И тут взгляд упал на выпавшую бумажку с надписью на русском «Дерево и Маляр».
— Ты что-то сказал, Ирука? — выключила громоздкий фен Анко.
— Я сказал, что ты испортишь свои чудесные волосы, если будешь их сушить этой… — будто бы забыл слово, — штукой.
Отвлекая ее таким не хитрым способом, незаметно убрал бумажку в прикроватную тумбочку.
— Ох, — зарделась, — ладно. И «эта штука» называется фен, Ирука.
— Угу, просто запамятовал.
Первый день в качестве командира ничем особенным не выделился, разве что для Сакуры он стал черным днем календаря и личной трагедией. Саске принял изменения без особых эмоций, а Наруто просто улыбался, он уже успел вместе с Анко порадоваться за меня.
Теперь, когда никто не стоял над душой, я не кинулся гонять команду аки Майто Гай, но с первого дня назначил тренировку каждый день после заданий. Миссиями назвать эту мелочевку — было бы слишком громко. Да и миссии я брал так, что вечер оставался свободен. Тренировки важнее, чем недополученное вознаграждение за одну D-эшку.
Сакуру отвел в Госпиталь и проследил, чтоб она записалась на курсы ирьенинов. Там, кстати в самом начале списка мелькали знакомые имена, а возглавляла его Хината. Это пока лишь кандидаты, но я порадовался, что подружка Наруто в первых рядах.
Чтоб поддать пинка мотивации Сакуры, будто бы случайно проговорил:
— Из нее получится превосходный ирьенин. — улыбаясь, коснулся строчки с именем Хинаты. — Как и ожидалось от лучшей.
Сакуру страшно перекосило, она сломала карандаш, раздавив его в руке.
«Я лучшая! Я! Я, а не какая-то там Хината!» — прозвучало в голове так, словно Харуно проорала это мне в ухо.
Задания были — одно другого скучней, но доверить их не шиноби было нельзя и скинуть на кого-то другого — тоже. Сейчас D ранг — это не повинность — а обязанность и особого выбора нам не давали.
Мы помогали разбирать книги и документы в хранилище, убирать грязь там, куда не шиноби только со стремянкой доберется, помогали обслуживать продовольственные склады…
— Надоело! Почему этим не может заняться кто-нибудь другой? — возмутилась Харуно, пнув ящик. — Это может сделать даже обычный человек!
— Потому что эти продукты потом едим мы. Чистка колодцев и акведука — это тоже задания, которые работают на нашу с вами безопасность и качество жизни. Если еду или воду нам приправят ядом, то мы дружненько подохнем, как протравленные крысы.
А еще потому, что благодаря правильной организации работы, теневым клонам Наруто и моим, мы сделаем эту работу в три-четыре раза быстрее, чем любая другая команда.
Не то чтобы местные генины и их наставники были дебилами и не могли если надо организовать работу, совсем нет. Просто они предпочитали этим не запариваться.
Они же не грузчики, не садовники, не няньки, на кой черт им ломать голову и думать над тем, как сделать эту работу быстрее и лучше? Смысл ведь в том, чтобы сделать и понять, как себя вести если придется прикидываться обычным человеком.
Но у нас сейчас ситуация немного другая — мы конкретно встряли с D-эшками и я обязан объяснить своей команде, как их лучше делать.
— Экономика должна быть экономной. Тебе ли этого не знать, Сакура-чан!
Харуно насупилась, рот открыла, для гневной отповеди, но опомнившись, вежливо кивнула, пробормотав что-то нелицеприятное. И не придерешься, она ведь бурчала безадресно, а домыслы на доказательства не потянут.
С другой стороны, ее можно понять. Я, хоть и не преднамеренно, задел Харуно, напомнив о ее происхождении. Харуно потомственные купцы, а не шиноби, и напоминание об этом ее раздражало.
Ну да ничего, пусть привыкает к реалиям взрослой жизни. Сейчас пока поучать не буду, подожду, пусть осознает. Не оставлю выбора, будет покладистей. Сейчас она уверена, что назначение меня капитаном команды — это временное решение и она всегда может нажаловаться на меня Какаши.
Скинув балласт в виде Собакина, я занялся осторожным рационализаторством и, как мне кажется, преуспел.
Всего одно правило: Сначала думаем, потом делаем. И думаем не просто как быстрее отделаться от работы, но еще о том, как потом к ней не возвращаться. Я человек ленивый, мне не уперлось переделывать в неурочное время за бесплатно то, что можно было сделать хорошо сразу.
Так как русская поговорка про семь раз отмерь, для местного уха, была непривычной, ее пришлось заменить на «Лучше пять минут подумать, чем двадцать поработать».
И никакой благотворительности в стиле Какаши! Мы делаем только то, ради чего нас позвали. Ни больше, ни меньше.
Разумеется, рационализаторство не обошлось без минусов. Оно хоть и помогало зарабатывать чуть больше, но нам же вышло боком, поскольку команда семь стала любимой в бочке затычкой. Не успевают что-то срочное сделать? Надо звать седьмых!
Они справятся, сделают быстро и хорошо. Скорее всего, именно это стало причиной того, что нас внезапно стали нагружать только миссиями ранга D, не давая ни одной C.
Но сказать, что это была рутина, которая превращала будни в содержимое остывающего чана с гудроном, я не мог. Порой мне казалось, что дни сменяли друг друга быстрее положенного, будто в сутках стало двенадцать часов вместо двадцати четырех.
Я сам уже с тоской поглядывал в сторону главных ворот, как Наруто, разве что не стенал и не канючил, как малой. Саске и Сакура его бы наверняка поддержали… Если бы у них сил хватало на нытинг, чтобы качать права и клянчить что-то: все свободное время Харуно пропадала в книжке, уткнувшись в нее носом, а Учиха гонял в «решетке» пальцев миниатюрную шаровую молнию. В такие моменты Саске напоминал мне кошку, играющуюся с мухой. Статикой от красноглазого шибало так, будто он носит сплошную синтетику и сам из нее состоит!
Но Наруто вымотать тренировками было не так-то просто, у него хватало сил и на учебу, и на свидания с Хинатой, хотя он это называл «пойду погуляю». Прежняя компания больше не собиралась. Инари нашел себе друзей из класса, вроде бы, даже с Конохамару общается без конфликтов. Все же с ровесниками ему интереснее. А без него и Широ выпал из окружения Наруто. Якумо гулять не отпускали, не объясняя причин. Так что из всей компании осталась лишь Хината, в комплекте к которой, время от времени, шла ее команда.
Не знаю, что там произошло у Юхи Куренай, но ее ребята слишком часто болтаются без дела, отвлекая нас от работы.
В «Пестрой пиале», наконец, закончился ремонт. Открытие «новой» забегаловки прошло без шума, просто в один прекрасный момент вывеска переехала на другую сторону здания, а на первом этаже появилась меловая доска с картой и пояснениями.
Поначалу криминальный элемент шугался, как дикий зверь, обживая новое место. Кто-то даже возмущался и, невзирая на просьбы Соры, садился внизу, из-за таких упорных я приказал на первом этаже разобрать всю оставшуюся мебель и снести ее в подвал, потеснив скромные запасы продуктов и пойла. Это временное решение, что делать с этим хламом потом, когда откроется кафешка на первом этаже, я даже думать боялся. Но Сора не понял моих затруднений и подсказал, что по закону я имею право «расти» вверх и вниз от своего участка. Земля под «Пестрой пиалой» тоже моя собственность. Средневековье же. Углублять подвал не хочется, так можно все здание само в себя сложить, а вот слепить пристройку под лестницей — самое то.
Еще управляющего «Пиалы» смущал вид второго этажа, похожий на дорогой бордель, но я поклялся, что никакого разврата там устраивать не собираюсь, а самой возмутительной вещью будут картинки с эротикой на стенках.
Их я нарисовал углем и мелом на картонках нарытых в куче строительного мусора, а вместо рам использовал напольный плинтус. Лишь в конференц-залах пошлятина не висела, туда переехали карта Гато (в зал побольше), и несколько ковров, которые я не сумел притулить дома.
Госпиталь же сам по себе отжирал кучу времени, сил и нервов, просто потому, что это работа с людьми. С очень-очень наглыми людьми, которые считают, что они сами знают, чем их лечить, как их лечить и когда выписывать! Но это рутина, я привык, и мои мысли это не занимало.
Зато их занимал Учиха Саске, молчаливо, с укором, сверлящий меня взглядом каждый божий день. Я бы сам рад решить проблему фальшивого нукенинства побыстрей, да только Цунаде мое прошение игнорировала, потому сказать парню было решительно нечего.
А просто так ворваться к Цу без стука, я не мог. Сенджу слишком вспыльчива и злопамятна, не хотелось бы ее раздраконить.
Еще раз обдумав ситуацию, подвел итог: все, что мог, в данной ситуации, я сделал.
Чтоб показать себя с лучшей стороны — открыто и честно говорил ей правду, поделился мыслями. Даже объяснил ситуацию, проясняя некоторые моменты, которые не попали в доклад… но личной встречи с Цунаде так и не удостоился.
Она будто бы забыла о нашей команде. Да и серьезных заданий, которые выдавал лично каге, нам не перепадало. Да-да, как раз из-за того, что мы были затычками. В манге, конечно, миссии всегда выдавал Хокаге… Ага, делать главе Деревни больше нечего, как весь день сидеть и выдавать миссии всех рангов, включая D, всем шиноби Конохи. А штаб и помощники на что? Для красоты?
Пока Сакура в поте лица перебирала выпавшие из ящика коробочки, сортируя их, а Наруто руководил командой клонов-носильщиков, я отошел с Учихой в тенек.
— Не надо сверлить мне взглядом затылок, Саске-кун. Все что обещал, я помню. Попроси Наруто сегодня вечером провести тебя на полигон.
Учиха кивнул и натянул на глаза очки-маску. С этим аксессуаром он почти не расставался с тех пор, как получил, но носил чаще всего на лбу.
До заката еще оставалось часа три, но из-за плотных сиреневых туч, затянувших лентами горизонт, казалось, будто скоро стемнеет.
Край солнечного диска показался всего на миг, окрасив полигон в рыже-золотые цвета, а затем снова стало пасмурно и тихо, хотя воздух все равно принес далекий запах сырости и озона. Оставаться сегодня тут надолго совсем не хотелось, но надо было дождаться парней. На всякий случай, мы по-прежнему соблюдали конспирацию и не заходили на полигон одновременно.