- Не очень, шоколад не остыл ещё. – Канадка улыбнулась. – Не хотела тебе мешать. Ну что, можно поговорить о деле?
- Да, конечно. – Штреллер почесал карандашом щёку. – Только моджно спросить? Мишель, ты не знаешь случайно, как там допрос прошёл? А то у меня не пригласили, странно даже…
- Ну, на сей раз пленного не о технологиях спрашивали. – Пожала плечами снайпер. – Если в общих чертах…
Она быстро пересказала содержание своей беседы с сектогитом – как показалось Маркусу, опустив многие подробности, касающиеся её самой. Закончив, девушка негромко рассмеялась и полушёпотом, наклонившись через стол, призналась, что ощущала себя как в старшей школе, у доски. Штреллер, однако ж, не улыбнулся в ответ. Побарабанив пальцами по краю кружки, он медленно проговорил:
- Так Краснов специально именно тебя отправил допрос проводить? Одну, без оружия, к неизученной инопланетной твари, а сам слешал за дверь…
- Но ведь со мной они телепатически общаться не могут. И вреда причинить, судя по всему, тоже не способны. – Хенркисен выглядела искренне удивлённой.
- Замечательный вывод из одного неудачного опыта. – Не меняясь в лице, немец сжал кулак и стукнул по столу. - С такой логикой человеку, выжившему при аварии, можно больше не бояться машин - один ведь раз повезло.
- Маркус, не стоит за меня так переживать, я уже не маленькая девочка. - Хенриксен накрыла его сжатый кулак ладошкой и улыбнулась шире. - Всё хорошо. И потом, не забывай – я солдат. И, смею надеяться, не самый худший. Делать вещи вроде таких – моя работа.
- Прости. Да. – Маркус, кажется, впервые за целую минуту вдохнул. – Я в последнее время действительно часто это забываю, и зря…
Больше они о допросе не говорили, перейдя сразу к обсуждению планов Штреллера по части снайперского оружия. Непринуждённой беседы не вышло – закончив, девушка сразу же попрощалась. Немец же ещё долго сидел в столовой, с меланхоличным видом потягивая остывший шоколад мелкими глотками. В его голове упорно крутилась мысль о том, что, возможно, он совершает большую ошибку… о которой ничуть не жалеет, и совершать которую готов раз за разом…
Первое апреля для главы инженерного отдела начался с большого совещания, им же и организованного. Почти чудом ему удалось одновременно собрать всех ключевых сотрудников и не дать им разбежаться по своим углам. Ещё раз побеседовав с утра с Мишель, Штреллер успокоился и, по её настоянию, оставил идею серьезно поговорить с Красновым. Вместо этого он с головой нырнул в работу.
Вчерашняя инвентаризация принесла много сюрпризов. Баттлер заявил, что с полностью исправным реактором новой тарелки он, как минимум, должен обеспечить перезарядку инопланетных блоков питания, а может и сумеет понять принцип их действия. Правда, о сроках он скромно умолчал. Вашингтон и Харрис практически разобрались с антигравами, а имея под рукой шары летунов, планировали создать рабочий прототип для собственных нужд. С Гэллэгером, из-за нехватки людей отвечающим за модернизацию БМП, решили до прибытия новых станков подготовить чертежи и общий план работ, чтобы не заниматься кустарщиной. На самом Штреллере и Ишере оставались оружие и личная броня. Дел впереди был непочатый край, и все надеялись, что обещанное командующим скорое пополнение в рядах персонала позволит серьезно продвинуться в исследованиях.
Разумеется, рабочее настроение царило не только у команды Маркуса. Неделю вся база успокаивалась после возвращения «курортников» и доставки уникальных трофеев. Новый командир понемногу приводил в порядок «Альфу», танкисты, отлучённые от машины, занимались теорией и иногда отрабатывали взаимодействие с пехотой, выезжая на единственном вооружённом джипе - благо, снег немного сошёл. Двери биологической лаборатории и технического подразделения на сей раз не закрывались - сотрудники то и дело бегали из отдела в отдел, порой таская с собой куски новых пришельцев, с лёгкой руки одного из оперативников прозванных «летунами». Не все, впрочем, были заняты здесь - Гэллегер почти не вылезал из павильона, копаясь в нутре НЛО, низший техперсонал подобно муравьям суетился вокруг БМП-3, потихоньку заменяя штатные детали на продукцию техцеха...
А восьмого числа в небе над базой появился целый воздушный флот - с северо-запада в строю шли три Ми-26, эскортируемые звеном ударных Ка-52. Груз был настолько ценным, что российское правительство сочло нужным позаботиться о его безопасности. Когда летучая эскадра достигла цели, «Аллигаторы» заложили дружный вираж и умчались назад, не задерживаясь. Транспорты же пошли на посадку. Грузовой вертолёт направился к полянке у автомобильного въезда, два пассажирских опустились в ангар базы. Из первого тут же потоком повалили солдаты в разномастной повседневной форме - войск NATO, бывших стран ОВД, ещё непойми кого. Полный взвод, всего тридцать человек, которых внешне объединяло одно – «лысые» погоны. Несмотря на национально пёстрый состав отряда, принимавший пополнение Сикорски без труда построил бойцов шеренгами и повёл к казармам. Английским новички владели все, а сержантский рык и вовсе был интернационален.
Второй вертолёт всё это время ждал, заглушив моторы. Его пассажирский люк открылся, лишь когда волна людей схлынула, «всосавшись» в главный коридор как зерно в воронку. Пассажиров на борту оказалось меньше - где-то полтора десятка мужчин и женщин, треть из которых составляли азиаты. Все они были в штатском, многие при чемоданах и сумочках.
- Научный сектор - собираемся здесь! – Молодой ассистент из ведомства доктора Солнцевой помахал им рукой. - Я отведу вас к лабораториям!
Приглашённые потянулись к нему, причём как-то само собой вышло, что свежеприбывшие специалисты составили плотную группку во главе, а многочисленные лаборанты - длинный «хвост» позади них...
Последней с трапа на бетон площадки ступила миниатюрная пепельноволосая женщина средних лет – стриженная под каре, в больших круглых очках с тонкой серебряной оправой, с туго набитой спортивной сумкой на плече. Одета она была в серый брючный костюм, пиджак которого украшал, ни много ни мало, Серебряный Крест Заслуги Польского Красного Креста.
Присоединяться к основной группе женщина не стала - пропустила их вперёд и пошла следом, без особого интереса глядя по сторонам, словно на экскурсии, которую уже много раз посещала. В коридоре, возле двери с грубо намалёванным красным крестом (тот ещё пах краской) остановилась, смерила её взглядом и хмыкнула, скривив губы.
- Po prostu uroczy... - Вздохнув, женщина толкнула створку и вошла в комнату. Огляделась. Снова вздохнула. Набрав в грудь побольше воздуха, внезапно швырнула об пол свою сумку и рявкнула почти басом:
- Wstań! Uwaga! Zasalutował funkcjonariuszy!
Фельдшер Константин, дремавший на трёх сдвинутых стульях, подскочил, будто ужаленный и, не успев толком проснуться, вскинул руку в воинском салюте. Его не знающий польского напарник, который в этот миг сидел за компьютером, спиной к двери, отреагировал менее бурно - просто вздрогнул и развернулся на вертящемся кресле. Осторожно спросил:
- А-а... С кем имею честь?
- Я - майор Доминика Гигерсбергер, ваш новый хирург и начальник. - Ответила женщина, переходя на английский. - А вы - бездельники.
- П... простите, почему? - Не нашёлся, что ответить младший фельдшер.
- Мы же ещё ничего... - Начал его старший коллега и запнулся. - Ох... Простите, пани. Я хотел сказать - с чего вы взяли? Вы ведь только что пришли.
- Не распакованные ящики у стены. - Указала пальцем майор. - Хирургический стол просто стоит. Холодильники открыты и не работают. Половина приборов не приведена в рабочее состояние, остальные не включены в сеть. Розеток, кстати, недостаточно для всего оборудования. Когда я вошла, вы не распаковывали ящики и не подключали приборы. Довольно?
- Мы уже начали! Просто рук не хватает! - Пожаловался Константин.
- Ну так теперь на одну пару больше. - Доктор присела возле сумки и расстегнула её, вытащила томик в мягкой обложке. - Приступайте. Я разберу вещи и присоединюсь. Втроём управимся быстро, но с розетками нужно что-то решать...
- Позвольте, пани, а почему спешим? Намечается боевая операция? - Майор, чей взгляд минуту назад мог прожечь бетон, выглядела теперь спокойной, даже флегматичной, однако младший фельдшер на всякий случай сохранил осторожный тон. - Мы ждём раненых?
- Нет. - Полька продолжила копаться в сумке, вытаскивая одну книжку за другой и складывая их на пол. - Но вы можете мне гарантировать, что через пару секунд какой-нибудь идиот в мундире не подавиться сухим бубликом или не ударится виском о край стойки в столовой? А у нас ни черта не готово...
В инженерном встреча новоприбывших прошла куда теплее – наконец-то число рабочих рук соответсвовало числу срочных и важных проектов. После знакомства Маркус вместе с интендантом распределил их по комнатам и рабочим местам, не откладывая дело в долгий ящик. Тут уж пришлось потесниться старожилам - одиночных жилых комнат больше не осталось, все заселились парами, а двух лаборанток даже пришлось определить на постой к биологам. Учитывая, что инженеры-корейцы разругались еще в вертолете, японка-химик долго пыталась выбрать из одинаковых «номеров» лучший, а молодые ассистенты шумели и волновались, словно студенты на перемене, размещение затянулось до темноты.
Только наутро Штреллер объявил общий сбор. Заполнившая половину лаборатории толпа внушала бывшему офицеру бундесвера некоторую гордость - под его началом теперь находилось целое конструкторское бюро. Загадки иномировых технологий больше не казались непреодолимыми.
Не менее бурная активность с самой побудки наметилась и у медиков. Доминика, спавшая ночью в лазарете, на хирургическом столе, поднялась затемно, перекусила завалявшимся на дне сумки раздавленным печеньем, и продолжила обустраивать медицинский кабинет. Повозившись с час, она поручила продолжить работу вернувшимся из казарм фельдшерам, а сама, мрачная и зевающая, направилась в биологическую секцию, явно намереваясь побеседовать с Солнцевой. Однако судьба распорядилась иначе - у выхода из столовой женщина налетела на Мишель, вписавшись лбом ей в грудь. Капитан рассеянно извинилась и попыталась пройти мимо, но доктор загородила ей дорогу. Сунув руки в карманы пиджака, хирург посмотрела на канадку снизу вверх (немногие из персонала базы были на такое способны) и поинтересовалась: