Непривычно рассеянный и погруженный в свои мысли, Михаил не сразу замечал, что с ним здороваются или пытаются заговорить. Видел всех этих людей словно впервые. Он будто утратил какой-то внутренний стержень, дающий ему право стоять во главе «неотмеченных». Потерянный, мучающийся чувством вины и желанием облегчить страдания самых близких, сейчас Михаил не мог думать о государственных делах и военной угрозе.
Вместо того, чтобы пройти в свой кабинет, Верховский двинулся к кабинету Арнорда и Паши. Золотого Бога еще не было, вероятно, никак не мог расстаться со своей девушкой. Еще вчера это бы вызвало в Михаиле раздражение и неприятие, теперь он прекрасно его понимал. Нет ничего важнее семьи и людей, которых любишь. Жаль, что он так поздно осознал это.
Застыв на пороге, Михаил смотрел, как Пашка с высунутым от напряжения кончиком языка что-то пишет на листке бумаги. Тощий, белобрысый, совсем еще мальчишка, усики едва начали пробиваться. От непривычной нежности у Верховского защемило сердце. Он вспомнил, как пятилетний Пашка боялся темноты и прибегал в родительскую спальню. Они с женой ложили его между собой, обнимали и он тут же засыпал, засунув в рот большой палец.
– Командующий? – оклик сына вывел Верховского из состояния задумчивости.
Паша вытянулся по струнке и вопросительно смотрел на него.
– Что-нибудь случилось?
Михаил вошел в кабинет, остановился около парня и ласково потрепал по вихрастой шевелюре.
– Ничего, сын. Просто захотелось повидать тебя.
Глаза Пашки превратились в две круглые монеты, потом на лицо наползла неуверенная улыбка. Тут же вся его физиономия засветилась таким неприкрытым счастьем, что Михаила что-то будто кольнуло в сердце. Все, что нужно этому мальчику – его одобрение, скупое проявление отеческой любви. Как же кощунственно он использовал это светлое чувство сына.
– Пашка, ты сможешь меня простить когда-нибудь? – дрожащим голосом спросил Верховский.
Ему не нужно было пояснять, за что. Лицо сына потемнело, он опустил голову, шмыгнул носом, но тут же выдавил:
– Я простил… Я понимаю, так было нужно. Ради общего дела.
– Если бы я мог все вернуть обратно, – Михаил покачал головой. – Но теперь все будет по-другому. Ты, я и твоя сестра. Мы снова постараемся стать семьей. Я очень этого хочу.
– Я тоже, папа, – Паша поднял на него увлажнившиеся глаза. – Слышал, что Света вернулась. Как она?
– Ей плохо. – Верховский тяжело опустился на соседний стул. – Но боюсь, все, что мы можем, это помочь ей пережить утрату. Я не знаю, что ей говорить, как утешать.
– Да, я слышал, что Суморокова убили. Она его очень любила. Может, мне поехать к ней?
– Конечно. Ей сейчас нельзя долго оставаться одной.
– С ней будет Лиза, – раздался с порога бархатистый голос Арнорда. – А у нас есть дела поважнее.
Верховский вздрогнул, пораженный непривычной неделикатностью Золотого Бога. Обычно он чутко сопереживал чужим эмоциям, знал, как поддержать и утешить. Теперь же от него веяло холодом и даже презрением.
– Мне нужно кое-что обсудить с тобой, Верховский. Ты очень кстати зашел, – бросил он и уставился на Павла. – Не оставишь нас?
Парень с готовностью кивнул и, не задавая лишних вопросов, пулей вылетел из кабинета. Арнорд прошел к своему столу и опустился на стул. Поставил локти на столешницу, сцепил пальцы в замок и оперся на них подбородком. Его янтарные глаза уставились на Михаила, вызывая смутную тревогу.
– Ты хотел поговорить о похищении Лизы? – первым заговорил Верховский, не выдержав молчания.
– Не совсем. Скорее о результате моих размышлений, – вкрадчиво заметил Золотой Бог. – То, что я узнал, побывав в бункере, где держали Лизу.
– Я внимательно слушаю, – Михаил откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди, пытаясь унять накатывающее волнение. Арнорд и раньше вызывал у него нечто вроде преклонения, но раньше к нему не примешивалось страха. Сейчас же Михаил ловил себя на мысли, что Золотой Бог внушает ему именно это чувство. Словно при виде подобравшейся для броска змеи.
– Итак, как мы и предполагали, вардокам удалось найти вакцину от вируса. Притом, они сумели распространить ее почти во все убежища, где сейчас скрываются беглецы. И мне не нравятся их настроения.
– Что ты имеешь в виду?
– Они не собираются скрываться. В их распоряжении тайники с мощнейшим оружием: химическим, бактериологическим, ядерным. Если понадобится, они готовы в качестве острастки уничтожить половину населения Земли. И я не думаю, что людишки станут особо сопротивляться. Большинство сдадутся без боя, как только об этом станет известно. Ты – умный человек, думаю, и сам это прекрасно понимаешь.
– Как ни прискорбно, – кивнул Михаил. – Ты прав. Что мы можем сделать? Раскрыть все их убежища раньше, чем они начнут действовать, напасть первыми?
– Тогда все начнется еще раньше. Это будет концом… – протянул Арнорд.
– Что же ты предлагаешь? – напряженно спросил Верховский.
– Я попробую договориться с ними.
– Что? – Михаил подался вперед, непонимающе глядя на Золотого Бога. – Как договориться? Что мы можем им предложить? Вернуться к власти? Это невозможно!
– Разве я сказал о возврате власти? – рявкнул Арнорд. – Прекрати паниковать.
Снова Верховский поймал себя на мысли, что совершенно не знает и даже предположить не может, что творится в голове этого древнего существа. Может, зря он так ему доверял все это время? Золотой Бог поднялся и прошел по комнате, остановился у окна. Задумчиво глядя на разворачивающуюся из окна панораму города, проговорил:
– Я говорю о Зоне Икс.
– Что? – Михаил все так же непонимающе смотрел на него.
– Выделить им определенную территорию, к примеру, Сибирь подойдет, – стал пояснять Арнорд. – Согнать туда всех, в ком течет кровь вардоков. Установить там строгие правила и запрет покидать Зону.
– Вряд ли они согласятся, – рассудил Верховский. – Они могли бы править миром, а станут по сути заключенными. С какой стати им на такое идти?
– Я смогу убедить их главарей… – лениво протянул Золотой Бог. – Но и от нас потребуется кое-что взамен.
Он обернулся и смерил Михаила надменным взглядом.
– Поставлять им необходимую пищу.
– Ты же не хочешь сказать?.. – едва не задохнулся Верховский. – Об этом и речи быть не может!
– Мы будем отдавать им неизлечимо больных и преступников, – словно не слыша возражений, заявил Арнорд. – Сейчас популяция вардоков значительно сократилась. Им этого хватит. Понимаю, решение тяжелое, но подумай, что на кону: жизнь миллиардов и жестокая война, которая вполне может закончиться нашим поражением, или небольшой компромисс.
– В твоих словах есть определенная логика, – после долгого молчания сказал Верховский. – Но это как-то… Чем мы тогда будем отличаться от вардоков? Они по сути поступали также.
– Прошу тебя, хватит этого морализаторства, – поморщился Арнорд. – Насколько я помню, вопросы этики тебя мало интересовали раньше. Павел мог бы многое об этом рассказать.
Верховского обдало горячей волной, он с трудом сохранил контроль над собой. Арнорд безошибочно бил по самому больному.
– Люди не согласятся на это, – попытался он снова найти аргументы против такого чудовищного решения проблемы.
– Люди? – Золотой Бог расхохотался. – Да они сделают все, что скажешь им ты или я. Они – стадо, не имеющее собственного мнения.
– Если бы я не знал, что это ты, то подумал бы… – Михаил потрясенно тряхнул головой.
– Что подумал? – Арнорд с молниеносной скоростью оказался рядом и приблизил к нему лицо. Два сгустка пламени впились в глаза, пальцы Золотого Бога сжали плечи. – Скажем так, до определенного момента у меня были причины разыгрывать из себя спасителя человечества. Но всегда нужно знать, когда остановиться.
Верховский поежился, желая сейчас оказаться отсюда как можно дальше. Но Арнорд не отпустит его без четкого ответа, притом такого, который бы его устраивал. Что, если отказаться?
– Попробуй, – прошипел оллин, читая малейшие порывы его души. – И ты поймешь, что без меня ты – ничто. Люди пойдут за мной, а не за тобой. Неужели, ты еще этого не понял?
– Ты сам объяснишь им, зачем так нужно? – по лицу Верховского градом катился пот. Он ненавидел себя за ужас, который сейчас испытывал. Такого с ним еще никогда не было. Это демоническое существо парализовывало всякую способность к сопротивлению.
– Конечно, объясню, – по смуглому лицу мелькнула легкая улыбка. – И переговоры с вардоками тоже беру на себя. Не беспокойся, друг, – он снисходительно потрепал его по плечу. – Иди созывай Верховный Совет. И я очень надеюсь, что на нем ты во всем меня поддержишь. Иначе мне придется причислить тебя к своим врагам. А мне бы этого очень не хотелось, – ласково закончил Арнорд и покинул кабинет.
После его ухода Верховский долго еще сидел на месте, уставившись в одну точку, и пытался понять, какие же цели преследует Арнорд. Да, то, что он предлагает, чудовищно. Но с другой стороны, все вардоки окажутся под колпаком и будут обезврежены. Не нужно будет ждать от них какой-нибудь каверзы. Может, это, действительно, лучший выход в сложившейся ситуации? Но почему тогда сердце сжимается в тревожном предчувствии, будто он упустил нечто важное? Михаил вздохнул и устало потер лоб. Как бы то ни было, от него сейчас и правда мало что зависело.
Глава 18
Арнорду при поддержке Верховского без труда удалось убедить Верховный Совет в создании Зоны Икс. Был создан комитет, возглавляемый Неверовым, который разработал детали поселения вардоков на новом месте. Пока решили для этих целей использовать бывший лагерь "неотмеченных". Количество будущих поселенцев можно было только предполагать, но если их окажется намного больше, чем рассчитывалось, со временем планировали построить новые здания. Уже неделю велась усиленная подготовка, были выделены специальные отряды, спешно проходящие инструктаж. Арнорд же лично вел переговоры с вардоками. Верховский понятия не имел, как Золотому Богу удавалось выходить на след врагов, но старался не думать об этом. Главное, что оллину удалось договориться почти со всеми. А сегодня в город должна прибыть сама Гелаэлла с доверенными лицами