А дальше случилось то, чего Рина и опасалась: скрещенные за спиной запястья, и вместо верёвки - собственное платье. Возмутиться она не успела. Развернув её лицом, Ришар медленно, едва касаясь кожи, провёл пальцами сначала по шее, потом обрисовал ключицы, спустился на грудь и погладил уже напрягшиеся соски. А потом, легко обхватив талию Рины, усадил на стол. Женщина совсем потерялась в ощущениях, одновременно пытаясь понять, нравится ли ей происходящее. Ничего не видеть, да ещё и не иметь возможности пошевелить руками - осознание этого бодрило не хуже ледяного шампанского, хотя Рина и не любила его. Ладони Айсенса переместились на её бёдра, и Кареглазая предприняла последнюю попытку воспротивиться: беспокойство и неуверенность не давали до конца отдаться на волю нахлынувшим чувствам.
- Не надо, Ришар... - получился хриплый шёпот, потому что ноги Рины всё-таки оказались раздвинуты, и пальцы директора начали уверенно, неторопливо ласкать её.
- Я хочу, чтобы ты научилась доверять мне, Риночка, - тихий, проникновенный голос Ришара обволакивал, заставляя подчиниться, согласиться со всем сказанным. - Расслабься... Я не буду грубым...
Она окончательно перестала понимать, что происходит, сдавшись и перестав думать о связанных за спиной руках и повязке на глазах. Ладонь Айсенса поддерживала Рину за талию, он что-то шептал, но женщина не вслушивалась в слова, уплывая куда-то за грань. Она больше не задавалась вопросом, за каким чёртом Ришару понадобилось её доверие, да ещё и именно в таком вот оригинальном виде, тем более, он сдержал слово и проявил обычно не свойственную нежность. Рина таяла, рассыпалась на множество кусочков, задыхалась в его руках, растворялась в наслаждении...
Кажется, они переместились в спальню. Кажется, через какое-то время к ним присоединился Смерть - впрочем, как всегда. И, кажется, в очередной раз Рина потерпела поражение в упорной борьбе с собственными чувствами. Какими именно, Кареглазая предпочитала не задумываться, для собственного же душевного равновесия. Ведь когда-нибудь отдых закончится, и они вернутся в Академию, где ей предстоит учиться дальше.
А пока, когда всё закончилось, Рина молча встала с кровати и на слегка подгибающихся ногах направилась в душ. Две пары глаз, серо-мраморная, и разноцветная, проводили её внимательными взглядами.
- Тебе наскучил простой секс? - вполголоса поинтересовался лысый. - Я насчёт повязки и связанных рук. Не, не спорю, ощущения офигительные, но...
- Я в курсе, что ты не любитель таких развлечений, - Ришар усмехнулся, лениво развалившись на широкой кровати. - Смерть, если мы собираемся подкинуть Рину Коурэну, надо, чтобы она была готова к кое-каким его специфическим привычкам. Ей придётся пробыть с ним рядом довольно долго, если мы хотим добиться успеха. А значит...
- Эм, приятель, а что, этот псих садо-мазо балуется? - Смерть нахмурился.
- Тебя это удивляет? - Ришар пожал плечами. - Причём, это я ещё добрый к Рине, мне ни к чему возрождать её ненависть к своей скромной персоне.
- Что-то мне подсказывает, Кареглазка правде не обрадуется, - пробормотал лысый, почесав затылок. Паук шевельнул лапками, словно повторив жест неуверенности хозяина.
- У неё нет вариантов, - холодно обронил Ришар, прищурившись. - Или она научится получать удовольствие от игр на грани, или Коурэн вышвырнет её после первой же ночи, если заартачится. А нам это невыгодно.
- Хммм, в общем, да, - согласился лысый, потом широко ухмыльнулся. - А с чего ты, кстати, взял, что мне такие игры не нравятся, а, праативный? - он шутливо пихнул локтём Айсенса. - Я люблю острые ощущения, ты же знаешь.
- Знаю, знаю, - Ришар потянулся, и добавил. - Коурэн попытается что-то предпринять в отместку за двух своих людей и за то, что я помешал его планам. Игра начнётся всерьёз.
- Ну, ежу понятно, - согласился Смерть. - Вопрос в том, что именно.
- В Академию не сунется, он банально координат не знает, - Ришар прищурился. - Да и засеку я портал, едва Коурэн рискнёт здоровьем сделать его туда. Радует, что он ни разу не умный, хотя и хитрая сволочь.
Лысый поиграл бровями, молча согласившись.
- Значит, игры будут в других мирах, - задумчиво протянул директор Академии. - Надо быть готовым к неприятным сюрпризам. Жаль, не могу быть в нескольких местах одновременно, - Айсенс криво усмехнулся.
- Будем ждать, - Смерть кивнул. - И заниматься дальнейшей шлифовкой Кареглазой, - с ухмылкой добавил, покосившись на дверь ванной.
"Я больше не задаю себе вопросов, что происходит. И не спрашиваю себя о мотивах собственных поступков. Я просто делаю то, что считаю нужным. Точнее, что считают нужным для меня Ришар и Смерть. Не могу сказать, будто мне всё равно, что будет со мной дальше, нет. Но... автопилот включён, полёт нормальный. Не апатия, не депрессия, не равнодушие. Не могу дать точного определения тому, что со мной сейчас происходит. Я улыбаюсь, иногда даже смеюсь. Мне по-прежнему в кайф заниматься сексом - единственное стОящее развлечение в Академии. Однако я теперь умею убивать, и не только с помощью оружия. И сделаю это, не колеблясь, если ситуация потребует. Меня больше не тошнит от вида крови, и я спокойно могу сломать человеку палец, а то и руку, если эти конечности посмеют нагло меня лапать - несколько последователей безвременно почившего Артуро уже валяются в лазарете с гипсом. А ещё, я теперь умею вскрывать замки, пока, правда, не слишком сложные, и только отмычкой. Но Айсенс сказал, скоро приступим к освоению шпилек, скрепок, и прочих подручных предметов. Конечно, всякие цилиндровые вряд ли поддадутся такому кустарному способу, но уметь надо, мало ли что. В общем, теперь я приобретаю ещё и навыки домушницы и медвежатника в одном лице: на очереди после замков сейфы. И на сладкое, Ришар учит меня играть в карты. На пару со Смертью. И как в эти самые карты мухлевать... Придётся воспитывать в себе умение логически мыслить и тренировать память, ибо без этого хрен что получится... Никогда не любила азартные игры, но кого это колышет здесь, в Академии. Надо, значит надо. Стрелять и драться я тоже не умела, всего каких-то четыре месяца назад.
И маленькая пикантная деталь: мне, чёрт возьми, стали нравиться игры Ришара со связыванием... Вот уж не думала, что где-то в глубине души я настолько извращенка: спать сразу с двумя мужиками, да ещё и позволять им проделывать подобное... Мда. Невольно закрадывается вопрос: а что дальше-то, кожаная плётка и кляп в рот?"
Отложив ручку, Рина с хрустом потянулась, широко зевнув. Хотелось спать, и она робко надеялась, что сегодня к ней приставать не будут: Кареглазка так и не вернулась в казарму, но за спиной шептаться перестали по этому поводу. Стоило ей на тренировках пару раз показать, что она теперь не изнеженная гламурная девица, которую можно прижать в коридоре, или отпускать вслед пошлые шуточки. Рину больше не волновало, что практически все ученики Академии считают её личной подстилкой Айсенса - собственно, так и было, - гораздо больше она заботилась о сохранении в тайне дополнительных уроков, которые давали Ришар и Смерть. Ничего не объяснив, они просто попросили не афишировать её спецподготовку, а Рина уже научилась не задавать вопросов, ответы на которые всё равно не услышит.
Сейчас и хозяин кабинета, и его приятель отсутствовали, что дало Рине возможность записать порцию мыслей в дневник. Хотя несколько раз её засекали за этим делом, но пока не пытались интересоваться - к большому облегчению Рины. На ночь она убирала блокнотик под напольный керамический вазон с раскидистой пальмой, стоявший в углу кабинета. Из-за особенностей дизайна между полом и дном оставалась узкая щель, куда идеально пролезал дневник.
Ещё раз зевнув, она махнула рукой, и направилась в спальню, не собираясь дожидаться возвращения Ришара и Смерти. Спать очень хотелось, ибо встала она рано, и день был расписан плотно, а в предыдущую ночь Рине удалось поспать всего часа четыре. Выносливость и ненасытность что одного, что другого могла бы вызвать у неё удивление, будь они простыми мужчинами. Но один в сне и отдыхе вообще не нуждался, а второй жил несколько сотен лет и был вроде как бессмертным... Так что Рина предпочла привыкнуть, пусть даже ей хотелось секса не так часто, как Ришару со Смертью. Они не всегда считались с её усталостью, или ранними подъёмами.
Быстро умывшись, она скинула халат, и скользнула под покрывало, свернувшись клубочком и довольно улыбнувшись: может, повезёт, и удастся поспать хотя бы несколько часов, пока не вернутся Айсенс с приятелем... Но едва Рина смежила веки, в кабинете раздался звук открывшейся двери и негромкие голоса. Она не сдержала досадливого вздоха, настроение моментально испортилось. А после того, как открылась дверь в спальню, оно вообще упало ниже уровня канализации.
- Кареглазка, я знаю, что ты ещё не спишь, - послышался вкрадчивый голос, и кровать прогнулась под тяжестью севшего Ришара. Его ладонь провела по основательно отросшим волосам Рины.
- Но очень хотела бы, - буркнула женщина, приоткрыв один глаз и недовольно уставившись на Айсенса. - Я не железная, между прочим. И даже если по вашим словам умерла, тело моё ощущает вполне себе смертные потребности. Например, отдых и сон.
- Рииинааа, - протянул Ришар, и стащил одеяло с её плеча. - Успеешь выспаться и отдохнуть. Ну не упрямься, ты же знаешь, я всё равно получу то, что хочу... А хочу я тебя...
Рина вяло отбивалась, уже понимая, что очень скоро сопротивление будет сломлено: у Айсенса это очень хорошо получалось. И если она действительно не хотела повторения того, что случилось в самом начале её пребывания в Академии, стоило унять раздражение и покориться обстоятельствам. Хорошо хоть, Смерть не спешил присоединиться, видимо, оставшись в кабинете. Рина длинно вздохнула, прикрыв глаза, и позволила Ришару отбросить одеяло в сторону, перестав судорожно цепляться за него.
- Вот и умница, - раздался мурлыкающий смех, и пальцы Айсенса легко пробежались вдоль бедра Рины. - Ты же понятливая девочка, да, Кареглазка?