Мысли снова вернулись к Ришару и убийствам. Повторяю себе, как дятел, что я защищалась. Что они б меня отымели вовсюда, если бы я не сделала то, что сделала. И это повторялось бы с завидной регулярностью, директор прав, потому что других развлечений тут практически нет, кроме как зажать в углу какую-нибудь бабу. А вот что было бы, если бы не нож под подушкой?.. Богатая фантазия услужливо подкинула картинки в стиле жёсткого немецкого порно, и стало по-настоящему страшно. Да, секс люблю, но по обоюдному желанию, а не когда меня используют исключительно как резиновую куклу. Да ещё и в стрёмой групповухе. Да ещё и пересчитав перед этим рёбра. Нет уж, увольте, шлюхой себя никогда не считала.
Мысли, мысли... где кнопка отключения? Память раз за разом возвращала к той злополучной ночи. Я. Убила. Двух. Людей. Ножом. Хладнокровно. Чёрт..."
Рина отложила ручку, закрыла блокнот, и как обычно, сунула его под подушку. Потом сбросила сапоги, и вытянулась на кровати, закинув руки за голову и уставившись в потолок. Занятия уже закончились, но до отбоя оставалось время, и все разбрелись по интересам: кто-то отправился в спортзал на тренажёры, кто-то в тире торчал, кто-то в библиотеке. А кто-то уже спал. Рина же впала в какую-то непонятную прострацию, вроде не депрессию, себя жалко ей не было, но и желания шевелиться особо не наблюдалось. Будущая наёмница не могла никак уяснить своё место в этом новом мире, и от этого - ну и от недавних убийств, естественно, - ощущала себя крайне неуверенно. Давно забытое чувство, выбивавшее из колеи почище поведения Ришара. Накатила усталость, внутренняя отрешённость и отстранённость. Рине вдруг стало всё равно, что будет с ней дальше. Она прикрыла глаза и длинно вздохнула.
- Рина?
Вздрогнув, женщина с недоумением уставилась на дежурного по казарме: его шагов она не услышала.
- Ришар Айсенс ждёт у себя, - кратко произнёс он.
Известие не вызвало никаких эмоций кроме лёгкого раздражения. Вряд ли соскучился, уж в этом Рина не сомневалась. Скорее, опять мозг выносить начнёт, да руки распускать. Но она молча встала, пригладила вечно растрёпанные волосы, и направилась к выходу из казармы. По крайней мере, Ришар трахал её красиво, что ни говори. Единственная радость, оставшаяся в этом непонятном месте. На губах Рины появилась немного кривая улыбка: кто бы мог подумать, в кои-то веки она понятия не имеет, что творится в мужской голове.
Длинная лестница, короткий коридор, и знакомая дверь. "Интересно, а здесь другие комнаты кроме кабинета есть?" - мелькнула неожиданная мысль, и Рина вошла. На сей раз никаких свечей и романтики, просто уютный желтоватый свет настольной лампы, задёрнутые плотными шторами окна, и - приоткрытая дверь в соседнее помещение. Тёмная бровь Рины чуть приподнялась, выражая слабое любопытство. Значит, у Ришара тут что-то вроде многокомнатной квартиры. Сам хозяин кабинета и Академии стоял, прислонившись к письменному столу, и засунув руки в карманы, и изучал её непроницаемым взглядом мраморно-серых глаз. На сей раз рубашка была под цвет этих самых глаз, и наполовину расстёгнута. Странно, но Рина не отреагировала на вид мускулистой груди и гладкой кожи. Чувства и эмоции словно застыли.
На столе стояла толстая бутылка из прозрачного стекла, с жидкостью золотисто-коричневого цвета, похожей на коньяк или виски, и два широких стакана с кубиками льда.
- Пить не буду, - ровным голосом произнесла Рина, догадавшись, что это алкоголь.
- Будешь, - спокойно отозвался Ришар. - Тебе расслабиться надо, а пара глотков хорошего коньяка действует лучше любого успокоительного.
- Заботливый какой, - она пожала плечами. - Где ж ты раньше был, когда нож мне под подушку клал?
Во взгляде Ришара мелькнуло удивление. Очень правдоподобное.
- Нож? Какой нож, Рина?
Она чуть прищурилась, прямо посмотрев Айсенсу в глаза. Он даже не улыбался, по-прежнему вопросительно глядя на гостью. "Не врёт", - вынуждена была признать Рина. Но если не он, тогда кто?.. Директор пожал плечами, словно в ответ на безмолвный вопрос, повернулся и разлил в бокалы на два пальца алкоголя.
- Держи, - протянув один стакан Рине, Ришар сделал глоток из своего. - Коньяк, один из самых лучших. Тебе понравится.
- Споить решил? - не удержалась она от подначки, но стакан взяла. Спорить не хотелось, а вот расслабиться - очень даже. Пусть даже и с перспективой снова оказаться под Ришаром.
Айсенс слегка поморщился.
- Не люблю пьяных женщин, знаешь ли. Но и напряжённых тоже. Дёргаешься из-за тех убийств? - в лоб спросил он.
Рина сделала глоток - коньяк оказался отличным, как и обещал Ришар, мягким, ароматным, - и отошла к окну, немного отодвинув штору. Оранжевое солнце почти село, и низко у горизонта висела половинка одной из лун, на тренировочной площадке размахивали учебными мечами энтузиасты, которым, видимо, мало занятий. В остальном территория Академии оставалась пустой.
- Считаешь, стоит махнуть рукой и забыть? - немного резче, чем хотела, спросила она. - Я не настолько толстокожа, как ты, Ришар. Может, для тебя убийство и норма, для меня же далеко нет.
- Рин, выкинь из головы прошлую жизнь, уже давно пора, - негромко ответил директор, остановившись рядом и тоже посмотрев на пустой двор. - Ты здесь, это первое. Второе, я тебе уже говорил, для тебя убийство Кэла и компании было единственным выходом, если хотела дальше спокойно учиться.
Рина почувствовала, как сквозь апатию пробивается раздражение, грозившее перерасти в злость. Она снова сделала глоток коньяка, ощущая, как в желудке взорвался маленький огненный шарик.
- Одно твоё слово, и эта троица оставила бы меня в покое, - холодно произнесла Рина. - И так, на будущее, какие бы ты ни строил планы в отношении меня. Наёмница из меня хреновая выйдет, Ришар, как бы ты ни старался.
Покосившись на собеседника, она заметила, что директор Академии улыбается. Лениво так, с лёгким превосходством.
- Риночка, а вот тут ты заблуждаешься, - вкрадчивый голос вызвал мурашки по всему телу - апатия испарилась, как туман под ярким солнцем, и Рина не знала, радоваться или огорчаться. Допив коньяк, Ришар шагнул ей за спину, и обнял одной рукой, прижав к себе. - Я никогда не ошибаюсь, запомни. И потом, а с чего ты взяла, что я собираюсь делать из тебя какую-то заштатную наёмницу, мм? Начиталась пошлых книжек в прошлой жизни?
Рина проглотила ругательство - свободная ладонь Айсенса словно в задумчивости провела по её плечу, и замерла на груди, плотно стянутой под рубашкой тканью. Мысли женщины начали путаться, и отнюдь не от выпитого.
- Ну и кого ты хочешь из меня слепить? - совершенно не хотелось спорить, возмущаться, вообще, проявлять характер. Рина слабо удивилась собственному поведению, так разительно отличавшемуся от прежнего.
- Я тебе потом как-нибудь расскажу, - выдохнул ей в ухо Ришар, и чуть прикусил мочку, заставив гостью судорожно вздохнуть и выгнуться. - У нас есть дела поинтереснее... И перестань уже винить себя, ты защищалась, Риночка, - губы директора Академии прогулялись вдоль изгиба шеи Рины, пока его руки быстро, но без суеты, забрались под рубашку, коснувшись живота. - Убила и убила, они были подонками, каких поискать... Ты вообще молодец, быстро сориентировалась, умница моя...
Рина проклинала себя за слабость, но ничего не могла поделать - она таяла от этих слов, от неторопливых поглаживаний пальцами чувствительной кожи над ремнём штанов, млела от поцелуев. Желание цепочкой огненных вспышек пробежалось по рукам и ногам, и Рина прикрыла глаза, выкинув из головы ненужные размышления о правильности или неправильности своих поступков. Действительно, какая разница, раз она уже умерла, здесь не действуют обычные нормы морали, и никто не собирается её судить. И пора бы уж перестать играть роль подчинённой, мелькнула ехидная мысль. Губы Рины изогнулись в усмешке, и она, немного отстранившись, одним движением сняла безрукавку, развернувшись лицом к Ришару. Коньяк добавил огня, и её охватила лёгкость, и даже бесшабашность какая-то, хотелось подразнить Айсенса, считавшего, что он тут рулит.
- Значит, решил теперь в психоаналитика моего поиграть, да? - проворковала Рина, и её ладони скользнули под прохладный шёлк рубашки директора. На мгновение мелькнуло сожаление о коротко остриженных ногтях, в прошлой жизни ей нравилось оставлять на коже мужчин царапины - да и они тоже ничего не имели против такого проявления страсти.
- Решила всё-таки стать плохой девочкой, да? - в тон ей отозвался Ришар, и на мгновение ей показалось, в дымчато-серых глазах мелькнул странный огонёк.
- А я всегда ею была, - Рина тонула в его взгляде, от предвкушения очередной страстной ночи живот болезненно свело в сладкой судороге.
- Воооот как, - протянул Ришар, и вдруг в следующий момент гостья оказалась у него на руках. - Сейчас проверим, насколько, Риночка.
Тревожный звоночек попытался пробиться сквозь туман желания и лёгкого опьянения, но потерпел поражение. Не выпуская драгоценной ноши, Айсенс пинком открыл дверь в соседнюю комнату, оказавшуюся спальней. Широкая кровать с массивным деревянным изголовьем, тёмно-синее покрывало, такого же цвета ковёр на полу, и небольшой светильник на тумбочке, больше сгущавший тени по углам, чем дававший света. Поставив Рину, Ришар тут же накрыл её губы поцелуем, властным, жёстким, почти грубым, и она рухнула куда-то в тёмную пропасть наслаждения. Несмотря на богатый опыт, Рина честно признавалась себе, что только этот мужчина способен целовать так, что забываешь себя, забываешь, где находишься, да ёлки-палки, дышать забываешь!..
Закрыв глаза и закинув руки на шею Ришару, Рина самозабвенно целовалась с директором, даже не заметив, когда он успел снять с неё рубашку, и избавиться от своей. Голова кружилась всё сильнее, но это было приятно, её словно затягивала жаркая воронка... Пока вдруг Рина не почувствовала, что на талию скользнули ещё чьи-то руки. Всхлипнув, она оторвалась от Ришара, глядя на него широко раскрытыми глазами, и почему-то отчаянно не желая поворачиваться. А Ришар улыбался, какой-то особой улыбкой, и большим пальцем медленно водил по её припухшим от сумасшедшего поцелуя губам.