— Доброе утро… — промямлила Юля, не открывая глаз, как только Элен попыталась высвободиться. — Сколько времени?
— Сколько-сколько. В гимназию пора!
— Лена, я не хочу сегодня учиться… Давай прогуляем?
— Ну давай. Ты сегодня просто отличные идеи подаешь! Я позвоню, скажу, что мы обе чем-то заразились. Так, ладно: ты пока просыпайся, я пойду насчет завтрака посмотрю.
День провели вместе. Элен вместе с Юлей посмотрела несколько ее любимых развлекательных программ: сериал про семейку дебилов, реалити-шоу, опять сериал — про другую семейку дебилов, а на закуску — идиотские мультики. Зато потом Элен отыгралась, продемонстрировав свою коллекцию шокирующих видео. Нарочно выбирала те, что полегче. И те, что связаны с людьми, знакомыми Юле.
— Вот это называется «Шестеро блюющих мужчин». В прошлом году на Осеннем балу все перепились и начали блевать. Я только успевала бегать и снимать. Гляди: вон твой Вова Лебедин. Пытается в урну попасть, но не попадает. Ты знаешь, когда его тошнит, он совсем не такой крутой.
— Фу-у… — Юля закрывала глаза ладошкой, но при этом смотрела на экран сквозь раздвинутые пальцы и смеялась.
— А вот Юра Белов из десятого «Б» и Марина Кустова из девятого «А». Думают, что их никто не видит.
Мальчик и девочка стояли возле стены гимназии, недалеко от запасного входа, который отпирали только в случае учебной пожарной тревоги (настоящих на памяти Элен не случалось).
— Пока они только целуются. Смотри, как Юра ее к стене притиснул. Упс! Куда это его рука полезла? Ай-ай-ай! Ты посмотри, что он делает! Интересно, что он там ищет? У нее же там ничего нету, кроме лифчика! Сразу говорю, порнухи не будет. Щас он ее полапает и уйдет на урок.
Следующий сюжет назывался «Чем физрук занимается у себя в кабинете».
— Снято сквозь окно, — таким был единственный комментарий Элен.
Остальное было ясно без слов: стол с газетой, на которой разложены недоеденные куски вяленой воблы, большая бутылка с беловатой полупрозрачной жидкостью, консистенцией напоминающей разведенное молоко, и физрук, вечно небритый дяденька, известный всей гимназии под прозвищем Еж. Сидит, задумчиво подперев голову рукой, что-то пишет в журнале, откладывает ручку, наливает в стакан жидкости из бутыли, выдыхает в сторону и опустошает стакан одним глотком.
— Самогон, что ли? — изумленно спросила Юля.
— Ага. Я прямо через стекло чувствовала, как эта гадость воняет. И как такого синюшника в гимназию работать взяли?!
Новый сюжет.
— Часть вторая, — произнесла Элен. — «Физрук и восьмиклассник».
Тот же кабинет, только самогон и рыба предусмотрительно спрятаны. Физрук втаскивает невысокого мальчишку в спортивной форме, заломив ему руку за спину, словно омоновец — футбольному фанату. Судя по выражению лиц, физрук ругается, а его жертва отчаянно просит прощения.
— Что этот мальчик такого сделал? — раскрыв глазки до отказа, со страхом спросила Юля.
— Мне рассказывали, что он не согласился с оценкой за отжимания и сказал, цитирую: «Да пошли вы!» Наш Ежик очень расстроился. Смотри: бац — и по уху!
Юля вскрикнула.
— Бац — и еще раз! — злорадно прокомментировала Элен. — А сейчас, смотри: журналом по заднице! Он творит все, что в башку взбредет! Сейчас ему взбредет поднять его в воздух и швырнуть на пол… Раз — и швырнул!
— Убери быстрее! Ему же больно! — вскрикнула Юля.
— Кстати, нет. Смотри: поднимается как ни в чем не бывало. Плачет, но больше от обиды. Видишь: никаких следов от побоев, на ногах стоит твердо. А теперь смотри: Ежик его сажает за стол, обнимает за плечо и начинает что-то так дружески на ухо шептать. Знаешь что?
— Уговаривает, чтобы он ничего никому не рассказывал?
— Точно. И ведь уговорит. Этот мальчик никому не рассказал. А вообще за такие вещи увольнять надо. А то и судить.
— У тебя про учителей еще есть что-нибудь?
— Про учителей — в основном про Оксану Федоровну, мою сестру. Я как-то раз летом с ними жила, у ее мужа Вити дом за городом. Знаешь, это было что-то ужасное! Витя ее постоянно в спальню уводил, по нескольку раз на дню, да и не только в спальню, а что рядом окажется. Я только успевала снимать.
— А зачем ты ее снимала? Она же твоя родная сестра!
— Тем хуже для нее.
— Мне кажется, ты не такая. Ты только делаешь вид, что не любишь людей. В твоем возрасте многие так делают.
Так и сказала: «В твоем». Будто сама она в каком-то другом.
— Я не многие. Я другая.
— Ладно-ладно, как скажешь. И что, сестра с ее женихом тебя даже ни разу не застукали?
— Ни разу. Они в такие моменты вообще ничего не замечали. А потом они возвращались, а я уже сижу как ни в чем не бывало, телевизор смотрю. Ручки сложила, пай-девочка вся такая. Есть про твою одноклассницу Олю Огинскую. Мы с девчонками к ней как-то в гости зашли, хотели ее на дискотеку позвать. Она говорит: я сейчас переоденусь. Я говорю: а я в туалет — а сама подкралась к ее комнате и дверь приоткрыла. Оля разделась и минут пять стояла голая, думала, что ей надеть. А потом еще на дискотеке удачный эпизод нашла: там две девки в кабинке туалета лесбиянились, а я под стенку мобильник просунула и все сняла.
— Зачем ты все это делаешь?
— Не знаю… Без цели. Хобби такое. Может, из меня когда-нибудь настоящий папарацци получится. Некоторые сюжеты в Интернете выкладываю, а некоторые просто не знаю, куда девать. Вот про Маринку с Юрой: ну лапает парень девку, и что? Подумаешь, какая невидаль!
— А ты не думаешь, что ты смогла бы на ВСЕХ сюжетах деньги заработать?
— Смотря как. Например, — Элен не удержалась от хвастовства, — на Оксанке пять штук заработала. Продала твоему обожаемому Вове фильм о том, как она с Виктором трахается.
— Необязательно продавать, — сказала Юля с прежним мечтательно-наивным выражением лица. — Вот смотри: Марина сейчас с Юрой встречается?
— Нет, конечно! Они уж полгода как разбежались! Юра сейчас сам по себе, а Марина — с Пашей Лукиным из одиннадцатого «А».
— Вот. А как ты думаешь, Паше бы понравилось, если бы ему кто-нибудь сказал: смотри, чем твоя Марина занимается, когда тебя нет! И показал бы этот сюжет. Там же даты нигде нет! И пусть Марина бегает, доказывает, что это было весной, а не осенью!
— И какой интерес мне все это делать?
— Никакого. Потому что интерес будет, когда ты этот сюжет Марине покажешь и скажешь: хочешь, чтобы это увидел Паша или твоя мама? Не хочешь? Плати!
«Эта девочка совсем не такая дура, какой кажется», — отметила Элен.
— Юлик! — сказала она. — Я шантажом никогда не занималась и не знаю, как это делается. Не то что я чего-то боюсь… Просто не любят меня в гимназии.
— Я знаю, Лена. Меня в классе все спрашивают: как ты живешь с этой Старухой Шапокляк в одной квартире? Но я-то знаю, Леночка, что ты очень хорошая!
— Ты тоже… Откуда у тебя только такие мысли про шантаж?
— Так в сериалах часто делают, — с детской непосредственностью сообщила Юля.
— Ладно, как говорил один мой знакомый: я обработаю информацию.
Вечером совершенно неожиданно, на два дня раньше срока, прикатили родители. Мама очень удивилась, застав обеих девочек сидящими за одним компьютером (Юля учила Элен играть в «Симс»).
— Девочки, так здорово, что вы наконец подружились! — восторженно взвизгнула она. Ее муж одобрительно хмыкнул и потрепал Юлю по волосам, потом — Элен. Та против обыкновения не отдернула головы и не вжала ее в плечи, чем привела отчима в хорошее расположение духа. Мурлыкая какую-то песню, он зашагал на кухню.
— Ты их тоже снимала? — прошептала Юля.
— Да. Пару раз. Поверь, это не лучшее зрелище.
Юля понимающе кивнула.
5
На вечеринку к Свете Патрикеевой в субботу, 22 сентября, отправились вдвоем.
Элен было немного не по себе от письма, которое прислал ей Мортибус.
«Здравствуй, Элен!
Как ты и просила, кое-что обо мне. Двадцать шесть лет. Рост — метр семьдесят пять. Волосы русые. Читаю: Воннегут, Эдгар По, Фрэнсис Скотт Фицджеральд, Джон Фаулз. Предпочитаю на языке оригинала. Слушаю: этнику, готику и вообще все, что хорошо сыграно. Соответственно, ничего русского я не слушаю в принципе. Из фильмов люблю комедии, чаще всего черные.
Твои сюжеты сняты с удовольствием, и мне это нравится. Думаю, с такой любовью к искусству ты достигнешь многого, когда у тебя будет профессиональная камера и немного больше жизненного опыта.
И еще кое-что, Элен. Я прекрасно знаю, что ты брюнетка, не очень высокая, да и ножки у тебя стандартной длины. Твоя внешность интересует меня куда меньше, чем внутренний мир. Успехов!
И что ответить на это?
Когда Светка рассадила всех за стол, Элен по странному стечению обстоятельств досталось место рядом с ботаником Пашей Красновым, он, как назло, был с девчонкой, с которой познакомился по Интернету. Правда, судя по скучающему лицу этой девчонки, она пошла с Пашей просто потому, что больше нечем было занять вечер. Но и это было обидно для Элен, если учесть, что она единственная была без молодого человека. Ей-то наплевать, конечно, просто неприятно, что одноклассники ее жалеют.
— Лешк, — Элен толкнула соседа локтем, — ты же много всякой муры читал. Кто такой Мортибус? Он из «Властелина колец» или из «Гарри Поттера»?
Ботан задумался.
— Ни то, ни другое. Мортибус — это латынь. Одна из форм слова «морс» — смерть.
«Мой тайный обожатель знает латынь, — отметила Элен. — Но мне от этого не легче».
Вокруг звенели вилками, смеялись и разговаривали, заглушая друг друга. На экране ноутбука на столе у стены в качестве фона к застолью шел концерт какого-то популярного в Сети рэпера. Виновница торжества сидела во главе стола одна, стул рядом с ней пустовал.
— Это, Лешк, — Элен вновь пихнула соседа локтем в бок, — а чего она одна-то? Я что-то пропустила?
— Ее жениха вызвали по делам в Петербург. Если б ты пришла пораньше, ты бы его еще застала. Он тут минут десять поторчал, вручил Светке подарки, поклонился и умотал…