А затем наш, потерянный в детстве сёстрами Зитой и Гитой индийский мальчик, призвал всех поступить также! Ну то есть отдать за так свои денежки! Потом, сука, и кровью заработанные!
"Обезьяна драная, тамада жуликоватая! — злобно пялился я на Сарутоби. — Хрен я поверю, что ты от бати свалил, чтобы не получить в наследство шапку! Скорее бегал нарабатывать репутацию, чтоб передача выглядела естественно!"
Нет, конечно, может, я и надумываю, просто потому что Сарутоби ненавижу… Но представление мне не понравилось. На лицо хорошо спланированная и продуманная операция по разводу лохов.
— Теперь можете задавать ваши вопросы, — милостиво разрешила Пятая.
Я мгновенно поднял руку, как примерный школяр, который просится к доске.
Единственное, что меня отличало от отличника, знающего урок, так это взгляд собаки-подозреваки. А ещё мой жест всполошил окружающих. Ну не принято в кругу шиноби так резко дрыгаться. Люди нервные, реакции быстрые, да условные на всякое внезапное и непонятное.
Пока остальные пытались понять, что происходит, мне уже всё было ясно. В отличие от других, у меня были нудные лектора, да и попытки залезть себе в карман я видел за километр.
На пятой секунде игнорировать мою одинокую руку стало уже неприлично и Цунаде, неприязненно посмотрев на меня, наконец сказала:
— Умино-сан, у вас вопрос?
— Да, Хокаге-сама. Несколько. Первый из них — вы хотите, чтобы все члены кланов платили лично вам дополнительно пять процентов от суммы доходов с наших миссий? Так?
— Не мне, — с видом обиженной невинности сказала Цунаде, — а в фонд Хокаге для реализации срочных проектов Конохи.
— Которым будете распоряжаться только вы, причём единолично? — уточнил я.
Уже почуявшей подвох Цунаде всё же пришлось кивнуть.
— Тогда не вижу, в чём была ошибка в моём вопросе, — прокомментировал я чуть громче, чем требовалось.
По залу пронеслись вздохи пробуждения, которые набрали в лёгкие почтенной публики побольше воздуха для лучшей работы их сонных мозгов.
— Считайте, как хотите, — фыркнула Цунаде. — Это всё?
— Нет, Хокаге-сама. Шикаку-сан аргументировал новый налог тем, что у нас есть некие клановые привилегии. А скажите, пожалуйста, вы имеете в виду право первого трофея?
— В том числе, — кивнула Сенджу.
— Тогда почему ваша же администрация заявляет, что это право более недействительно? — спросил я и положил меч Второго на стол перед собой. — Этот чудесный трофей ваша помощница и ваш же оценщик пытались отобрать у меня менее часа назад. Мою ссылку на право первого трофея они проигнорировали. Вы можете это как-то объяснить? — спросил я, улыбнувшись радостно-хищным оскалом гиены.
— Я не знаю, о чем идёт речь, — справившись с секундной растерянностью, ответила Цунаде, уставившись на меч своего легендарного предка.
— Като Шизуне, ваше доверенное лицо, как официальный представитель администрации Хокаге и Мимаки-сан, почтенный оценщик, потребовали от меня вернуть Меч Бога Грома, также известный как Клинок Молний, немедленно и совершенно бесплатно. Если вы мне не верите, ну позовите сюда этих почтенных людей или АНБУ, который там присутствовал, пусть они вам все подтвердят.
Цунаде посмотрела на меня с такой ненавистью, что я порадовался отсутствию у Пятой навыка убийства взглядом.
Я только что, одним заявлением если не убил, то сильно искалечил карьеру и доброе имя Като Шизуне и её нового холуя. И если на Мимаки Шираги Цунаде было наплевать, то вот нянька-подопечная определённо для неё что-то значила.
Больше того, если Цунаде легко могла бы пожертвовать Мимаки, потому что он ей никто и вообще достался от прошлой администрации, то Шизуне — её ученица и подчинённая, и это бросает тень на саму Пятую. Одно дело — когда ты немного злоупотребляешь своим положением в спорных вопросах, и совсем другое, когда ты при этом в открытую нарушаешь закон.
Второе — запомнится всем надолго и станет пятном на биографии. И уж совсем плохо третье — когда твоим положением злоупотребляет твой подчинённый и становится вообще непонятно: у вас так заведено и вы совсем на закон положили с прибором, или ты просто своих людей не знаешь и не контролируешь? Если совсем просто — ты беспредельщица, которая развела что-то совсем непотребное, или просто дура?
Зал затих, затаив дыхание, он ждал продолжения небывало шикарного скандала. Для них, как и для меня, это было сплошным выигрышем.
Во-первых, у всех есть время обдумать предложение, которое им впаривала клика Сенджу. Во-вторых, внимание переведено на Пятую и её администрацию, а не на её предложение.
В-третьих, плюс такого скандала для зрителей в том, что не нужно даже изображать, что тебе не любопытно, ведь я поднимал вопросы связанные, в том числе, со шкурными интересами всех присутствующих, тем самым позволяя всем сохранить лицо и приличия.
«Нет, что вы, нам вовсе не интересно перемыть косточки новой Хокаге и её помощнице! Что вы, что вы?! Мы просто рассматриваем возможное правонарушение в отношении аж целого главы клана, этого, как там его… ну, который пингвин. А, что вы говорите, не пингвин, а дельфин? Да какая, к демонам, разница?! Животное какое-то морское».
— Я разберусь, — зло сказала Сенджу, со значением и угрозой глядя на меня.
— Однако сейчас это вторично, — вмешался Иноичи, — мы обсуждаем необходимость скорейшего принятия законопроекта Хокаге-са…
— Именно это мы и обсуждаем, — нагло прервал его я. — Вы заявили, что покушаетесь на наши деньги, потому что, в отличие от бесклановых, у нас есть множество льгот и привилегий, вот и хотелось бы уточнить весь список, а то, как мы видим, право первого трофея уже поставлено под сомнение. Какие ещё льготы и привилегии более не действительны?
Взгляды присутствующих как на игре в пинг-понг туда-сюда прыгали, теперь они скрестились на Пятой, рассматривая её реакцию под лупой.
— Все привилегии и льготы действительны, — успокаивающим голосом начал Яманака, — ничего не поставлено под сомнение.
— Да ладно?! — опять нагло влез я. — Мне меньше часа назад администрация Хокаге ясно и чётко сказала обратное. И со всем уважением. Яманака-сан, а вы кто вообще такой, чтобы говорить, а тем более что-то обещать от имени Сенджу-самы?
— Я глава достойного клана! — вспылил он. — А не сборища всяких отбросов.
Меня аж скрючило от бешенства. Этот ублюдок посмел оскорбить МОЙ клан. Тех, кто признал меня своим главой, тех, кто выживал в тяжелейших условиях, тех, кто сейчас опекает Карин. Тех, кто доверил мне Наруто… Ах ты, мразь бледная, крыса штабная!
— Если вы сейчас же не извинитесь за свои слова и не возьмёте их назад, то я вызову вас на дуэль и зарежу как свинью, — процедил я сквозь оскаленные зубы. В этот момент я не угрожал — просто информировал. Я уверен, что не выпускал КИ, но многие отпрянули. Слава всем богам, шаринган не включился, хотя было близко.
— Вы поэтому в доспехе и с оружием, что к дуэли готовились? — попытался высмеять меня Нара.
— Нет, это потому, что я прямо с миссии, которая изначально заявлялась Штабом как B-ранг, но уже привычно переросла в S-ранг. Шикаку-сан, вы или наведёте порядок среди своих обормотов, чтобы это не повторялось по три раза подряд, либо это сделаю я, и вам это не понравится, — прозрачно намекнул я.
Народ явно заинтересовала ситуация с рангами миссий, но шушукаться никто не стал, чтоб не пропустить что-то ещё любопытное.
— Ну так что, Иноичи-сан, вы извиняться собираетесь или завещание писать? — спросил я блондина, пока Нара переваривал сказанное мною.
В тот момент, когда я препирался с Шикаку, блондину усиленно жестикулировали Юхи Куренай и… почему-то Курама Оборо. В ответ на мой удивленный взгляд, брошенный на старушенцию, та замерла и потупила взгляд. От Оборо хорошо так тянуло стылым ощущением страха, а Юхи будто пыталась спрятаться за щуплым дедком, который смотрел на меня не по-стариковски живыми и яркими глазами, как и многие здесь.
Это ещё что за шутки?! Я для вас кто?! Демон? Хтонь? Ктулху?! Ну ладно Куренай с башкой не дружит, но бабуля-то куда?! Маразм одолел?
Наконец старая Курама собралась и ответила на мой вопросительный взгляд:
— Умино-сан, начинать свой первый совет Глав Кланов с убийства одного из них, как мне кажется, не лучшая затея.
Да ладно! А что не так-то? Все же по священным традициям! У нас в клане всегда так делали! Есть оппонент? Зарежь его, и нет у тебя больше оппонента. Настоящая демократия, а не всякая фигня. Хорошая традиция, правильная. Полезная для выживаемости. Никаких тебе интриг и подковёрной борьбы, просто старое доброе насилие. Это же не повод меня так пугаться!
Вслух же я этого не сказал, лишь вопросительно вскинул одну бровь.
— Иноичи-сан, пожалуйста, отступитесь, — отчаянно воззвала к нему Юхи. — Этот демон вас просто убьёт!
Зал затаил дыхание, а Иноичи беспомощно посмотрел сначала на плечо Цунаде, а потом — на Шикаку. Умник отвёл взгляд.
— Я… я приношу извинения и беру свои слова назад, Умино-сан. Я не хотел оскорбить вас и ваш достойный клан.
— Ваши извинения приняты, но всё-таки извольте ответить на мой вопрос. Почему вы взялись говорить от имени Хокаге в её присутствии?
Иноичи, и так бледный, стал белым как мел. Мне его не было жаль. Ну надо же понимать, куда лезть своими грязными сандалиями не стоит. Любого бы выбесили такие комментарии об их клане! Однако тут на спасение вассала вылез Акимичи.
— Иноичи-сан в данном случае не говорил вместо Сенджу-самы, он имел в виду наш законопроект.
— В таком случае можете ли вы озвучить весь список льгот и привилегий, которые мы имеем на данный момент? Какие ещё действительны, а какие нет? Кто-то пытался понять, стоят ли они пяти процентов дохода или нет. А почему этот дополнительный побор не касается бесклановых? Зачем нужна эта выборочная дискриминация? — каждый вопрос я бросал, словно гранату — резко и выждав мгновение, которого бы хватило только, чтоб воздух набрать, но не ответить.