Он улыбается.
– Такой я понимающий человек.
Мы допиваем свои напитки – в полдень мне надо быть на работе, и я отодвигаю стул.
– Пройдёшься со мной?
Оливер проверяет телефон.
– Я бы прошёлся, но у меня встреча.
Я прищуриваюсь.
– Да? И с кем же?
Он колеблется, но отвечает:
– С Джеем.
Я смотрю на него.
– Что? Что это за взгляд такой?
– Какой такой взгляд? Нет никакого взгляда.
– Вот и хорошо.
Я принюхиваюсь.
– Ты поэтому одеколоном облился?
– Я всегда им пользуюсь, чтоб ты знала. – Оливер скрещивает на груди руки.
– Да, но в последнее время чаще, нет? – замечаю я.
– Ты на работу не опоздаешь?
Я не сдерживаю улыбки и шепчу, уже собираясь уходить:
– А рубашка тоже новая?
– Иди уже.
Я ему подмигиваю.
– Расскажешь потом, как прошло.
В книжном я почти сразу натыкаюсь на Тристана: он балансирует на лестнице, пытаясь повесить постер, который я здесь никогда раньше не видела. Давненько мы не работали с ним в одну смену.
Мистер Ли уехал на выходные из города и попросил нас присмотреть за магазином вдвоём.
Я рассматриваю постер.
– Кто это?
– Генерал Гриз из третьего тома «Космических ниндзя», – отвечает Тристан. – Классика.
– Похож на кролика.
– Кролика-мутанта, – поправляет меня Тристан. – Лабораторный эксперимент.
– Который пошёл не так?
– Ага, ты читала?
– Просто догадалась.
Тристан начинает спускаться, чуть не падает и нервно смеётся. Проводит рукой по волосам и смахивает с рубашки пыль.
Я кладу вещи на стойку. У кассы лежит поднос с лентами, коллекционными карточками, стикерами и парочкой именных значков.
– Это для книжного клуба?
– Не совсем. Это для эвента в честь «Космических ниндзя». – Тристан указывает на развешанные по комнате постеры. – Хочу их прорекламировать. Сделать наш книжный региональным центром встреч.
– Это же потрясающе! Наверняка много народа придёт!
– Пока всего восемь человек, – признаётся он. – И большинство из них – друзья из школы.
– Не так это и плохо. Я уверена, придёт ещё больше.
– Знаю, ты не большой фанат научной фантастики, но у нас скоро вечеринка в честь выхода фильма «Космические ниндзя 4». Приходи, если захочешь. Могу добавить тебя в список рассылки.
– Почему сразу не добавил?
Тристан краснеет.
– Я пришлю тебе ссылку.
Стягиваю волосы в хвост, обхожу стойку и открываю кассу. Внутри лежит коробка с закладками. Впервые вижу.
– Тристан, а это откуда?
Он подходит ко мне и склоняется над кассой.
– Оу… я их на уроках фотографии сделал. В школе. На них часы работы магазина и адрес. Будем раздавать покупателям. – Тристан указывает на иллюстрацию. – Это вот мистер Ли… видишь очки?
– Мистер Ли не носит очков.
– Знаю. Но так он ведь куда круче выглядит.
Мы смеёмся, и я ставлю коробку на стол.
– Ты прям преобразил это место, Тристан.
– Спасибо. Если послушать мистера Ли, даже книги об этом шепчутся.
Обвожу взглядом магазин и замечаю то, чего раньше не было: постеры, закладки, коллекционные фигурки в секции научной фантастики, которую мистер Ли передвинул на ряд. Тристан даже сделал дизайн для сайта магазина и добавил туда все медиа-аккаунты, которые ведёт. Мне неловко это признавать, но я немного завидую его креативности. Он всегда знает, что делать. Может, и мне тоже поучаствовать? Наполнить магазин признаками и своего особого присутствия. Помочь мистеру Ли ещё больше.
Приступаю к работе и хорошенько об этом задумываюсь.
Тристан стоит за стойкой, поправляет вещи на подносе и изредка поднимает на меня взгляд. Словно хочет что-то сказать.
Наконец он покашливает, чтобы привлечь моё внимание.
– Так ты завтра придёшь?
Я поднимаю на него взгляд.
– А что у нас завтра?
– Кинофестиваль.
Я еле сдерживаюсь, чтобы не охнуть от удивления.
– Оу… точно, конечно.
– Я тебе и браслет для афтерпати добыл. – Тристан чешет затылок. – Говорят, довольно эксклюзивная штука. Все меня о ней просили, но я смог выпросить только одну. И хочу отдать её тебе.
Я улыбаюсь.
– Это так мило. Но не нужно отдавать такую важную вещь мне. Особенно если так много народа тоже хочет пойти.
– Нет… то есть я к тому, что с самого начала хотел отдать браслет тебе.
– Оу…
– Если ты придёшь… мне бы очень этого хотелось. – Тристан проводит рукой по волосам и краснеет. – Там будут еда, музыка и куча народа. Модная такая вечеринка, но наряжаться необязательно. То есть я буду в костюме, потому что мне его мама купила, и другие режиссёры тоже, но ты… ты надевай что хочешь.
Афтерпати? Об этом он раньше не говорил. Я думала, посмотрю фильм, поздравлю Тристана и пойду домой. А теперь меня ждут еда, музыка и разодетые люди?
Тристан так всё описывает, что это кажется… чересчур. Я на такое не подписывалась. Он меня словно на свидание зовёт… Может, я вижу то, чего нет, но я пока не готова ходить на свидания. И что подумает Сэм?
Чувствую тяжесть телефона в своём кармане и представляю, каково будет Сэму.
– Так ты придёшь? – повторяет Тристан.
Я прикусываю губу. Не могу поднять на него взгляд. И мне не хочется этого делать, но… время сейчас неподходящее.
– Прости, Тристан. Но я не думаю, что смогу прийти.
Он удивлённо моргает.
– Оу… оу, это ничего. Я понимаю. – Он выдавливает из себя улыбку. – Может, в следующий раз. Или вроде того.
Тристан хватает поднос и уносится с ним в заднюю комнату. Может, я и вправду слишком много думаю. Да и бросать его в самую последнюю минуту… ужасно. Но у нас с Сэмом и так проблемы. Я не могу рисковать ещё больше.
Кажется, что с нашего последнего разговора прошла целая вечность. Я ни о чём, кроме Сэма, толком и не думаю.
Прихожу домой, слушаю его диск и представляю, что Сэм здесь, со мной, играет на гитаре. Это мой ежедневный ритуал: под его музыку я притворяюсь, будто он снова живёт. Так я не чувствую себя одинокой.
На диске четырнадцать песен, и я не помню, сколько раз уже пускала его по кругу. Третий трек – мой любимый. Это одна из его авторских песен, рок-баллада, написанная под влиянием творчества Fleetwood Mac. Сэм тихонько напевает в такт мелодии. Без слов, потому что песню он так и не закончил.
Сэм попросил меня помочь ему с текстом. Иногда мы представляли себя великим музыкальным дуэтом – как Кэрол Кинг и Джерри Гоффин. Однажды я спросила Сэма, что важнее, слова или мелодия, и Сэм ответил: «Конечно, мелодия». Я с ним не согласилась, но поэтому мы и были такой хорошей парой. Мы напоминали песню: он – музыку, я – слова.
Я лежу на полу в его комнате и смотрю в потолок. Повсюду раскиданы листы бумаги. Сэм сидит рядом, на его скрещенных ногах лежит гитара.
– Сыграй ещё раз… – прошу я.
Сэм проводит рукой по струнам, и комнату заполняет музыка. Я закрываю глаза и прислушиваюсь.
Мелодия замолкает.
– Что ты делаешь?
– Тише… я пытаюсь вдохновиться. – Я не открываю глаз.
– Тебя вдохновляет сон?
– Я не сплю… я думаю!
– Понял…
И Сэм продолжает играть, а в моей голове мелькают сцены. Бесконечное голубое небо, держащаяся за руки пара, лепестки вишни, падающие из окна. Я сажусь и набрасываю пару строк. Смотрю на Сэма.
– О чём эта история?
– В каком смысле? Мы ведь песню пишем.
– Каждая песня рассказывает историю, Сэм.
Он задумчиво чешет затылок.
– Я думал, нужна только рифма.
– Песни – это не только рифма, – объясняю я. – Они должны вызывать у слушателя чувства. Так что мы хотим вызвать этой песней? О чём она?
Сэм задумывается.
– О любви, наверное?
– Это слишком общая тема, Сэм.
– Разве не большинство песен такие и есть – поют об общем?
– Хорошие – нет!
Сэм со стоном откидывается на ковёр.
– Придумай тогда сама. Ты ведь писатель. У тебя лучше получится! Я потому и попросил о помощи.
Пару дней назад я рылась в своём столе и нашла записную книжку со строчками, которые писала так давно. После нашего разговора на крыльце я всю ночь работала над этой песней.
Скоро мы с Сэмом снова созвонимся, и я хочу устроить ему сюрприз. Написать как можно больше. Мы ведь обсуждали незаконченные вещи и желание оставить в мире свой след… вдруг это поможет. Сэм так много для меня сделал. Я должна ему чем-то отплатить.
Когда он отвечает, я понимаю, что волнуюсь. А потом упоминаю песню, и он просит прочесть ему слова. Я включаю музыку, чтобы было ясно, как это будет звучать вместе…
– Не забывай, я не певица.
Сэм смеётся.
– Судить не буду.
С диска льются гитарные рифы баллады, и я пою – по крайней мере, пытаюсь.
Там, среди звёзд, вижу тебя…
Ты так близко, если закрыть глаза.
Я беру тебя за руку – чувствуешь, да?
Я не отпущу – ты со мной всегда…
И я помню, бежали мы по полям,
Золотым-золотым. Я тебя не отдам.
Обо мне не забудь. Помни, помни всегда,
Что течением времени не смоет года…
Я выключаю музыку и опускаюсь на пол.
– Это всё пока. И знаю… голос у меня так себе. Если бы ты пел, звучало бы куда лучше.
– Нет, было здорово! – возражает Сэм. – Поверить не могу, что ты её написала. Звучит прекрасно, Джули.
– Ты ведь меня не обманываешь? – спрашиваю я. – Можешь не сдерживаться. Я не разозлюсь.
– Я бы лучше написать не смог.
– Ну да. Но я ведь не об этом.
Сэм смеётся и отвечает:
– Я тебя не обманываю. Она идеальна. Эти слова… они такие… как там говорится? Выразительные. За ними скрывается столько всего…
– А что тебе не понравилось? Я и критики жду.