Теоретик, ну чего тебе не хватало? Мы к тебе со всей душой, все лучшее, как дорогому гостю, а ты что в ответ? Ладно, человек я отходчивый и потому даю тебе еще один шанс. Спускайся – и останешься в живых. Конечно же отношение к тебе изменится, но ты будешь жив, а это самое главное. Если разобраться, жизнь – по-настоящему единственная ценность, которая у нас есть.
То-то так легко ты распоряжаешься чужими. Но я промолчал.
– Ты только вдумайся, Игорь. Через час, ну ладно, пусть будет через два, или даже сутки, тебя не станет, и ничего уже изменить не получится. Ничего и никогда! Ну не выбраться тебе уже отсюда! Да и какой смысл? Куда тебе идти, и кто тебя ждет? Знаешь, я ведь не был с тобой до конца откровенен – нету больше нашей Лерочки в живых! Согласен, есть в ее смерти и часть моей вины, ну так кто заставлял ее лезть в болото?! Нашли мы ее, Теоретик, мертвой. Но жизнь-то продолжается! Слышишь меня?
– Слышу.
Гардиан мог и лгать.
– А чтобы у тебя не осталось никаких сомнений, смотри! Узнаешь?
Узнаю. Незатейливые ярко-красные бусы хорошо были видны на фоне светлого, почти белого песка. Сам я их для Валерии и сделал. Из плодов какого-то дерева, похожих на зернышки граната, но куда крупнее и твердых, почти как кость. Мне понадобилось много усилий и времени, чтобы проделать отверстие в каждом из них. Но как она радовалась, когда получила бусы в подарок! Как будто не обычную поделку из неровно проткнутых зерен, а бриллиантовое колье.
– Ну и вот это еще.
На песок рядом с бусами упало оружие Леры. Револьвер, к которому местный умелец приделал деревянный приклад. От приклада, измочаленного зубами какого-то хищника, мало что осталось.
– Короче, на раздумье даю тебе ровно пять минут. Потом не обессудь: всему есть предел!
– Теоретик, не верь ему! – зашептал Бобер. – Ну бусы, ну ствол, и что?! Вполне возможно, что Лера их потеряла. А значит, есть надежда, есть! Теоретик… – ткнув меня кулаком в плечо, начал было Бобер, но дернулся всем телом и застыл.
И только затем откуда-то издалека пришел звук выстрела.
– Ой! – вдруг тоненько и жалобно пропищала Лариса.
А когда я обернулся, то увидел мертвой и ее. Судя по вспышке, стреляли с другой стороны реки, из чего-то мощного и непременно с оптикой, поскольку дистанция была почти огромна.
– Неожиданно, да? – донеслось снизу. – Но ведь ты еще цел? И чего мне стоит отдать приказ, чтобы выстрелов было три? Но я ведь обещал тебе жизнь!
Спуститься, чтобы его убить? Мне не дадут. Отложить казнь на потом, выбрав подходящий момент? Но что я стану представлять собой к тому времени? Наверняка получив те самые кристаллики и навсегда расставшись со своей личностью. Когда не останется никаких собственных мыслей, желаний, а только стремление как можно быстрее исполнить очередной приказ.
Где-то за спиной, заставив вздрогнуть и обернуться, раздался громкий треск. Чем-то похожий на звук от электрошокера, но намного, намного громче и куда басовитей. В нескольких метрах от края площадки висел портал. Впервые я видел его настолько близко, и он внушал страх, если не ужас, как все непонятное, неподдающееся логике, то, чего в нормальном мире быть не должно. Так и подмывало бежать, бежать от портала изо всех сил. Но вот же он, и внутри него бушует нечто похожее на черно-фиолетовые языки пламени.
– Ого! Теоретик, от тебя одни проблемы: эксперимент нам испортил! А если завтра портал опять не появится? Спускайся, пока не засосало!
Наверное, издевательский хохот внизу и помог мне решиться. А может, стайка птиц, которая целеустремленно летела к порталу и скрылась в нем в один миг. Я вскочил в полный рост, чтобы к нему броситься. До дрожи в коленях опасался, что портал исчезнет чуть раньше, чем в нем окажусь, лететь мне тогда вниз, на камни, и выжить при падении с такой высоты даже крохотных шансов нет.
Ударило по ушам, потемнело в глазах, тело пронзила острая боль, и на этом все.
Глава девятнадцатая
– Игорь, вставай! Сколько можно спать? Время обеда уже скоро. Опять из клуба домой под утро приперся?
Если Лера и ожидала моей реакции, то наверняка не такой. Я вскочил на ноги, дико озираясь по сторонам.
– Игорь, да что с тобой?!
«Живая!»
Объятия получились слишком сильными, и наверняка я сделал ей больно.
– Что уставился?
– Любуюсь.
– Стоп, подожди. Дай сначала я в порядок себя приведу. Кстати, косметичку мою не видел? И еще плойку. А заодно платье, твое любимое, – перечисляла Лера предметы, которых у нее быть не могло. – Игорь, ты уж извини, но улыбка у тебя сейчас какая-то глупая. Разве так смотрят на любимых девушек?