"Лайри, пока ты болел, мы сделали огромную работу, выясняя, что привело к гибели реки. Брали пробы воды и земли, исследовали реку вверх и вниз по течению. Выше того места, где ты пил, есть полностью автоматизированный завод, скрытый под землей. Стоки с этого завода и загрязняют реку. Он отлично замаскирован и практически бесшумен, но наши радары его обнаружили. Проникнув в компьютерную систему завода, мы изучили его, воспользовавшись стационарными камерами наблюдения, затем отключили их и облазали весь завод. Мы знаем о нем все. Знаем, кто хозяин завода, откуда у него растут ноги, и где он прячет голову. Поставщики, посредники, клиенты, пути доставок - все базы данных нам открыты".
"Крутая вы пара. - восхищенно промурлыкал я. - Вижу, провели время с пользой для Природы. И что вы предлагаете?"
"Мы спрашиваем твоего одобрения, поскольку это первая наша операция, которая затронет очень многих. Раньше мы с хакерами баловались, а это уже серьезное дело. Любой из компроматов, известных нам, достоин мировой гласности. Дай "добро" и мы "потопим" завод, его хозяина и все, с ними связанное. Парочки документальных съемок будет достаточно".
"Документальные съемки - это что?"
"Два фильма. Первый - специальное расследование. Все, что мы видели своими глазами, лазая по заводу, преобразовано в цифровую видеозапись, съемка от "первого лица". Подробнейший обзор производства, начиная поставкой сырья и заканчивая погрузкой готовой продукции... Помнишь, когда Алекс лечил тебя от простуды, и ты отдыхал на его машине, тогда к вам приехал патрульный егерь. Он недоумевал: откуда берутся ловушки "подземные молнии"? Так вот, завод производил именно их, причем в большом количестве и на экспорт. Так что мы спасли множество жизней, остановив этот конвейер электронной смерти. Второй фильм - об ущербе, который наносит завод окружающей среде. Показана мертвая река, отсутствие живности на берегах, прокомментирован состав воды. Главная роль отведена тебе".
"Как - мне?"
"Ты выступаешь в роли жертвы. Мы отсняли все твои мучения с первого момента. Тебе, к слову сказать, повезло: выше по течению такая дрянь была - передать можно только химической формулой либо наглядным трупом - в фильме есть и то, и другое. Если бы Рай сделал хоть глоток, ему сожгло бы внутренности".
"Не думаю, что он стал бы пить - его инстинкты более чуткие, чем у меня".
"Ну что, Лайри, даешь "добро" ?"
"А как это коснется меня, семьи и вас?"
"Теоретически мало вероятности, что ты станешь знаменитостью - внешне ты почти ничем не отличаешься от любого иного гепарда. Очень эмоционально и зрелищно показано, как о тебе заботится Асва. Нас в этих фильмах нет, комментарии озвучены синтезированным голосом. А практически ожидается крутой скандал".
"Покажите мне фильм обо мне".
"Мозг себе не перегрузишь, телепат?"
"Мне не все кадры, а выборочно".
Через несколько минут яркого, насыщенного и местами жуткого "мыслевидео", увидев со стороны и оценив мужественный подвиг Асвы, я торжественно махнул лапой:
"Топите".
Информация, кропотливо собранная и обработанная киберами, вмиг стала достоянием многочисленных спецслужб.
"Скандал с заводом Стефанова" обошел весь мир, люди предприняли неотложные действия. Реку, к счастью, успели очистить прежде, чем она превратилась в сточную заводскую канаву…
По другому берегу ехала машина с камерой - обычное дело. Асва смотрела на машину. Изящный силуэт, резко очерченный на фоне небесной бирюзы, плавная грация, таящая стремительную силу, обращенный вдаль настороженный взгляд - как она прекрасна, моя любимая. Дети улеглись рядышком, головами в одну сторону, положив длинные лапки один другому на бок. Детский пушок, когда-то покрывавший их тела, теперь остался лишь на плечах.
Решив, что джип безопасен, подруга села ко мне и принялась меня мыть. Я схватил ее за плечи и опрокинул. Асва ласково уперлась в мою грудь, продолжая чистить нос. Тут еще навалились очнувшиеся от дремоты котята, и на голову посыпались шлепки. Я отвечал им, сдерживая свою молниеносную реакцию, но прилагая большую силу, чем месяц назад. Крепкие и ловкие, дети уворачивались от выпадов, и если я кого-то сбивал, вреда ему не было.
В такой суматохе умывать нелегко, Асва отложила это занятие на время поспокойнее. Рай помчался за Тонкой. Я лежал в любимой позе - на спине, глядя в небеса, и вдруг заметил, что Мррн смотрит в мой пах. И столь внимательно туда смотрит, что мне стало очень интересно - что она там увидела? Я напряг живот и приподнялся, скруглив спину.
Плутая в шерсти, по внутренней стороне бедра ползла букашка. Когда она расправила крылышки, собираясь улететь, Мррн прыгнула, однако промахнулась и скатилась через меня в траву. Жучок удрал. Девочка поискала у меня на лапах, на брюхе, неожиданно появившаяся Тонка перевернула Мррн и давай катать ее с боку на бок.
В реке плюхнулось, мы побежали на берег - смотреть, что там упало. На поверхность воды пробкой выскочил утенок, он поплыл к утке. Берег крутой и высокий, прыгать за птенцом я не рискнул. Второй утенок, забавно растопырив крылышки и лапки, упал сверху. Дерево нависало над рекой, из его дупла выглянул третий утенок. До воды он не долетел - я зацепил его в падении и кинул на землю подальше от берега. Котята окружили добычу, нюхали ее, толкали, мусолили. В этом выводке было шестеро утят, выжили только те двое, что прыгали первыми - остальных я похватал.
С тех пор, как дети стали есть мясо, запивая его материнским молоком, я заботился, чтобы у них был комплекс разнообразных витаминов и минералов. Что-то им давала Асва, что-то они получали сами, после игр слизывая друг с друга песок и грязь, а я, опасаясь недостатка кальция, необходимого для роста и укрепления костей, дробил кости жертв и скармливал детям мелкие осколки вместе с мясом. Еще до рождения котят приучил к этому занятию жену - ее челюсти ничуть не слабее моих - и дети пили кальций с молоком. В птичьих перьях, хрящах тоже много полезного. Котятам перья не понравились - по сравнению с мясом они жесткие и безвкусные, но я подал пример, съев одного утенка, малыши посмотрели и - надо, значит надо - с аппетитом доели других.
Оказалось, желали полакомиться птичками не только мы - под деревом лежал удав. Очень хороший удав, метра этак на четыре. Странно, что Асва остерегалась возможной угрозы со стороны машины, которая до сих пор стояла за рекой, но не замечала явную угрозу под носом.
"Смертельно опасное существо". - муркнул я.
Все разом повернулись ко мне: "Где?" Спокойный тон моего голоса означал, что нас не собираются атаковать прямо сейчас.
"Вот". - указал головой на удава. Естественно, Рай пошел знакомиться.
"Рай, сейчас же назад!" - приказал я. Он беспрекословно подчинился. Асва удивилась:
"Это пестрое-холодное-медленное-медленное - опасно? Чем? Мы всегда убежим от него".
"Коварное-тихое-сильное-сильное. Подползет, обхватит, задушит. Вырваться и убежать трудно. Замечать и уходить сразу".
Я видел, как душит удав, и передал воспоминание детям и жене, заменив образ антилопы гепардом. Картина вышла впечатляющая, что легко было понять по изменившемуся поведению Асвы. Если раньше она игнорировала эту живую трубу, то теперь подкралась к удаву с хвоста - голова находилась по другую сторону дерева - обнюхала, потрогала и быстро отошла.
"Лайри прав. - добавила она от себя. - Уходим". Дети выслушали ее, и мы ушли.
Я внимательно изучал кучку свежего помета. Черный цвет - переваренная кровь - говорил, что помет оставил хищник. Кто? Не лев, не леопард. Запах настолько привычный, что я сообразил не сразу - он принадлежал гепарду.
"Чужой самец". - подтвердила Асва, когда я показал ей.
Поискал следы - их заровнял недавний дождь. Вскарабкался на дерево, однако его крона такая густая, что сквозь нее с трудом можно было что-либо увидеть. Асва стояла рядом и звала наверх детей, но после случая на ветке, обломанной слонами, они категорически отказывались лезть на какие бы то ни было деревья.
"Почему они отказываются?" - спросила жена. Ее задорное щебетание снова не возымело успеха.
"Лазай сама, но перестань звать котят за собой. Пусть живут внизу, лезть наверх для них опасно".
"Почему? Я лазаю. - в доказательство Асва ловко спрыгнула на землю, лизнула Мррн, а потом забралась почти до верхушки и оттуда глянула на меня. - Ну и как?"
"Хорошо. Ты здоровая, крепкая, сильная. Дети здоровые, но пока слабые. Будут прыгать, поломают лапы, заболеют и умрут. Жалко будет. Пусть живут внизу".
"Им надо учиться лазать, а они отказываются. Плохо, упрямые". - продолжая гнуть свое, Асва защебетала, на что Рай возразил протестующим мяуканьем.
Я издал звук, похожий на звон лопнувшей струны - Асва аж вздрогнула. Этим звуком я поставил своеобразный "якорь" в ее подсознании. Четко и раздельно повторил основное:
"Перестань звать детей наверх. Пусть живут внизу. Они слабые. Научатся лазать, когда окрепнут. Слезай".
Прыгая, я спружинил на согнутых лапах, Асва приземлилась на прямые лапы. Как она не выбивала их из суставов плеч и таза? Потому я не хотел, чтобы милая учила котят прыгать с высоты нескольких ростов, считая ее способ неправильным. Древолазанию я решил учить детей сам - как-нибудь через год.
Впоследствии Асва не раз пыталась зазвать всех куда повыше, но стоило "лопнуть струне", и она покорно спускалась на землю.
Я хотел отыскать гепарда и выяснить с ним отношения. Наши дороги пересеклись вечером: высматривая добычу, я заметил бегущего за жертвой хищника, и поспешил туда.
Передо мной был старый знакомый - Чанзо, я узнал его по черному кольцу ошейника. Когда я подошел, он жевал бедро антилопы. Без предисловий ухватив антилопу за шею, я выдернул мясо из его пасти. Гепард вцепился в ногу, мы молча тянули тушу каждый на себя. Видя, что я перетягиваю, он отпустил тушу и зашипел. Я встал, демонстративно наступив на антилопу, и он узнал меня. Сдаваться Чанзо не собирался, ведь хозяином территории снова был он, а пришельцем - я. Семья сидела и