То ли бегун Вагараши ждал Аоя, то ли хотел переждать непогоду и рвануть в короткий промежуток затишья, оставшись в лодке, я так и не понял.
Добравшись до пристани, я шуганул бегуна, приземлившись перед импровизированной палаткой со сложенным зонтиком Аоя в руках.
Против массы плохо защищенных противников – зонтик самое то! Тем более что у предателя и яды, и противоядия я тоже увел.
- Привет, - оскалился я. - Тебя как звать?
- Фу-укуске Хикя-хия-к-куя, - сглотнув, ответил бегун Вагараши, взглядом прикипев к зонту. Узнал.
— Вот что, Фукуске-кун, - хохотнул я от его имени, - я тебе очень рекомендую даже не пытаться выиграть, понял? В море ведь всякое случается. Так что проиграй достойно.
Васаби не хотели смерти второго бегуна, но говорить с ним мне никто не запрещал.
- Я… я понял, - сглотнул бегун. И замер, едва дыша, выжидая чего-то.
- Ну раз понял, то можешь бежать. – кивнул я в сторону первого храма.
Парень неуверенно кивнул и бочком-бочком обогнув меня, вылез из лодки и побежал по воде.
Я же, хмыкнув, махнул, подзывая, Саске, чтоб он с клонами притащил Рокушо ко мне. Все ж приятнее плыть с комфортом в относительно нормальном корыте, чем в рыбацкой дырявой лодочке, которую выпросил у знакомых Идате.
Бегун скрылся в лесу еще до того, как мы отчалили. Удостоверившись, что Саске примерно понимает, как и куда рулить, и знает, что и как делать в непредвиденных ситуациях с Рокуши, я уже собрался было лететь, когда меня остановил полный скорби вопрос Учихи.
- Ирука-сенсей, вы вмешались потому, что не верили, что мы сможем справиться с джонином самостоятельно?
Мысленно выругавшись, я совершенно честно ответил.
- Как раз в вашей победе над Аоем я абсолютно уверен.
- Тогда почему вы не дали нам его победить?
- Потому что ваша задача была не в том, чтобы победить его, а чтобы защитить Идате. А поскольку из защитных техник у вас только фуин-барьеры, а у предателя были зонты с отравленными сенбонами и меч Второго...
- Но... - попытался было Саске меня перебить.
- Вы могли не успеть или он мог пробить вашу защиту. И вы бы победили Аоя, провалив при этом миссию. Я лично не знаю, какой у Рокуши был яд и нашлось бы у меня противоядие к нему. Кроме меня, других ирьенинов тут нет. Смотреть как вы умираете от яда у меня не было никакого желания. Завтра вы мне будете нужны здоровыми и максимально готовыми к бою, а не отравленные и обожженные. А если ты не забыл, миссия у нас общая, одна на всех. И каждый из нас должен стараться внести посильный вклад в ее выполнение. То, как отлынивал Какаши – это плохой пример для подражания.
Было видно, что занудное уточнение инструкций Саске сейчас бесило, но слова про посильный вклад заставили задуматься и разгладили лицо.
- К тому же, - поспешно добавил я, - у меня вообще-то мало времени, и нужно было победить предателя как можно быстрее. Так что извини, но мне пора, - я поспешно расправил крылья и полетел в сторону полуострова. И нет, я вовсе не сбегаю от подростковых проблем своего подопечного. Просто пора готовить нападение на Ближний лагерь.
А вообще, конечно, абсурдная ситуация. Получается, что из-за Какаши я теперь должен на полном серьезе объяснять Саске, почему это плохая идея - позволять генинам драться с джонином, а самому стоять в сторонке, беспечно полагая, что всегда успеешь предотвратить худшее. Это бред, даже если уверен, что эти генины смогут-таки запинать врага. А они победят: либо Саске задействует силу проклятой печати, либо Наруто – силу биджу. Вот только превозмоганий и отбивных на ножках мне тут не надо!
Отправив клона к Зомби, сам я под хенге покрутился над городом, проверяя, нет ли чего странного в округе, вроде неучтенных шиноби или вдруг решившей вернуться команды Рокушо. В общем всего того, что могло бы нарушить мои планы.
Сколько бы я не разглядывал улицы, а там шла лишь обычная, мирная и ни чем не примечательная жизнь.
Зацепившись взглядом за черепичную крышу поместья Васаби далеко впереди, припомнил, что Учихе вообще-то еще тушку в дурацком комбезе тащить и отправил к Джирочо теневого клона — пусть пришлет несколько парней покрепче с носилками — «помочь болящему».
Ветер шелестел в крыльях, трепал волосы, а я думал…
Правильно ли я сделал, разделив команду? Оставляя на Саске такую обузу как Рокушо…
Прикопать где-нибудь пленника и не морочиться с его доставкой нельзя. Рокуши для меня являлся тем самым ружьем, которое убивало сразу нескольких зайцев: я помогал разведке, подлизывался к влиятельному человеку и к начальству будущей супруги…
Шрамированный скальп ведь мало того, что глава клана (что не так уж и много, судя по мне), но и глава одной из самых влиятельных организаций Деревни. Еще одна сила, с которой надо считаться. Да, департамент неотделим от внутренней кухни, и формально находится в жесткой сцепке с каге, но то было при Третьем. Очень сомневаюсь, что Ибики станет так же заглядывать в рот Пятой.
Но все-таки это не главное. Дело совсем в другом. Во-первых, Ибики известен тем, что очень хорошо и тщательно делает свою работу, и во-вторых, в том, что к его информации и расследованиям Цунаде и верхушка Конохи относятся серьезно, и рассматривают их на самом высоком уровне, и не отмахиваются от его сведений и рекомендаций.
Даже не из желания угодить Цунаде, а просто выполняя свою работу, Ибики может однажды заинтересоваться моей историей. Потому-то я помимо прочего хочу, чтобы моя полезность для Конохи и лично для него перевесила любые мои странности, чтобы он закрыл на них глаза, когда придёт время. Если оно придёт…
Вообще кредит доверия распространялся не только на Морино Ибики, но и на его подчиненных в том числе. Все работники департамента пыток и дознаний проходят жесточайший отбор и постоянные тщательнейшие проверки на верность и профпригодность. От них требуют стопроцентной надежности и верности, без оговорок и сомнений. Отсюда проистекает и уважение к тем, кто готов жить под микроскопом, пристальным вниманием и каждый день соответствовать высоким требованиям. Быть вне подозрений, как жена Цезаря. Ведь у всех нас есть свои грешки и скелеты в шкафу, а ребята и девчата из этой организации должны были смириться с тем, что все их грешки вытащат на свет, и тщательно осмотрят и прокомментируют — как коллеги, так и посторонние. Никаких маленьких личных секретов, сторонних приработков и бизнесов, презумпции невиновности, прав личности и прочего. По любому поводу будь готов немедленно дать самый полный отчет и пройти ментальную проверку. Для шиноби, людей скрытных, никому не доверяющих, склонных к независимости и даже к анархии это достаточно тяжело. Я вообще удивлен тому факту, что Анко взяли туда на работу после финтов Орыча. Задача у этого департамента тоже важнейшая — добывать информацию. В том числе такую, от которой зависит безопасность каждого в деревне и возможный успех миссий. Сам департамент настолько ключевой для деревни, что до сих пор его руководителями были только главы кланов, поскольку в их верности сомнений быть не может. Ведь клан отвечает за действия своего главы. А мало найдется недоумков, способных подставить под удар всех своих близких. А еще такая ответственность давала некую гарантию того, что глава департамента не даст Хокаге злоупотребить своими полномочиями, чтобы сначала обвинить, а потом убить в застенках невиновного. Не то чтобы клановые убийцы Конохи так сильно ценили человеческие жизни, просто они очень не хотели такой судьбы лично для себя и своих близких.
Не скрою, находиться в вотчине начальства Анко мне было неприятно. Порой возникала мысль, что я как будто подлизывался, словно бы давал Ибики взятки, чтобы следующим в его застенках не оказаться самому.
Но несмотря на все влияние Морино, его навыки и уважение к его организации, а также то, что Анко все еще там работала, дело все-таки было не в моем желании угодить Ибики, или в самом деле откупиться от него, а в том, что я очень не хотел грядущей мимолетной встречи с господином Боль. Мимолетной — потому что грохнет он меня быстро и без напрягов. А неизбежно грядущей, потому что я сейчас, по сути, опекун джинчуурики и ближайший к нему человек. Я буду первым в Конохе, к кому придут ребята в смешных плащах с кровавыми облаками. И устроят мне похохотать.
Это я генинам Аме мог лапшу на уши развешивать и задвигать о своей крутости, апеллируя к ученичеству у Данзо, но этот отшельник шести путей на минималках уработает меня одной левой (любой из шести), и ничего я ему противопоставить не смогу.
В манге Нагато явно знал и маршруты патрулей, и расположение ловушек, и то, как обойти или проломить фуин-защиту Конохи. В то же время Джирайя, если верить манге, не знал о Пейне и его Акацуках ровным счетом ничего. Это наводило на крайне плохие мысли. Например, на мысль о том, что разведсеть, которая когда-то завербовала Аоя Рокушо, никуда не делась за последние годы, а наоборот — разрослась до неприличных размеров. Слабо верится, что одного дурака с зонтом и его устаревших знаний с допусками было бы достаточно для такой масштабной диверсии. Либо же Данзо целенаправленно сдал все секреты Конохи Пейну, чтобы тот решил все вопросы передачи власти старому манипулятору силовым путем — убив всех, способных этому помешать. А еще битва с Нагато также заставляла думать, что разведки касательно Аме и Акацук у нас как будто бы нет, и что и здесь мы также можем ничего не знать о своем враге, пока он не ударит. Кстати, из-за той глупейшей ошибки с разведкой боем практически бесполезно сдох Джирайя.
Нет настоящего…
Ну прямо охрененное откровение! Мне с первых кадров было очевидно, что это куклы, потому что один человек не может разделиться на шесть разных и управлять всеми телами одновременно. Ясно, что он сидел где-то и как-то удаленно ими управлял. А ведь как бы я не относился к жабофилу, он реально был одним из сильнейших, если не сильнейшим бойцом Конохи и он бы ох как пригодился в битве со своим учеником!