"Спасибо, интересный подарок, но пользоваться им, как и всем остальным, буду, если припрут к стенке. А то еще дети станут возмущаться: почему я лезу по отвесной скале, а они не могут? Гринни, а что там у тебя "лирического" ?"
"Лайри, мое творчество оценишь в Новом году. Это символично и красиво".
"Что вы будете делать - какую-то феерию?"
"Намыливаемся разжечь клевый фейерверк. - ответила Гринни. - А чтобы вас не засекли по траекториям наших ракет, смотаемся подальше. Пусть ищут пироманьяков в Танзании, или, еще лучше, Ливии".
"Гринни, твое обучение надо откорректировать. Ты нагрузилась в интернете всякой жаргонной ерундой. Во-первых, я все эти словечки не применяю. Во-вторых, ты - машина, знающая правила хорошего тона, тебе не нужно использовать уличный жаргон. Знать жаргон полезно, чтобы понимать того, кто на нем говорит, но в общении со мной выкинь "намыливаемся", "смотаемся" и прочее. Это совершенно никчемный речевой мусор".
"Поправки приняты, корректирую. Мы собираемся устроить красочный фейерверк, а чтобы вас не нашли по траекториям наших ракет, улетим в Танзанию". - Гринни перестроила свою последнюю фразу.
"Молодец, хорошо говоришь. Приятно свободно понимать, не расходуя силы на дешифровку жаргона. Желаю классно повеселиться".
В полуночной тьме появились десятки новых крохотных звездочек, они стремительно летели от земли в черную высь. То были ракеты, запущенные кибердраконами. Когда управляемые снаряды выстроились звеньями, в небе возник огромный, пятнистый контур гепарда. Он пронесся по небосводу, глотая созвездия. Сел, взглянул звездами глаз на луну, и вдруг расцвел яркими вспышками. Грохот разрывающихся ракет, доносящийся с многокилометровой высоты, звучал как мурлыканье. Я смотрел на чарующее светопредставление, и тихий восторг наполнял душу.
"Лайри, как тебе?" - осведомился Блурри.
"Благодарю вас. Столь красивого зрелища я в жизни не видел".
"С Новым годом. - голос Гринни. - А теперь смотри, что тебе подарю я". И она запела:
Время бежит, как Гепард за добычей.
Время мерцает, подобно звезде.
Время стоит, словно камень над кручей.
Время мгновенно - нигде и везде.
Это простое четверостишие Гринни превратила в грандиозный видеоклип потрясающей глубины, с мягкими, сочными красками, плавным звуком. Завершила она свое произведение панорамой Вселенной.
"Спасибо, мультимедийная поэтесса, Мои слезы - лучшая тебе награда". - шепнул я.
Да, время бежит, его ход не остановим. Почему же иногда оно ползет, как полуживая улитка?
Время тащилось, ползло, шло, бежало, летело. Уроки выживания в школе жизни проводились денно и нощно, без скидок на выходные и праздники. Неусвоенный урок мог завершиться гибелью ученика. Мы учили детей, как обнаруживать и избегать змей, скрываться от львов, павианов и гиен, выбирать безопасное место для отдыха и сна, "читать" запахи и следы, искать тропы, которыми ходили на водопой копытные, и отличать их от троп хищников. Учили пить из реки, остерегаясь крокодилов. Учили есть, личным примером показывая, как удобнее всего разделывать тушу газели или птицы, рвать шкуру и ощипывать. Охотиться сами котята еще не могли, но с восторженным энтузиазмом принимали активное участие во всех сферах нашей жизни. Мы обучали их драться, нападая всерьез, по-настоящему крепко кусая за лапы, бока и живот, если не успевали увернуться или ударить. Каждый запоминал приемы, общие для всех, и вырабатывал свою тактику, отвечающую его характеру. Раю импонировала лобовая атака: приседая, он совершал короткий бросок, ударяя сразу двумя передними, метя лезвиями своих когтей в глаза. Бессмысленная на первый взгляд, его атака отличалась хорошо продуманным защитным приемом: в броске Рай падал под лапы врагу, и если противник, уходя от удара, привставал и отворачивал морду, спасая глаза, новый удар приходился в брюхо. Если же противник прыгал сверху - Рай переворачивался на спину и, удерживая врага в объятиях, бил задними лапами по голове, норовя вцепиться зубами в пах.
Раю успешно противостояла Тонка - она, сама того не зная, оказалась истинной последовательницей Айкидо. Рай ничего не мог сделать со своей двухмерной, хрупкой на вид сестрой - Тонка, гибкая и легкая, тенью ускользала от самых изощренных попыток поймать ее. Но уж если она нападала - только держись! Сделав обманный выпад, подскочить вплотную, царапнуть открытое место, легким движением уйти в сторону, оказавшись за пределами досягаемости лап - "воздушный" стиль Тонки кружил голову, она была опасна даже для меня. Чем я гордился. Молниеносным, изящным действием Тонка компенсировала недостаток физической силы, хотя, наверное, ей требовалось больше времени, чтобы набрать нормальную мышечную массу и вес.
Мррн предпочитала спасаться бегством, если же ее догоняли, страх за жизнь трансформировался в ярость, и к этой кошке опасно было приближаться, перед лицом смерти для нее теряло значение решительно все, кроме своей шкуры. В роли смертельных врагов на тренировках выступали мы - и нам самим приходилось бежать от нее прочь. Часто мне казалось, что передо мной совершенно не мой детеныш - настолько Мррн спокойная отличалась от Мррн яростной. Атаку Тонки или Рая можно остановить, просто муркнув: "Все, хватит", и они прекращали борьбу. Но от Мррн надо было убегать, чтобы дать ей остыть, успокоиться и сменить ярость на милость. Сама она, видя противника, даже спарринг-партнера, кончить бой не могла, а наверняка остановить ее можно было, как предположил Блурри, только пулей в упор. Другая Мррн - ласковая тихоня - позволяла шлепать себя, сколько угодно, покусывать за уши, висеть на хвосте, даже спать на ней - без проблем. Мы скоро заметили, где на шкале ее спокойствия находится "точка кипения", и не доводили накал игр до предела, за которым тихоня превращалась в фурию. А мне очень интересно было узнать, какая мама получится из Мррн - любящая и ласковая, готовая драться за детей до последнего вздоха, или нервная и своенравная, которая будет одергивать малыша по каждому пустяку, обеспечивая душевный покой себе за его счет? Чтобы удовлетворить свое любопытство, я запасся терпением: до начала полового созревания было не меньше года - детям исполнилось лишь 6 месяцев.
В марте зачастили дожди, короткие, но очень сильные. Вымокшие до костей, мы согревались, прижавшись друг к дружке. Блурри, копающийся в сети, вдруг обратился ко мне с возгласом искреннего удивления:
"Слушай, тут некие умники организовали суд, и судить собираются как раз тебя!"
Меня? Не знай я Блурри - счел бы все неудачной шуткой.
"По какому поводу?"
"На мой взгляд, наиболее серьезное обвинение - "Человекоубийство". Факты не разглашаются - очевидно, провокация, поскольку мы с тобой знаем, что никаких людей ты не убивал".
"Дела-а творятся. Какие еще статьи?"
"Незаконное пересечение границ и проживание на территории Кении". То есть, тебя присвоили статус нелегального иммигранта. Это обосновано: Кения в изначальном маршруте "Игры на выживание" не указана. Но для тебя оформлена специальная виза, разрешающая вход-выход почти во все страны, где бывают какие-либо туристы. Срок действия визы истекает только через 2 года, поскольку к этому сроку планировалось завершить всестороннее изучение "КомбиГумана", каким его представлял ты в своей "Игре". И вот ты с легкой руки Монаха остаешься тут на неопределенный срок - могу предположить, что на всю жизнь. Однако я не понимаю, как можно повесить на тебя "Незаконное пересечение", если учесть, что ты не являешься человеком. Другое - "Причинение ущерба животному миру". Надо полагать, связано с тем, что ты за 10 месяцев съел немало антилоп и газелей. Но прочной основы это обвинение не имеет - надо же тебе питаться".
Глянув на семью, я ядовито заметил:
"А это что - тоже "ущерб животному миру" ?"
"О твоей семье упоминаний нет. И последний пункт: "Явка в суд обязательна". То есть, тебя, скорее всего, намерены поймать и доставить силой. До "явки" осталось 14 дней".
Я проводил глазами самолет-такси:
"Лишние заботы изобретают на свои и чужие головы. Сумасшедшие".
Глава 18 - Дети-убийцы
Ноут издал мелодичный сигнал, извещая о получении срочного сообщения. Запив сэндвич, Клэр прикосновением ногтя к экрану "утопила" кнопку "открыть".
"С добрым утром, Клэр. Возможно, у меня скоро появятся большие непредвиденные проблемы с местными властями. Зайди на сайт, - последовал веб-адрес, - и напиши мне, что ты думаешь об этом. Свой ответ пошли на "www.blurry.drg". Лайри".
Шлепая тапочками, в кухню вошел Берксон. Зевнув, он глянул на часы.
- Восемь часов две минуты… Хлэр, ты опять на ногах с шести утра?
- Доброе утро, Эд. Я вчера легла спать в десять - погода сонная. Выспалась. Только что по сети пришло письмо от Лайри. У нашего друга проблемы, просит помочь разобраться.
- По сети? Наш чудо-гепард оттуда писать может? Хахим образом?
- Не знаю, Лайри не выдает свои секреты. Вот, почитайте.
Эд сел и придвинул компьютер к себе. Клэр подогрела еще пару сэндвичей и кофе. Вытирая полотенцем лицо, на пороге встала стройная, крепкая блондинка, в движениях которой чувствовалась военная выправка. Капли воды блестели в коротко стриженых волосах. Майка с "гепардом" и шорты-"хаки" были ее повседневной одеждой с тех пор, как ее направили сюда, к зоологам, набираться опыта.
- Здравствуй, Майя. - улыбнулся Берксон. - За полгода ты отлично вписалась в наш холлехтив.
- С добрым утром, друзья. - на ладонях Майи выросла жесткая щетина, обеими руками расчесывая волосы на левый пробор, она подмигнула Клэр:
- Ай, Клэр, завидую я твоей гриве.
Та пожала плечами, расставляя чашки:
- О чем вопрос? Отрасти себе такую же в пять минут.
- Ну, во-первых, вы с непривычки будете шарахаться, во-вторых, я не люблю ускорять естественные процессы. Пусть растут сами. К тому же, с длинными волосами много возни, я буду путаться в них - тоже с непривычки.