Немного статистики. Опрос, который был проведен на моем авторском правозащитном канале «МеркачеваПрава», показал:
20 % респондентов боятся стать жертвой маньяка;
13 % опрошенных страшатся того, что кто-либо из их знакомых или близких – маньяк;
5 % опасаются, что, не справившись со злостью, ревностью и т. п., сами могут стать маньяками.
После этого не кажется странным, что люди весьма живо интересуются маньяками. Этот интерес всегда был силен, но в последнее время, похоже, вырос.
«Вы видели десятки маньяков. Вы разговаривали с ними. Расскажите!» – то и дело просят меня студенты на лекциях, коллеги-журналисты в ходе интервью, читатели во время моих выступлений на книжных фестивалях и различных конференциях.
Психологи считают, что нынешний повышенный интерес к тру-крайм[2] в целом и маньякам в частности объясняется тем, что человеку, находящемуся в стрессовом состоянии (из-за ковида, СВО), нужно еще больше напрячь психику, чтобы она наконец расслабилась. То есть если кому-то тревожно, один из способов на время снять это состояние – почитать триллер или посмотреть фильм ужасов. Вот еще одна причина интереса к этой теме.
Абсолютное большинство маньяков, о которых я пишу, имели подтвержденные психиатрические диагнозы. Однако многие люди с точно такими же нарушениями психики не стали маньяками, а эти стали. В каждой главе я попыталась выделить ведущее негативное чувство, которое превратило соответствующего человека в чудовище.
В качестве примера приведу несколько фамилий маньяков и то, что ими руководило (выводы, к которым я пришла в результате расследования):
Петров-Комаров – жадность;
Пичушкин – гордыня;
Драганер – злоба;
Комин – жажда власти;
Шипилов – поиск острых ощущений;
Миргород – скука, отсутствие смысла жизни;
Бычков – ревность;
Васильев – обида;
Петрова – месть.
Каждый раз, когда одно из этих чувств вдруг начнет душить вас изнутри, возьмите книгу и прочитайте, во что можете превратиться, если станете кормить этого «волка». Пусть истории о реальных маньяках отрезвят вас.
Кстати, про алкоголь.
В большинстве случаев маньяки выходили на охоту в состоянии алкогольного опьянения. Более того, некоторые, протрезвев, не могли поверить в то, что натворили. В третьей части описан любопытный случай, где «герои» – пациенты ПБСТИН. Один из них, отличавшийся крупным, мощным телосложением, попал в больницу по приговору суда, который основывался на заключении экспертов о его невменяемости в момент совершения преступления. Каждый раз, когда мужчина выпивал алкоголь, он впадал в беспамятство, а очнувшись, с ужасом видел вокруг себя горы трупов. Стараясь объективно оценивать ситуацию, маньяк категорически отказывался покидать лечебницу, мотивируя это тем, что на воле снова выпьет и опять от его рук погибнет много людей.
В ходе исследования я пообщалась со многими психиатрами, в том числе работающими в колониях для пожизненно осужденных. Их вывод примерно таков: если у человека есть даже незначительные психические отклонения, алкоголь может привести к немотивированной агрессии и жестокости. Именно он является спусковым крючком к совершению преступлений. Понимаю, это может звучать утопично, но как знать – вдруг в будущем спиртное будут продавать только тем, у кого есть справки от психиатра об отсутствии противопоказаний?
Один из выводов моего исследования – между первым и вторым убийствами чаще всего проходило довольно много времени. В этот период убийца выжидал: придут ли за ним? Именно безнаказанность подталкивала к новым преступлениям. Если маньяка не остановить, каждое его следующее злодеяние будет более чудовищным. Запущенный процесс потери человеческого облика необратим без медицинского вмешательства. Так произошло в случае с серийным убийцей и насильником-геронтофилом (достигал сексуального удовлетворения только с пожилыми женщинами) Сергеем Цукановым, который свое последнее преступление совершил при свидетелях на похоронах знакомого.
Самый страшный маньяк, уголовное дело которого я изучала, – Головкин по прозвищу Фишер. Но о нем я писала в другой книге, под названием «Громкие дела». И его история настолько жуткая, что повторять ее здесь не буду (тем более что никаких новых материалов в деле пока не появилось).
Второй в «рейтинге» – битцевский маньяк Александр Пичушкин, о встрече с которым в колонии для пожизненно осужденных рассказывалось в моей книге «Град обреченных». Летом 2024 г. я изучила материалы уголовного дела Пичушкина и нашла экспертов, которые проводили его судебную комплексную сексолого-психолого-психиатрическую комиссию. Возможно, в нынешней книге впервые будет дан ответ на вопрос, как он превратился в монстра.
Часть бесед с маньяками была опубликована в книге «Град обреченных», но здесь я дополнила их материалами судебных дел, которые ранее не были известны. Кроме того, в жизни этих маньяков произошли изменения.
Очень надеюсь, что скоро будут разработаны тесты, которые позволят определять «маньяческие» предпосылки еще в школьном возрасте. Уверена, что это возможно. И как знать: может быть, моя книга здесь в чем-то поспособствует. Хотелось бы, чтобы она в целом помогла людям распознать опасные процессы в себе, своих близких, соседях, коллегах и тем самым, возможно, предупредить преступления. Надеюсь также, что она будет полезна практикующим юристам, врачам, педагогам и психологам.
И еще несколько слов в напутствие перед страшным чтением. Маньяки не прилетели к нам с других планет, они родились и выросли среди нас. Обратите внимание на историю людоеда Бычкова, который признался: своими страшными преступлениями он пытался обратить на себя внимание, поскольку никому не был интересен. Равнодушие однокурсников и педагогов, соседей и др. не позволило остановить его в самом начале кровавого пути. Может быть, маньяки как явление учат окружающих быть внимательными, неравнодушными, больше ценить жизнь?
Название книги «Я иду искать» – это не отсылка к тому, что маньяки выходят на охоту (а они действительно воспринимают себя охотниками). Это мой призыв к каждому искать в себе свет, который помог бы рассеять тьму внутри и вокруг.
Благодарю за помощь в подготовке этой книги работников судебной системы и редакцию «МК» (где изначально публиковались некоторые мои расследования о маньяках).
Часть IСуды над маньяками
Глава 1Дело супругов Петровых-Комаровых: страшная тайна одной семьи
В 1923 г. Московский губернский суд приговорил к расстрелу первую (и единственную задокументированную) в России семейную пару маньяков. Василий Комаров убивал, а его жена Софья помогала прятать следы и заманивать новых жертв.
По некоторым сведениям, приказ срочно поймать серийного убийцу отдал сам Владимир Ленин (это случилось после того, как стали находить мешки с трупами, которые были по-особенному связаны). Суд вышел скорый – длился всего два дня. Рассмотрение дела о серийных убийствах, совершенных Василием при содействии жены, было открытым, и десятки людей могли слышать страшные откровения четы маньяков. Но это лишь породило множество легенд вокруг них, ведь память человеческая склонна к фантазиям и домыслам. Рассказывали даже, что супруги не просто убивали, но расчленяли трупы и продавали человеческое мясо.
О деле маньяка писали Михаил Булгаков и Демьян Бедный. Но что может быть более достоверным, чем протоколы судебных заседаний? И что может быть интереснее, чем задокументированные этапы поиска, поимки и расследования серийных убийств в Замоскворечье? Именно это я вам и предлагаю, изучив хранящееся больше века (!) в архиве Московской области уголовное дело против маньяков.
В 1921 г. в Москве среди бела дня стали пропадать люди. В основном это были мужчины, которые накануне собирались на Конный рынок на Серпуховке. И тогда же в районе Замоскворечья стали находить человеческие останки в мешках. Тела были специфически связаны, чтобы занимать как можно меньше места: руки за спиной, ноги согнуты и прижаты к телу так, что касались груди или подбородка. Кроме того, погибшие имели одинаковые травмы: следы от удушения веревкой и удара по голове молотком. В милиции сделали вывод, что все это дело рук одного и того же человека. На серийного убийцу объявили охоту. О деле доложили на самый верх, следствие было взято под контроль молодым советским правительством. Вообще это было неслыханно: в Москве в такой важный для советской власти период становления орудует маньяк!
Никаких зацепок у следствия не было. Убийца не оставлял следов. По мнению милиционеров, внешне он выглядел так: физически крепкий, сильный мужчина средних лет, вероятно, работавший извозчиком. Только спустя почти два года следствие наконец вышло на подозреваемого, который проживал неподалеку от места злодеяний, на Шаболовке.
Передо мной два тома этого страшного дела, которые хранятся сегодня в архиве. В них детально описывается весь путь, который прошли милиционеры в поисках маньяка.
Первое убийство было совершено 13 марта 1921 г. Вот как это задокументировано:
13-го марта 1921 года в 5-е отделение милиции явились гр-не Д. и Щ. и заявили, что сего 13-го марта они, гуляя, зашли для отправления естественной потребности в дом № 12 по Конному пер., и, заглянув в щель проломленного пола полуразрушенного помещения, заметили обнаженные ноги человека, и, предполагая, что нашли труп, поспешили сообщить милиции о своей находке. Прибывшим представителем милиции в указанном месте были найдены два трупа: один женский, другой мужской, причем первый лежал на втором; головы трупов имели следы ран, нанесенных тупым орудием, лица их были обезображены. Одежда мужского трупа состояла из телогрейки военного образца и валяных сапог, одежда женщины – из черной юбки и белой рубашки. Трупы, очевидно, находившиеся в месте их обнаружения в течение нескольких дней, были отправлены в Лефортовский морг, где производивший вскрытие их доктор нашел, что смерть покойных последовала от сотрясения и ушиба головного мозга вследствие ударов, нанесенных каким-либо тупым твердым орудием, например обухом топора, причем первый, более сильный из них, был направлен в левый бугор лба, от какового удара покойный впал в бессознательное состояние, в продолжение которого ему были нанесены остальные удары. 15-го марта гр-н Л., служащий в качестве дворника, опознал в лице убитых своего брата и сестру Михаила и Ирину и на допросе показал, что 4-го марта какой-то неизвестный, одетый в поддевку солдатского сукна и черную шапку, предложил покойному Михаилу Л. купить у него муку по 100 000 руб. за пуд. 6-го марта Михаил и Ирина явились за мукой, взяв с собой около одного миллиона рублей… домой не возвратились.