"Может, из соображений секретности подождем до ночи? - предложил Блурри. - На равнине вас увидит любой".
"Замаскируемся. - отмахнулся я. - Людей нет, спутники-шпионы всю планету до ядра просветили. Какой смысл играть в секреты?"
Я попрощался с семьей, сказав, что вернусь на следующий день. Асва спокойно согласилась с моим уходом, а дети вообще затеяли игру в прятки и им стало не до меня.
Пьяно качаясь, буйвол неуклюже лег. У него на голове сидела Гринни.
"Задание выполнено. - доложила она и, исчерпав формальности, перешла на обычный тон. - Вот, привела. Это оказалось легче легкого. Я подавила его сознание и заставила переставлять побыстрее ноги. Годится?"
"Вполне. Молодец, Гринни". - похвалил я. Сделав из шнура НанОрга глухой намордник, ловко закрыл быку рот и задушил его без малейшего сопротивления. Затем воткнул в землю длинную иглу. Игла пустила корни, вырос высокий, черный, глянцево блестящий ствол, он разветвился на верхушке и пошел расти кроной вширь и вниз. Меня и тушу быка накрыл ажурный купол. Ветки и ячейки срастались, затягивались жесткими щитками брони. Наконец, конструкция обросла травой, и Блурри, осмотрев, заверил, что получился обычный непримечательный холм.
"Готово. Этот купол не провалится, даже если по нему будет ходить слон - "жесткая броня" держит давление полтонны на квадратный сантиметр. Гринни, ты остаешься снаружи наблюдать и охранять, а ты, Блурри, давай сюда - тебе предстоит самое сложное".
Кибер пролез ко мне через одно из отверстий для воздуха.
"НанОрг знает мой геном. Используя тушку этого вот бычка, - я кивнул на гору мяса рядом с собой, - я создам тело человека. Ты запишешь на его мозг мою память - так же, как корректировал память жены. Справишься?"
"Да. Хочу уточнить, что делать с…" - Блурри напомнил несколько пренеприятных событий из моей жизни.
"Эти события повлияли на развитие моего характера и личности, удалять их из памяти нельзя - тогда это буду уже не тот я, какой я сейчас. Пиши все подряд, от рождения и заканчивая событиями текущих часов. Абсолютно все - и хорошее, и плохое".
"О плохом. Есть файлы, помеченные комментарием "Какой-то бред". Их тоже писать?"
"Покажи-ка?" - Блурри выдал убогий порномультфильм.
"Какой-то бред. - я передернул усами. - Эту чушь и все, отмеченное аналогичным ярлыком, выбрось из головы - и своей, и моей. Искажений в памяти точно не будет - я и не запоминаю такого - только мозги мутить. Эротика "анимэ" красива, а это - как выразилась твоя Гринни - "мыслехлам".
"Хорошо, я готов. Напомню главное: во время моей работы не должно быть никаких помех со стороны - шумов, движений. Гринни?"
"Гарантирую полное спокойствие".
Блурри повернулся ко мне, в его голубых глазах мерцали синие звездочки:
- За дело, НанОрг. Да пребудет с нами удача.
Буйвол был огромен, поэтому я не стал тратить силы на перенос материала, а через рот внедрил симбиота в тушу и там, внутри, формировал человека. НанОрг разъел могучие кости быка, и туша неузнаваемо изменилась, осев многочисленными складками мяса и жира. В середине ее шевелилось, вздымалось, опадало и перетекало - там жил набирающий силу организм, изобретенный генетиками, рассчитанный на компьютерах, выращенный в пробирках, задуманный, чтобы помогать человеку выжить путем сверхбыстрого восстановления поврежденных органов. Став гепардом, я позволил НанОргу стать моим телом. Теперь я достиг границ невозможного: на основе симбиота я попытаюсь создать человеческое тело и мозг.
Вызвав в памяти НанОрга полный геном человека, я послал этот образ в чернеющую бездну. И закипела работа сотен триллионов клеток. НанОрг выстраивал скелет, внутренние органы, нервную систему, мышцы и наружный покров, черпая энергию из окружающей его плоти. Моя ДНК служила "инструкцией", с которой НанОрг читал информацию о строении тела, но все органы, начиная эритроцитом и заканчивая мозгом, являлись видоизмененными клетками самого симбиота.
"Лайри, павиан ковыряется на твоем убежище. Запах привлек". - голос Гринни.
Запах под куполом стоял специфический - строя одно, НанОрг разлагал другое. Я просто заткнул нос фильтрами, когда начался активный процесс разложения бычьей туши.
"Шарахни его током в задницу, чтоб удрал". - порекомендовал я. Рекомендация была не очень эстетичной, зато действенной - раздался павианий вопль.
Все неиспользованное, что осталось от буйвола, НанОрг преобразовал в белки, липиды, протеин. Распределив энергию, он слился с неподвижно лежащим человеком. Это мое новое тело, но в нем пока нет моего сознания. Я осмотрел его, настороженно принюхиваясь. Человек дышал, слышались мерные удары сердца. Он находился в глубоком, спокойном сне. Подсоединившись к симбиоту - теперь уже автономному организму - выстроил черную оболочку-"трико" с белой V-образной полосой на груди, закрыл уши, как просил Блурри, когда работал над памятью Асвы.
"Блурри, все, что от меня зависело, я сделал в лучшем виде. Теперь твоя очередь установить "программное обеспечение". Чтобы случайно не помешать тебе, я выйду. Когда закончишь - скажешь. Успеха".
Купол оказался засижен мухами, вокруг ходили гиены, шакалы и привлеченные ими грифы. Прячься - не прячься, а запах выдает и манит многих.
"Гринни, как семья?"
"Асва ждет, а молодые твоего ухода, похоже, не заметили. Резвятся как всегда".
"Хорошо, что у них все мирно".
Я дремал. "Хакер памяти" работал. Грифам вконец надоело, и они улетели - запах запахом, а туши нет. Сумерки уже ласкали землю, когда кибер пришел ко мне. Я сразу очнулся, взволнованно забилось сердце.
"Как?.."
"Нормально. Снимай купол".
Чей-то горячий язык лизал мою щеку. Открыв глаза, увидел созвездия, и склонившегося надо мной гепарда. Добрый и внимательный взгляд золотых глаз - так он смотрел на подругу и детей. Улыбнувшись, я коснулся рукой его лба. Мурлыкая, зверь лег, положив голову мне на грудь. Почесывая за ушами и слушая мурлыканье, я ни о чем не думал.
Встав, гепард хлопнул меня лапой по груди, мысленный голос был довольно требовательным:
"Хватит расслабляться, поднимайся. Мне интересно посмотреть на тебя".
Я встал. Голова оказалась непривычно высоко над землей, и две точки опоры вместо четырех. Оглядел руки, провел ими по телу, коснулся лица. Движения были замедленными, неточными, речь тоже далась с некоторым трудом:
- Лайри. Я поч-чти з-забыл себ-бя преж-него.
Шагнув, упал ничком, успев подставить руки. Лайри ласково облизал мое испачканное в пыли лицо.
"Ты не мог забыть себя. Человеком ты жил тридцать лет, а животным прожил всего года два. Ты просто отвык от себя-человека. "Твое тело - это твое лучшее оружие, которым ты должен владеть в совершенстве". Встряхнись, я помогу тебя освоиться. Сначала - пробежка".
Держа в руках хвост Лайри, я бежал за ним. Я больше не падал, реакции возвращались с первым же движением. После длительного комплекса физических упражнений я чувствовал себя свежим и крепким. Но зверю этого оказалось недостаточно. Когда совсем стемнело, мы оба воспользовались черно-белым "кошачьим" зрением, чтобы видеть друг друга.
"Итак, ты готов сражаться?" - спросил гепард-трансмутант, пустив с плеч щупальца - их концы превратились в тяжелые, широкие лезвия палашей.
- Готов. - кивнул я, выращивая из рук мечи. Простые серии обменов ударами все более усложнялись, переходя в мощные "комбо" выпадов. Тело и оружие слушались безукоризненно, слитые в единое целое.
Мы занимались ночь напролет, уложив в несколько часов весь месячный график упражнений, разработанных для "КомбиГуманов". Мне не нужно было повторять и закреплять пройденное - только вспомнить один раз.
В торжественном безмолвии мы встречали рассвет. Я стоял, глядя на Солнце, краешек которого показался из-за горизонта. Над тусклым зеркалом воды низко пролетела цапля. Привычно заметил "мясо" - маленьких антилоп, пасущихся на берегу выше по течению. Гепард сидел у левой ноги, прильнув ко мне. Ладонь скользнула по его голове, шее… Нащупав пряжку, снял ошейник без вести пропавшего Чанзо. Ремень не нужен был гепарду, а я верну его. А может, не стоит огорчать мальчика? Да, пусть лучше Дик верит, что Чанзо жив и где-то гуляет - тогда эта разлука будет для него не столь болезненной. Извиваясь черной змеей, ошейник полетел на середину реки.
- Лайри, я очень рад, что снова стал человеком. Я вернусь к людям. Работать в спокойном и уютном месте, как раньше, я, скорее всего, не смогу - слишком многое прожито, пересмотрено, мне будет просто скучно. Но жизнь и приключения поинтереснее наверняка найду - если раньше они не найдут меня.
"А я вернусь к семье. - мы встретились глазами, зверь улыбнулся. - Эти годы не прошли для нас даром. Мы приобрели уникальный жизненный и семейный опыт. Я уверен: ты будешь таким же хорошим отцом, как я. Или даже лучше".
- Наша семья… Я благодарен Асве и детям. Лайри, ты разделил свой путь, свою судьбу: оставаясь в животном мире, ты все же возвращаешься в мир людей, ведь я, созданный тобой - это ты сам, твои сознание и память.
"Да. И вместе с тем, мы уже не одинаковы. У нас разные мысли, взгляды на один и тот же предмет. Наша память идентична, мы очень близки, но отныне мы - разные личности".
Лайри встал на задних лапах, положив передние мне на плечи:
"Помнишь вождя, просившего о покровительстве, когда я одолел Шамана-Льва? Я - твой тотем и покровитель. Я поставлю на тебе Знак Гепарда. В минуту опасности он убережет тебя от гибели, в минуту печали напомнит хорошее из жизни Гепарда, а в минуту радости я буду радоваться вместе с тобой".
Я молча преклонил колени, обнажая грудь. Зверь вонзил когти в плоть человека. Кровь не текла, кожа зарубцовывалась сразу, боль я чувствовал глубоко и трепетно, всем существом - то была боль Посвящения. От левого плеча до правого соска протянулись ровные линии шрамов - неизгладимо врезавшиеся в мое Тело, Душу, Разум и Сердце, мощным штрихом завершили они полноту осознания. Гепард "чирикнул", я ответил таким же металлическим звуком.