Прекрасные варианты! Выбирать не из чего. И тут мне пришла в голову просто блестящая идея.
— Снимай, галстук.
— Зачем? — кажется, мне удалось шокировать мужчину. Мне даже в какой-то момент захотелось рассмеяться, так он комично смотрелся. Но смех он бы не понял и не оценил. Тем не менее Волжанов послушно исполнил то, что я просила. Я приблизилась к мужчине и, стараясь не соприкоснуться с ним руками, взяла мужской аксессуар. Приложила галстук к глазам Антона и завязала.
— Интересные у тебя игры, девочка моя, — в какой-то момент мужчина перехватил мою руку и быстро поцеловал ладошку. Я резко ее отдернула, как будто обжегшись. Странное тепло зародилось где-то в области живота. И это лишь от простого безобидного прикосновения. Нет, надо бежать от него, как можно дальше.
— Прости, — прошептал он извиняющимся тоном. — Я забылся.
Несколько удовлетворившись совершенным действием, но постоянно поглядывая на предпринимателя, я быстро скинула с себя пиджак Алексея и собственную одежду.
Душ. Такие горячие упругие струи воды. Как же хорошо! Мне казалось, что с каждой минутой мне становится легче морально, что вода уносит с собой все дурные воспоминания и ощущения сегодняшнего вечера. Закончив водные процедуры и завернувшись в банный халат, я почувствовала себя обновленной.
— Закончила? — спросил мужчина, все также продолжающий сидеть на кушетке. Лежать на кушетке. Удивительно, но о нем я просто забыла.
Волжанов тем временем легко и безошибочно пошел в мою сторону. И это при том, что у него до сих пор были завязаны глаза. Кажется, кто-то меня обманул. А я ведь спокойно дефилировала по ванной комнате обнаженной.
— Ты подглядывал?! — с укором произнесла я, то ли спрашивая, то ли утверждая.
— Нет. Ты оделась?
— Да. Если ты не подглядывал, в чем я сомневаюсь, то какой прок тебе был тут находиться?
Волжанов в одно мгновение сорвал повязку и поймал мой взгляд:
— Я боялся, что ты с собой что-нибудь сделаешь, — сообщил мне на одном выходе очень серьезным тоном. Я просто обалдела! Он за меня волновался? Поверить не могу! Но вот что-то с собой делать, мне даже такая мысль в голову не приходила. Но, если он считает, что я настолько глубоко восприняла сегодняшнее происшествие, то пусть и дальше так считает. Может, правда приставать не будет?
Пока я размышляла над услышанным, мужчина снова подхватил меня на руки. Ну, что за безобразие такое!
— Антон! — простонала я. — Мне надо высушить волосы!
— Сами высохнут, — логично, нечего сказать. Он понимает, что, если я с мокрыми волосами лягу спать, завтра я просто не смогу их распутать?
— Антон!
Надо же, на этот раз меня услышали и вернули на место!
Какая же все-таки удобная у него ванная комната! А какой фен! Мечта любого стилиста. А какой выбор укладочных средств. Я даже нашла свои любимые жидкие кристаллы от Brelil. И только тут подумала, что это ненормально, что в доме холостого мужчины столько женских косметических прибамбасов. Для одной женщины этого явно было многовато. Правда, в том, что у Волжанова была женщина, я сильно сомневалась. Не ходят мужчины, имеющие постоянную подругу, в эскорт-агентство для поиска спутницы. Уж что-что, а за год я успела неплохо изучить мотивацию клиентов. Самые мои любимые были те, кто использовал эффектную спутницу в виде переводчика. Да, в нашем агентстве необходимо было знать иностранные языки. Я неплохо говорила и понимала английский и французский, немного могла поболтать на немецком. Последний изучала на курсах с тех самых пор, как устроилась на работу. Так вот, возвращаясь к Волжанову. Наличие хорошего отдела в косметическом магазине в его ванной комнате я попросту объяснить не смогла. Но при мысли, что в постели, в которой я предположительно буду сегодня спать, побывал не один десяток женщин, мне стало не по себе.
Волжанов наблюдал, как я привожу в порядок шевелюру и в его взгляде я разглядела неприкрытое желание. Чертов мудак! Я забыла, как на мужчин действуют женские волосы. Лучше бы действительно проснулась с нечёсаными патлами. Тем временем мужчина, кажется, окончательно потерял самоконтроль. Я не успела даже осмыслить происходящее. А он уже скинул с себя пиджак, следом полетела рубашка, а я оказалась прижата к кушетке мужским телом.
Пришла в себя, когда мужские руки распахнули халат и принялись жадно исследовать мое тело. Что он творит? Что я творю? Почему лежу и позволяю ему делать все это?
Его руки бережно скользили по телу, как бы очерчивая его контуры. В этих простых движениях было столько страсти и вместе с тем какой-то необъяснимой нежности. Антон осторожно коснулся губами моих губ. Я думала, что он меня сейчас поцелует. Наверное, подсознательно даже хотела этого. Но нет, он лишь мимолетно дотронулся рта губами, а потом его язык принялся вылизывать саднящую от пощечин кожу. Честно говоря, я растерялась. Не так я представляла себе любовную прелюдию с этим мужчиной.
Антон, оставляя дорожку из легких поцелуев, по-прежнему, чередуя их со странными вылизываниями, опустился от шеи у груди.
— Пусти, — тихо простонала и вяло попыталась вырваться.
— Спокойно, я себя контролирую, — прошептал мужчина. Он тотчас оторвался от меня, нависая сверху, и внимательно посмотрел мне в глаза. — Полежи тихо, самой же лучше будет.
Волжанов осторожно обвел кончиками пальцев контуры губы:
— Ведь меньше болит, правда?
И, правда, саднило уже не так. Что он сделал? Я ничего не понимала.
— Я не возьму тебя сейчас, обещаю.
Что-то такое промелькнуло в его словах, что заставило довериться и расслабиться.
Мужчина какое-то время выводил языком на моем теле замысловатые знаки, иногда легонько покусывая и целуя.
А я просто позволяла делать с собой все, что ему хотелось. Я не понимала себя. Лежала обнаженной перед мужчиной, который беззастенчиво смотрел и ласкал мое тело, и ничего не делала. Наоборот, наслаждалась этими ощущениями. У меня больше не возникало желания прервать эти странные ласки, пока он не опустился к моему животу.
Вот это заставило меня дернуться в испуге. Его такой легкий поцелуй в живот мгновенно вырвал меня из блаженной неги.
— Прости, я кое-что должен проверить, — сообщил он, широко раздвигая мне ноги и фиксируя тело собой.
Проверить? Что он собрался проверять? От его слов я еще больше занервничала и задергалась, уже действительно пытаясь вырваться.
Волжанов снова придавил меня своим весом, но, слава Богам, перестал двигаться. Поза была возмутительно непристойной и недвусмысленной. Я с раздвинутыми ногами, голая и мужчина на мне. Слава Богам, он пока что не успел скинуть с себя одежду. Я ощущала, как о нежное лоно трется грубая ткань брюк при каждом моем выдохе. И это чувство заставляло не только нервничать, но и испытывать предвкушение.
Я бы точно не смогла сейчас сказать, чего боялась больше: того, что должно было случиться, или того, что я так желала этого.
— Ада, спокойно, — он уже успел поймать мои руки и зафиксировать над головой. Почти также, как это делал Павел, но что-то в действиях Антона не вызывало отторжения. — Не сопротивляйся и просто доверься.
Доверие? Я не хочу слышать о доверии! Единственный человек, которому я доверяла, сегодня предал меня. Это заставило меня дернуться под мужчиной. Естественно, безрезультативно.
— Ада, не заставляй тебя связывать, — как-то грустно произнес он. — Я все равно это сделаю, понимаешь? Мне нужно!
Что ему нужно, мужчина пояснять не стал. Собственно, мне без его пояснений было все предельно явно. То, что ему нужно удовлетворить, довольно отчетливо выпирало из брюк и касалось меня в области паха.
Он перехватил мои руки одной своей, но успел большим пальцем освободившейся руки погладить внутреннюю сторону моих запястий. Маньяк! Ну, вот чего он добивается? Зачем мучает меня? Либо отпустил бы, либо уже трахнул что ли. Я, кажется, даже согласна на это. Только бы перестал играть со мной. Устала за сегодня неимоверно. Моральных сил не осталось никаких.
Похоже, Волжанов — телепат. Или определился наконец с тем, что собирается сделать. Его свободная рука скользнула между нашими, уже не так плотно прижатыми, телами. Я почувствовала, как он возится сначала с ремнем на своих брюках, а потом расстегивает молнию. На меня накатила волна паники. Я ошиблась! Черт, моральные силы у меня еще остались! И я вовсе не готова сейчас лишиться девственности!
Слабо рванулась и наткнулась на довольное лицо Волжанова, который наблюдал за выражением на моем лице, явно отслеживая каждую реакцию.
— Ада! Ада! — мужчина покачал головой. — Что я тебе говорил?
Много он мне всего говорил, вот только я половину чудесным образом пропустила, находясь в какой-то прострации. Ну, что вот он делает?
Мужчина аккуратно провел пальцами по моему увлажнившемуся лону, вызывая у меня одновременно дрожь и тихий стон. Сама от себя не ожидала.
— Ты такая мокрая, милая. А аромат твоего желания просто сводит с ума.
А в следующий момент я почувствовала, как моего лона коснулось что-то обжигающее горячее.
— Что я говорил? — настойчивее спросил он, а я почувствовала, как голос Волжанова дрогнул. Кажется, не так уж он себя хорошо контролировал, хотя стоп… о чем я думаю? Возбужденная плоть потерлась о мои половые губы, раздвигая их. Кажется… Не понимаю… Я давно утратила связь с реальностью. Да и что делал мужчина не совсем понимала, раньше как-то не приходилось испытывать подобное.
— Ну, Ада? — Волжанов, похоже, потерял терпение. Я увидела, как у мужчины выступили бисеринки пота на лбу, а тело напряглось. Во всяком случае жилка на его шее отчетливо пульсировала. Странная у меня реакция на то, что происходит. Почувствовала, как головка члена вошла в меня совсем неглубоко, вряд ли больше, чем на полсантиметра. Больно не было. Просто чувство какое-то странное. Объяснить словами не смогла бы. Меня сейчас лишат девственности, а я вот лежу и рассматриваю Антона, вместо того, чтобы его остановить. Вопрос в другом хочется ли мне его останавливать?