– С кем?
– С ситуацией, – посмотрел он в упор и добавил, – Если бы ты выбрала меня, он обещал не вмешиваться.
– Что-то не сходится, – растерянно проговорила я.
– Разве теперь это важно? – хмыкнул Павел и накрыл мою руку своей, – Мое предложение все еще в силе.
– Нет, – резко выдернув руку, отрезала я, – Мне нужна работа. Остальное не важно.
– Подумай, – вкрадчиво попросил Павел. Но заметив мой взгляд, поспешил сменить тему, – Инкогнито ты можешь легко работать через буфер.
– Вы поможете? – с сомнением уточнила я, – Мне важно остаться незамеченной.
– Не проблема, – кивнул он, – Мы настроим тебе удаленный сервер через надежный VPN, и твое местонахождение никто не вычислит.
– Отлично, – выдохнула я, – То есть я могу работать из любой точки страны?
– Ты собираешься уехать? – взволнованно уточнил Павел.
– Это не важно, – качнула головой, – Вы тоже не будете знать, где я нахожусь. Это мое условие.
– Настолько мне не доверяешь? – с горечью спросил он.
– Не вам… «ситуации», которой прошлый раз вы не смогли противостоять, – с издевкой отозвалась я, – Где гарантия, что Мирон опять не поставит вам условие, опираясь на ваш договор?
– Ты права, – вздохнул Павел, – Так будет надежней. Можешь брать любые задания с буфера. Зарплату буду переводить на виртуальный счет, оформленный на подставное лицо.
– Я согласна, – кивнула я, – Только я не поеду в офис. Все настройки надо сделать удаленно.
– Договорились, – немного подумав, ответил Павел, – Ты оставишь свой номер телефона?
– Нет, – не думая, ответила я, – Общаться будем только через корпоративный чат.
– Тебе что-то нужно? – с надеждой спросил он, – Деньги, защита или…
– Нет, спасибо, – перебила я Павла, но подумав добавила, – Хотя… Еще одна просьба.
– Говори… – с готовностью отозвался Павел, подавшись вперед.
– Вы никому не скажите, что я здесь и мы встречались, – выделяя каждое слово, произнесла я, глядя в упор, – Никому! Даже моим родственникам. Обещайте!
– Хорошо, – кивнул он, – Я обещаю. Но и ты обещай, что подумаешь о моем предложении.
Вместо ответа я отрицательно покачала головой и решительно встала.
– Мне пора, Павел Сергеевич. Я позвоню вечером для настройки ноутбука.
– Звони в любое время, – вздохнув, кивнул он, протягивая мне визитку, – В любое…
* * * * *
Выйдя из кафе, села на ближайший автобус и доехала до метро. А в метро уже спокойно села в вагон, идущий до нужной остановки. Постаралась запутать следы несмотря на то, что поверила Павлу, но рисковать все-таки не решилась.
Купив по дороге сладостей и фруктов, добралась до Олиного дома без приключений. Но, зайдя в квартиру, напряглась из-за непонятного предчувствия и подозрительной тишины.
Тихонько прокралась к комнате, где ночевал сын, и с облегчением выдохнула. Ваня, подперев щечку кулачком, спал, посапывая под тихое бормотание телевизора. Прикрыла дверь и пошла в комнату Оли.
Подруга даже не заметила моего появления. Сидя на полу и опершись спиной о кровать, она смотрела в одну точку заплаканными глазами и тихо всхлипывала.
– Оля! – вскрикнув, подбежала я к подруге, и присев на корточки, взяла ее за плечо, – Что произошло?
– Он был здесь, – всхлипнула Оля, подняв на меня заплаканные глаза, – Гриша был здесь…
– Что случилось? – ахнула я.
– Все кончено, – отозвалась она, опуская голову на притянутые к груди колени.
– Из-за чего? Он видел Ваню? – прошептала я шокировано.
– Нет, – качнула она головой, – Я его не пустила… Он решил, что я здесь с мужчиной.
– Почему ты не сказала ему? – вспылила я, – Я никогда не прощу себя за ваш разрыв.
– Он был не один… – пробормотала Оля, – Он приехал с Мироном. Я не пустила их внутрь.
– О боже! – ошарашенно прошептала я, машинально плюхаясь на пол пятой точкой.
– Все к лучшему… Это все равно случилось бы, – прошептала Оля, всхлипнув.
– Я позвоню Грише и все объясню, – попыталась успокоить подругу, – Только нам с Ваней сначала надо уехать подальше отсюда.
– Нет, не надо, – уверенно выпалила Оля, – Тебе есть чем рисковать, вернее кем.
– Но вы же любите друг друга! – запротестовала я.
– У наших отношений нет будущего, – утирая слезы, обреченно поделилась Оля, – Я не могу иметь детей, а он только об этом и мечтает.
– Почему ты так уверена? – растерянно уточнила я.
– Я много лет лечила бесплодие, – горько усмехнувшись, поделилась подруга, – А в итоге оказалось, что дело не во мне.
– Как это? – округлив глаза, удивилась я.
– Мой бывший муж постарался, – зло проговорила Оля, а я порывисто подалась к ней и крепко обняла, давая понять, что не хочу бередить ее раны.
– Все наладится, – гладя по спине, попыталась поддержать подругу, – Я уверена, что Гриша опомнится и вернется.
– Не вернется, – покачала она головой, – Они уехали в Лондон, вместе с Мироном.
– Уехали… – задумчиво пробормотала я, одновременно ощущая облегчение и невыносимую тоску.
– Даже если он вернется, – вздохнув, продолжила Оля, – Нам не стоит продолжать отношения, иначе потом будет еще больней.
– Он не отступит, – поцокав, возразила я, – Ты же знаешь его упертость.
– Знаю, – кивнула подруга, – Но не прощу, что он так обо мне подумал. Поэтому завтра мы вместе уедем в Верхний Исток.
– Уверена? – с сомнением уточнила я.
– Абсолютно, – отозвалась Оля, и добавила, – Я уже заказала билеты.
– А как же работа? – растерялась я.
– Позвоню Павлу, – усмехнулась Оля, – Удаленную работу еще никто не отменял.
– А как Гриша догадался, что ты здесь? – с подозрением уточнила я у подруги.
– Тоже об этом думаю, – нахмурилась Оля, – Похоже, перед отъездом мне надо сменить телефон и номер.
– Мамочка, – зашел в комнату, потирающий заспанные глазки Ваня, – Я был супергероем, пока тебя не было.
– Ты всегда мой супергерой, – улыбнулась я, обнимая сына и притягивая его на колени.
– Ну что мои герои, – воодушевленно позвала Оля, – Давайте перекусим и будем собирать вещи.
Глава 9
Мирон
На друга было больно смотреть. Прерывистое дыхание, как будто он втягивал кислород в легкие через силу, сжатые челюсти, глубокая морщина между бровей. Его взгляд потемнел и застыл, смотря в одну, известную лишь ему одному точку.
Изредка бросая на него сочувствующие взгляды, я так и не решился заговорить с ним, хотя бы на отвлеченную тему. Тем более, таксист, который вез нас к дому Гриши, был абсолютно лишней составляющей откровенного разговора двух друзей. Хотя он и бросал любопытствующие взгляды, но предусмотрительно молчал, и даже выключил музыку в салоне авто, позволяя нам погрузиться каждый в свои мысли.
И если мои мысли были связаны с беспокойством за Софию и навязчивым желанием размотать клубок тайн ее и Ваниного рождения, да и в целом прошлого, то я хотя бы питал надежду на то, что у нас с ней все будет хорошо.
А вот сидящий рядом, и застывший, словно глыба льда Гриша, похоже проживал все стадии агонии. И нет, так просто он не убьёт в себе эти чувства, выйдя из машины в конце нашего короткого пути беззаботным и привычно забавным.
Сейчас он рвал в себе остатки надежды, перестраивая свое сознания с абсолютной эйфории на абсолютное отречение, а я не понимал, как могу ему помочь или хотя бы поддержать. По моему мнению он сильно поторопился, возможно сделав неправильные выводы о сложившейся ситуации.
И я бы не был бы так уверен, не знай я Олю и их с Гришей стремительно развивающиеся отношения. Тем более, я запомнил выражение лица Оли, и как в мгновение потухли ее глаза, наполняясь туманом горечи.
Но говорить об этом сейчас с Гришей было бесполезно. Я практически физически ощущал тот барьер, которым он себя окружил, закрывая свежую рану глубоко внутри.
И тронь я его прямо сейчас, вызвал бы шквал неправильных поступков друга, которыми он по инерции разрушит все, что возможно еще подлежит восстановлению.
Доехав до его дома, молча вышли из машины, и рассчитавшись с таксистом, направились к подъезду. В квартире Гриша сразу направился в свою комнату, и вытащив из шкафа небольшой чемодан, рваными дерганными движениями стал скидывать туда без разбора свои вещи и документы.
– Я быстро, – глухо проговорил он, кивая на дверь, – Согрей чай, мы успеем перекусить.
Зная друга, сразу понял, что послать более деликатным способом он меня не мог. Молча кивнув, я вышел из комнаты и направился в кухню. Поставил чайник, и вытащив из холодильника ингредиенты, быстро настрогал бутерброды.
Стоя и глядя в окно, прокручивал в голове произошедшее, не в силах избавится от странного предчувствия. Изначально заметив реакцию Оли, сильно удивился, так как показалось, что она больше испугалась меня, чем прихода Гриши.
Внезапно меня отвлек грохот в глубине квартиры, и я рванул в комнату Гриши. Друг сидел на полу прислонившись к стене спиной, а у противоположной стены валялись осколки вазы с остатками изломанных и почти отцветших алых роз.
В руках у Гриши была женская не то майка, не то ночная рубашка, которую он перебирал пальцами, иногда жестко сжимая в кулак.
– Не понимаю… – пробормотал он, скорее себе, но для меня это стало знаком, что друг хочет или по крайней мере готов выговориться.
– Мне кажется, ты сделал поспешные выводы, – осторожна начал я, присев напротив Гриши на корточки.
– Хочешь сказать, мне показалось? – горько усмехнулся он, наматывая терзаемую шмотку на кулак и поднося к носу.
– Ты так и не выяснил, – возразил я, добавив, – Даже не попытался.
– А что бы это изменило? – рыкнул он, – Я бы просто убил этого «супергероя».
– Может там был сантехник лет шестидесяти, – хмыкнул я, пытаясь отвлечь друга, – И спасая Олю от прорвавшейся трубы, заслужил такую кличку.
– Ты хоть слышишь себя? – зло сузив глаза, рявкнул друг.
– Ты ни себя, ни ее не захотел услышать, – резко осадил я Гришу, – Кому ты лучше сделал?! М-м?! Даже выслушать ее не захотел! Теперь легко себя жалеть!