– Все крупные преступления и по сей день решаются за счёт сил ответственных гильдий. А на откуп полиции идут мелкие правонарушения и бытовые убийства. – Пожал плечами Громов, никак не отреагировав на гневную тираду Великого князя. – И мы не в состоянии ничего изменить. Не в ближайшем будущем.
– В таком случае я не вижу смысла в Министерстве внутренних дел и полиции. То, что вы только что перечислили, вполне могут решить обычные дворники, и частные конторы за очень вменяемые деньги. Зато в бюджете сразу появится профицит, если убрать это бесполезное Министерство! – Эдуард даже привстал из своего кресла.
Похоже, они не первый день так спорили. И Эд всё же очень близко к сердцу принимает все изменения, произошедшие с некогда сильной и могущественной империей. И нам остаётся только молиться, чтобы он не сорвался и не пошёл вразнос. Потому что я не смогу с уверенностью сказать, кто из ныне живущих сможет остановить конкретно этого Лазарева. Боюсь, что в этом случае начнётся самый настоящий Апокалипсис, который проповедают некоторые течения.
– Стоп. – Поднял я руку, прерывая эту перепалку. – Я сегодня жутко устал, а у вас, как погляжу, достаточно времени, чтобы спорить. Давайте, вы нам всё быстро объясните и, мы пойдём отдыхать. А вы тогда продолжите. Можете даже морду друг другу набить, только не здесь. Здесь ковёр светлый, его выбрасывать придётся, если на него кровь попадёт. – И я жалко улыбнулся, скорчив умильную гримаску. Я и поунижаться могу, мне не жалко. Особенно если от этого зависит очень многое. – Какова наша задача во всём этом?
– Для того, чтобы оценить вашу подготовку в непривычной для вас ситуации. Вам нужно будет вычислить самостоятельно каждого главу пятнадцати Гильдий, – немного помолчав, ответил мне Громов, отворачиваясь от Эдуарда и поворачиваясь ко мне. – Это сделать будет не так уж и сложно по психотипам и кратком описании внешности. Пять высших Гильдий: воры, мошенники, торговцы, нищие и убийцы будут располагаться в специальных закрытых ложах. Остальная десятка будет традиционно рассеяна среди толпы.
– Вроде ничего сложного, – осторожно прокомментировал я наше задание.
– Как я уже сказал, по возможности, не выдавая себя и свою причастность к моей структуре, вы должны попробовать наладить контакт с главой Гильдии убийц. Ваш выезд на эту вечеринку будет, наверное, единственным случаем, когда мы сможем к нему подобраться так близко.
– Почему именно с ним? – спросила Ванда, вытаскивая из папки нужный лист. – Судя по тому, что про него написано, он на контакт с нами точно не пойдёт. Какой-то псих отмороженный, если то, что вы про него написали – правда.
– Потому что он молодой и амбициозный, и вряд ли откажется хотя бы от разговора с таким человеком, как Дмитрий Наумов, – ответил Громов Ванде. – Нам нужен свой человек в Совете Гильдий, и он подходит для этого лучше остальных.
– Как я понимаю, никто и никогда из Гильдий не сотрудничал со Службой Безопасности. Это прописано в их законах и карается смертью. Вы действительно надеетесь, что именно в этот раз у вас всё может получиться? – с сомнением проговорил Егор, так же, как и Ванда, читая характеристику на наш объект.
Я не удержался, и сам открыл папку, найдя нужный лист. Ага, что тут у нас: безэмоциональный, холодный, расчётливый, не подпускающий к себе никого на расстояние ближе одного метра. Полное отсутствие эмпатии. Двадцать лет. Серьёзно? Стать главой Гильдии в двадцать лет? Это что же он такого наворотил, чтобы занять это место? Я скептически посмотрел на Громова, который ждал, пока мы прочитаем то, что он нам выдал.
– У Дмитрия это может получиться. Как только вы окажетесь внутри, вы всё поймёте, – Громов посмотрел прямо на меня. Что же ты скрываешь? О чём не хочешь говорить здесь и сейчас?
– Это будет безопасно? – уточнил Эд, всё ещё хмурясь.
– Абсолютно. Места созыва Совета Гильдий очень хорошо защищены. А по периметру будут рассредоточены мои люди, но внутрь, как вы понимаете, нам будет невозможно попасть.
– Когда, говорите, состоится это знаковое мероприятие? – спросил я, прикидывая в голове варианты.
– Через четыре дня, – ответил Андрей Николаевич.
– Отлично, – протянул я. – Это, конечно, очень здорово. Рискованно, что бы вы ни говорили и довольно ответственно. Я не могу отказаться от этого задания, потому что это шанс проверить самого себя, и понять, на что я способен. Вот только есть одна маленькая деталь, – я улыбнулся, глядя на насторожившегося Громова. – Я не умею ездить на мотоцикле.
– Совсем? – задал, наверное, самый глупый вопрос за сегодняшний вечер опешивший начальник Службы Безопасности.
– Нет, наполовину. – Едва удержался я от того, чтобы закатить глаза. – Ну то есть мне Иван Михайлович давал пару уроков, но я сомневаюсь, что смогу уверенно проехать приличное расстояние, да ещё и с балластом в виде сидящей позади меня девушки.
– Это не сложно, тем более с тобой будет Ванда, а она как маг воздуха сможет тебя подстраховать, – ответил Егор. – Я умею ездить, но, как понимаю, для этого задания точно не подхожу. Пойдём, посмотрим, на что ты годишься. У тебя в гараже есть пара мотоциклов, один из которых привезли сегодня утром. Я так понимаю, доставили специально для этого задания?
Громов впервые на моей памяти выглядел растерянным. Он неуверенно кивнул, глядя на меня расфокусированным взглядом, отчего мне даже захотелось его пожалеть. Тщательно разработанный план, над которым, скорее всего, корпели не один день десяток эрилей, сейчас практически летит коту под хвост, из-за одного малюсенького недочёта.
Мы дружно встали и направились к выходу. Каждый думал о чём-то своём, поэтому на улицу мы вышли молча.
– Это одна из новейших разработок вашего машиностроительного концерна, – проговорил Громов, когда мы уже подходили к гаражу. – Как сказал Гомельский, в качестве рекламы ему будет даже не жалко, если вы его разобьёте о ближайшую стену. Главное, чтобы репортёры успели запечатлеть, что сам владелец ездит на машинах собственного производства.
– Там будут репортёры? – закатила глаза Ванда, которую фотографы уже откровенно достали.
– Внутри вряд ли. Главы Гильдий не любят светиться. А вот снаружи их будет предостаточно. Там соберётся слишком много золотой молодёжи в одном месте, чтобы не рискнуть и стать первым свидетелем какой-нибудь сенсации, – ответил Андрей Николаевич. Он, так же, как и все остальные, спокойно относился к этому придуманному и раздутому ажиотажу вокруг нас с Вандой.
Мы вошли в гараж, где сразу же зажёгся яркий свет. Среди нескольких машин представительского класса, на которых мы выезжаем на приёмы, либо в столицу, действительно стоял новенький, блестящий, только что пригнанный с завода мотоцикл.
Я подошёл к нему, сел и взялся за руль. Ощущения были непривычные. Лёгкий, с короткой рамой, руль с более тупым углом наклона и немного выше, чем у той модели, на которой учил меня ездить полковник. И вообще, вся модель более высокая. Он был для меня совершенно неудобен.
Осторожно заведя мотор, я тронулся с места и чуть не влетел в стену напротив, тут же потеряв управление. Развернув эту махину, я направил её в сторону открытых ворот и сорвался с места. Ну, не так уж и плохо. Правда, развернуться правильно я не успел и в поворот не вписался, поэтому только чудом смог сгруппировать и откатиться в сторону от завалившейся набок совершенно неуправляемой машины.
– Мне кажется, ваш план обречён на провал, – прокомментировал увиденное Эд, сложив на груди руки и открыто усмехаясь.
– Да нет, не всё так плохо, – подошёл ко мне Егор и подал руку, помогая подняться. – Я думаю, нескольких дней хватит, чтобы научиться сносно ездить. Ему же не нужно будет участвовать в каких-нибудь заездах?
– Нет, в этом нет необходимости, – протянул Громов, вытаскивая телефон из кармана брюк и набирая номер. – Борис, добрый вечер. Мне нужна твоя помощь. Срочно. Завтра утром подъезжай ко мне в отделение в Твери. Хорошо, буду ждать. – Он отключил телефон и прямо посмотрел на меня. – Завтра я представлю тебя инструктору. После его заключения мы решим, есть ли хоть небольшой шанс завести тебя внутрь байкерской тусовки или нужно сворачивать наш план. Эдуард, вы же откроете ему доступ в поместье? – Громов преувеличенно вежливо обратился к Эду.
– Как вам будет угодно, Андрей Николаевич, – явно ёрничая, ответил несостоявшийся император, насмешливо глядя на сжавшего губы Громова. Как же они любят друг друга, так и задушили бы в безусловно дружеских объятьях.
– Давайте сразу, что-то ещё от меня требуется? Какие-то определённые навыки или знания? Чтобы больше не было подобных казусов? – решил уточнить я.
– А ты что, не читал вводную информацию? – вместо Андрея Николаевича ответил Егор. – Там есть чётко сформулированные требования, касающиеся внешнего вида. Выразительная татуировка и серёжка в ухе. Без этого никак. Местный дресс-код.
– Серьёзно? – я повернулся в сторону засмеявшейся Ванды. – Ага, ясно, ты решил добить шуточкой опозорившегося друга.
– Ну Егор Викторович не так уж и не прав, – улыбнулся Громов. – Дресс-код там действительно присутствует. Но ничего экстраординарного. Все вещи будут доставлены в поместье накануне выезда. Если, конечно, всё останется в силе. Ладно, молодые люди, я вынужден откланяться. Завтра утром встречаемся за пределами поместья, чтобы я мог представить вас вашему инструктору, а Эдаурд смог настроить доступ, – и он отвесил Эду почти придворный поклон. Теперь настала очередь Великого Князя зубами заскрежетать.
Выпрямившись, Громов вышел через главные ворота поместья, оставляя нас одних наедине с уже не таким сверкающим и чистым мотоциклом.
– Ладно, мотоцикл – это не лошадь. К нему вполне можно применить немного магии, – хмыкнул Эдуард. – Садись, есть у меня пара идей, как заставить этого монстра тебе подчиниться.
– Ты хочешь, чтобы я попал на Совет Гильдий. Почему? – прямо спросил я у Эда.
– Этого очень хочет Громов. И он явно что-то недоговаривает. Причём не скрывает, пытаясь тобой манипулировать или как-то тебя подставить. Просто о чём-то умалчивает. И мне безумно интересно знать, о чём именно, – зловеще улыбнулся Великий Князь, призывая дар и направляя его на мотоцикл, ставя его передо мной.