Проклятый наг был реликтом уже прошедшей эпохи игроков, Домов и Владык, существовавших до битвы на Кейдане. Но мир изменился, уже никто веками не собирает карты, нет времени ждать и копить силы, неспешно переползая со ступени на ступень. Жить, жить здесь и сейчас – лишь это сейчас важно. Ухватить, урвать любой ценой, подняться выше, уничтожить соперников – для этого любые средства хороши. Предательство, обман, все это пустой звук для того, кто станет богом, приняв венец божественной силы из рук Смеющегося Господина.
– Хозяйка! – испуганный крик Тунашара прервал ее мысли. Раненой рукой, по которой стекали струйки крови, он указывал на призванное нагом создание. Покончив, с Горой Плоти одной сверхмощной атакой, шарик неспешно двигался к ним. Неожиданно Тирана вспомнила, как называют эти создания – эктиталь, ну и чем ей это поможет?
Гелина замерла, не зная, что предпринять, ее карты почти исчерпаны, ей нечего противопоставить не только, вновь исчезнувшему из вида и явно ждущему, что она предпримет, нагу, но даже его ручному шарику. Шепчущий играл с ней, оттягивая момент последнего удара, видимо решив, таким образом, развеять скуку. Нет, она не позволит развлекаться за ее счет, она еще покажет!
Но сначала нужно отвлечь Змея хоть на краткий миг, он не должен видеть что она делает. Еще один призыв и в ее руке проявляется глиняная, словно наспех сделанная кукла, на поверхности которой выжжены руны заклинания. Тирана поспешно разломала хрупкую фигурку, выпуска малого духа земли, заточенного в ней. В благодарность за свободу он обязан выполнить одно ее желание. И ее приказ краток: – «Ищи, найди, найдешь – убей!» Куча грязи, образовавшаяся вместо сломанной куклы, повинуясь ее воле, втянулась в землю и под поверхностью земли устремилась на поиски указанного ей врага. Гелина не сомневалось – дух найдет нага. Змей передвигается по земле, двигается и сотрясает почву, и ее помощник сумеет его найти, а вот победить – уже вряд ли. Он нужен только отвлечь внимание нага от действий девушки на несколько мгновений, этого будет достаточно.
Тирана решительно открыла свою сумку. Она до конца надеялась, что этого удастся избежать, вещица, которую лидер клана Изгоев собиралась использовать, пугала ее саму. Но она слишком хотела жить, любой ценой – уцелеть, а дальше она что-нибудь придумает. Выкрутится, обманет, если надо, то и предаст. Ей все это будет не впервой, сейчас главное выжить, а о цене она подумает потом.
– Тунашар, – девушка повелительно махнула рукой в сторону искрящего шара, отвлекая на него внимание соратника. Верный друг и охранник, повернулся туда и не заметил стремительного росчерка кинжала, зажатого у нее в другой руке. Черное лезвие без труда вошло в основание черепа, и ящер беззвучно осел на землю.
Не теряя времени, Тирана присела возле него и достала из сумки небольшое обсидиановое зеркальце, чья матовая поверхность не отражала ничего. Обмакнув свой изящный пальчик в еще теплую кровь, она аккуратно вывела на поверхности зеркала одно короткое слово: имя на языке без начала, том самом на котором говорят лишь боги. И с нетерпением стала следить, как кровь впитывается в черную поверхность. Вначале ничего не происходило, и секунды тянулись как века, но потом черная поверхность расцветилось радугой, и Тирана услышала голос, похожий на скрежет метала по стеклу.
– ЧЕГО ТЫ ХОЧЕШЬ, СМЕРТНАЯ?
– Убей моего врага и спаси меня, – убежденно произнесла Тирана, наблюдая, как эктиталь набирает энергию для удара по ней.
– ДА БУДЕТ ТАК, ТВОЕ ЖЕЛАНИЕ ИСПОЛНИТСЯ, НО ПОМНИ, ЕГО ИСПОЛНЕНИЕ БУДЕТ ОПЛАЧЕНО ТОБОЙ!
Девушка содрогалась от боли, причиняемой голосом, и отстраненно думала, что может, было бы лучше умереть, но сделанного, ей уже не изменить. Ее руки, с зажатым в них зеркалом, резко дернулась вперед и вверх. Зеркало стало невыносимо холодным, и гелина застонала от боли, не в силах ни разжать, ни опустить руки.
В воздухе перед зеркалом возник большой черный круг, ставший вратами в другой мир. Из него с невероятной скоростью выметнулись несколько десятков длинных острых клешней, впившихся в эктиталя, и разорвавших того на куски. А Тирана, несмотря на боль, почувствовала злое удовлетворение – теперь все будет по-другому. Она из первого ряда посмотрит, как спесивый наг будет драться против легионов Владыки Дома Боли. В этот миг, ей казалось, что устроенное ей зрелище стоит ЛЮБОЙ цены.
Шепчущий отчаянно сражался, выкладываясь сейчас как никогда: его клинки мелькали с запредельной скоростью, почти не различимые для глаз. Тренированное тело действовало само, а разум был судорожно занят поисками выхода. Откинувшись назад, наг затылком касается земли, пропуская над собой булаву, и тут же отбивает крюк на длинной цепи. Быстрый перекат, попытка разорвать дистанцию, но ему этого не дают, навязывая контактный бой. Он снова пытается контратаковать, но вынужден, не завершив серию ударов, уходить в оборону, отбивая ответный удар серпа и длинного кинжала с узким волнистым лезвием. Шестирукая, хищно улыбаясь противнику, вновь атаковала:
– Ты будешь достойным украшением трона моего господина, наг. Для твоей головы, я уверена, он подберет особое место.
Змей в ответ промолчал, он дрался с холодной решимостью и тратить силы на слова не считал нужным. В этом рейде и так было сделано непростительно много ошибок. Они и привели его к бою с одним из демонов-чемпионов Дома Боли – шестирукой Кали-мА, Взыскующей Долги. Эта схватка вообще не должна была состояться, но его глупость, гордыня и скука дали Тиране шанс, и та сумела им воспользоваться. Он так привык видеть в своей противнице ничтожество, не способное стать по-настоящему опасной, что позволил себе выпустить ее из фокуса внимания, пока разбирался с земляным духом. И ей этого хватило. Эта тварь не только открыла врата, но и сумела заблокировать его Сеть – убрать не смогла, но контроля он лишился. Все, что оставалось нагу, это принять бой с войсками Дома Боли.
Возле врат, открытых лидером Изгоев, грудой дымящихся кусков плоти лежал Нон-Соа – демон с тысячей клешней. Птицы Кай, мечущиеся сейчас в небе, гибли и падали на землю после столкновений с Вулканическими шмелями, призванными нагом. Безликие солдаты-демоны, вместо рук у которых были длинные костяные клинки, отчаянно рубились между собой – применение карты Предательство заставило их сражаться друг с другом.
Но это было все, что успел сделать Шепчущий. Ему необходимо было сбить волны хлынувших через портал демонов, чтобы не дать смять еще не развернутые порядки собственного Легиона. Занятый демонической мелочью, он не успел среагировать на атаку Кали-мА. Взыскующая Долги оказалась достойным врагом: невидимая и не ощутимая в ментальном и эмоциональном плане, она стремительно преодолела разделявшее их расстояние и связала его боем. Лишь чувство опасности, старательно развиваемое Шепчущим, позволило ему в последний момент уйти из-под удара, но демоница сумела навязать нагу контактный бой, не давая и мига для того, чтобы Полководец смог воспользоваться активатором и призвать свой отряд или использовать карты заклятий.
Наг каждой чешуйкой шкуры ощущал, как утекает время. Бесценные секунды, подобно драгоценным каплям падали вниз, перевешивая чашу весов судьбы не в пользу змея. До сих пор Шепчущего спасало лишь то, что использованный Тираной артефакт был весьма слаб и не мог пропускать через себя созданий темного бога сплошным потоком. Зеркало должно было сначала накопить энергию, чтобы потом одним импульсом на краткий миг приоткрыть врата, пропуская через них всех, что успеет войти в этот мир. Скоро зеркало породит новую волну. Наг видел, как ускоряются потоки энергий и силы, вытягиваемые артефактом из окружающего мира, еще немного и ее будет достаточно. А наг ничего не может с этим поделать, пока Шестирукая связывает его личной схваткой.
Длинный трезубец со скрежетом разрубает его наплечник, но доспех Кровавого Сокола достойно держит удар, не позволив оружию врага добраться до тела носителя. Ответный выпад тоже не проходит мимо, оставляя длинную черную царапину на бедре Шестирукой. Шепчущий вынужден рисковать, ускоряя темп боя, нанося сомнительные удары и делая неожиданные шаги: мельницу богов сменяет каскад рваных ударов, крыло алого дракона – пляска шайн. Опыт тысяч боев и знания сотен боевых школ и систем, известных нагу – все пошло в бой. Тело, подчиненное железной воле, перешло в боевой транс. Такое сверхусилие разрушительно, оно сжигает огромные запасы жизненных сил и потребуется много времени, что бы он смог восстановиться после него. Но это будет потом – сейчас главное победить, призвать Легион, а там появится время, чтобы вернуть себе контроль над блокирующей осколок сетью.
Клинок нага отсекает одну из рук Кали-мА, и демонесса уходит в глухую оборону, не давая Шепчущему реализовать полученное преимущество. Яд мечей хоть и проник в рану, но кровь этой демоницы, подобно раскалённой лаве, выжигает все, что попало внутрь тела. Отрава, способная быстро убить любого из смертных, так и не смогла причинить ей вреда, но рана, полученная от клинков нага уже не пройдет никогда. Отсеченная рука уже не регенерирует, теперь Кали-мА до конца вечности будет пятирукой, Но это для змея было весьма слабым утешением, потому что пульсация зеркала замерла. Оно втянуло в себя достаточно силы для открытия новых врат, и те широко распахнулись перед Тираной.
Портал еще вырос в размере, и из него показалась невероятно огромная рука, вся покрытая гниющими язвами, в которых копошились желтоватые личинки червей. На запястье виднелись не уступающие размером руке кандалы с цепью, уходящей вглубь врат. Пальцы подобно огромным колоннами впились в землю, обломанные на концах ногти оставляли на земле целые канавы, стремясь ухватиться за нее. Мускулы напряглись, вытягивая тело из портала, и в проеме врат показалась голова – огромная, с человекоподобными чертами, вся покрытая шрамами, ожогами и незаживающими ранами. Глаза этого создания были наполнены безумием и страданием, а рот раскрыт в безмолвном крике. Наг узнал его, хотя никогда не видел вживую, только читал легенды о нем: Великий Малагасси, полубог, сокрушающий горы, повелитель серных озер и хозяин Хребта скелетов, под его ногами сотрясалась твердь и плющились тела врагов. И не было ему равных, пока не осмелился бросить он вызов владыке Дома Боли и не проиграл ему схватку за власть. Бессмертный полубог не был способен умереть и вынужден был вечно страдать, служа бесконечным источником силы для своего победителя. От боли гигант уже давно утратил разум, и теперь Хозяин пустых зеркал иногда выпускал его против своих врагов, давая великану на краткий миг спустить свою ярость в бою.