Пока помогал Анко влезть в летающий костюм для разведки с воздуха и просто для практики полётов, даже мыслишки не промелькнуло потискать её, а ведь было за что!
— Чувствую себя импотентом, — пожаловался я, наконец.
Супруга вопросительно взглянула на меня через плечо, отвлекаясь от молнии.
— Да с миссией этой, — пояснил я. — Впервые за долгое время мы с тобой наедине с утра и до ночи каждый день. А вместо того, чтоб ловить момент и навёрстывать упущенное, мы с рассвета и до темноты роемся в бумажках.
— Не знала, — легко улыбнулась Анко, проведя пальчиками у меня под подбородком, будто почёсывая, — что тебя это беспокоит.
Повернув к себе, я помог жене справиться с замком и втиснуть пышные груди в подобие ципао.
— Не нужно себя заставлять, — поцеловал я Анко в лоб, — когда мы закончим тут, у нас ещё будет много времени для любви.
— Ловлю тебя на слове.
Шимидзу был приграничным городком, где в равной пропорции толклись шиноби Страны Огня и Страны Рек. В общем, в городке витала атмосфера соперничества и пренебрежения. Страна Рек пыталась казаться важной и востребованной, шиноби Страны Огня воспринимали претензии речных как необоснованную придурь.
Близ Шимидзу параллельно друг другу вились широкий торговый тракт и полноводная Воробьиная река, местный Шёлковый путь для засушливой Страны Ветра.
В общем, место было оживлённым, и тут тоже имелся приют.
А раз его не трогали, то было очень логично пойти туда.
Вечером я игриво подмигнул жене:
— Пошалим?
Я похлопал по футону ладонью, активируя печать подавления шума.
— Сейчас? — простонала она. — У меня ни сил, ни настроения…
Тут она заметила листок с тлеющим уголком.
— Ага, верю. У меня тоже. Зато у нас крот.
Анко кивнула и перекатилась на мой футон, закинув ногу на бедро. Барьер от прослушки не был нацелен на полное сокрытие говоривших, лишь размывая детали и не позволяя читать по губам.
— Я тоже так думаю, Тадао или…
— Иширо, — закончил я за неё. — Моё сердце жаждет ещё раз набить морду старому ослу, но разум подсказывает, что это Иширо. Ты не знаешь, случаем, есть ли у него дочь или сестра?
— Никогда не интересовалась его семьёй. А ты почему думаешь, что он? — спросила жена, что-то обдумывая.
— Потому что убийца — это садовник? Я кое-что видел в его башке. Девочку, похожую на Иширо. Она занимает все его мысли так сильно, что это прорывается наружу.
— Э?
— Да была такая фраза в моем прошлом, означала, что убийца или предатель в детективе обычно тот, кого меньше всего подозреваешь.
— Ты меня с ума сведёшь своей странной логикой! А ещё что-то есть? Кроме видения. Его к делу, к сожалению, я приобщить не смогу!
— Перед тем, как Иширо начал тебе хамить, он делал намёки, что должен командовать. Потому что он тут с самого начала и всё знает, помнишь?
— Это ещё не делает его предателем, — сыграла роль адвоката дьявола жена.
— Ты сама прекрасно понимаешь, что делает. По трём причинам.
Анко в нетерпении завозилась.
— Первая: за всё время похитители столкнулись со следователями лицом к лицу один раз. И то только потому, что преследование было спонтанным решением и ни с кем не согласовывалось. А это значит только одно: их всё время кто-то предупреждал о засадах. Все остальные тут ротировались. Все, кроме Иширо и Тадао. Но расследование Макуда не вёл и о делах твоего департамента не мог знать так же хорошо, как Иширо.
Анко задумчиво закусила губу.
— Вторая причина заключается в том, что АНБУ спугнули похитителей, как он сказал. У нас, конечно, носители масок теперь не такие профессионалы, как при Данзо, но всё-таки прибывают на работу без оркестра, победных фанфар и ярких транспарантов. Да и на каждом углу о своём прибытии тоже, скорее всего, не кричали. Как бы о них узнали похитители? Только если бы им кто-то об этом сообщил. С этой стороны. И это был не случайный шпион из местных.
Покивав, Анко сдула с лица прядку.
— Ну, и третья причина. Вспомни, как вели себя Иширо и Тадао на допросе. Второй возмущался. Потому что не видел за собой вины, а вот твой коллега был просто в ужасе.
Он ждал чего-то такого рано или поздно и даже с каким-то облегчением принял мои объяснения на тему того, в чем он был не прав.
— Звучит логично, — грустно вздохнула Анко. — У самой были схожие мысли, но у тебя это выглядит как-то стройнее и убедительней. — После чего спросила: — Сразу будем его допрашивать или…
— Или. Зря я, что ли, объявил, что завтра пойдём в Шимидзу? Так что готовь деньги, мы навестим Деревню Мастеров.
— А что мы там забыли?
— Купим тебе новое, достойное оружие и, если повезёт, найдём себе союзников. Боюсь, что только моих, скорее всего, не хватит, так что покупать будем сообща.
Анко захлопала пушистыми ресницами, вызывая у меня приступ острого умиления.
— Биджу, я себя такой дурой чувствую, — призналась жена, ткнувшись лбом в грудь. — Ты вычислил предателя раньше, чем я! Хотя у меня и было к нему множеству вопросов по тому, как он вёл бумаги. Такого не должно было быть!
— Ты бы сама его обнаружила, если бы мы так не запарились со сбором информации. Я просто додумался спросить парней в больнице, кто был тут с самого начала. Только Иширо.
— На нас могут напасть, чтобы убрать, — заглянула Анко мне в глаза.
— Могут, если Иширо уже предупредил. Но мне кажется, что его хозяева не станут нападать на нас на второй же день. Наша скорая ликвидация может кинуть тень на крота. Сначала они должны нас где-то «увидеть». Мы имеем дело с очень предусмотрительным и осторожным противником. Мы не знаем о них ничего и даже не подозреваем истинные мотивы похищения. И ещё эти странные тела… Мне кажется, что они как-то связаны с похищениями. Иначе зачем бы Иширо так рьяно принялся меня убеждать, что находки не стоят внимания? Иширо что-то знает.
— Да, согласна. То, что мы видели — какой-то неудачный эксперимент, но я не могу быть уверена, что это не почерк Орочимару и проклятая печать.
— Мне кажется, что это не Змей. Его уже один раз подловили на подобном наглом похищении, и он учёл ошибки, создав собственную скрытую деревню. Ему нет нужды бегать по соседям и заниматься подобной мелкой ерундой. К тому же Орочимару проводил опыты на людях, а то, что было в морге, скорее на обезображенных животных похоже, чем на людей.
— Ты слишком хорошего о нём мнения.
— Нет. Но я уважаю его таланты, силу и достижения. Насколько знаю, он также иногда говорил и предлагал действительно дельные вещи. Это при том, что как человек он то ещё дерьмо.
Анко прыснула, захихикав.
Наврав Иширо про то, что мы пойдём в деревню, Скрытую в Долине, мы отправили его обратно в Нимиэ — искать новые зацепки.
Но следом за Иширо я отправил Неджи, чтобы тот докладывал о каждом шаге подозрительного дознавателя.
После чего мы с Анко сделали вид, что пошли в Страну Рек. Когда мы отошли подальше в лесок, я накинул на нас иллюзию исчезновения на площадь. Лишь оказавшись достаточно высоко в небе, мы полетели в скрытую деревню. Но не в Танигакурре, а в Деревню Ремесленников.
А вот Инузуку и Абураме я отправил на разведку, приказав, если что, не лезть в бой, а проследить. Всех разведчиков предупредил о том, что мы с Анко направляемся в Деревню Ремесленников и оставил инструкции на случай, если мы не вернёмся вовремя.
По дороге я думал о том, как сильно некоторые местные заморочки могут мешать жить и работать честному шиноби. Тут почти средневековье, таможня и налогообложение тоже феодальные, то есть вошёл в город — тебя постригли, приплыл в порт — заплати денежку, проехал мост — снова доставай деньги, а потом уже владельцы этих земель заплатили дайме его долю при наличии крепкой центральной власти. Есть некоторые места, где власть гарантирует исполнение законов: торговые пути, города. Ну, как гарантирует… Пытается.
Если в Страну Рек пришел бы Орочимару в расцвете лет, то им бы пришлось изо всех сил его не замечать — и хрен с ними, с убытками. Всё одно дешевле, чем терять лучших своих людей. Но наши горе-следаки — это не саннин, их можно завернуть и послать по известному адресу. Так-то они могли ходить по Стране Рек, задавать умные и не очень вопросы, но не более. Хочешь получить возможность кого-то арестовать — иди к местному феодалу. Предоставляй доказательства, ну, или мандат от его или своего начальства. Хокаге они тоже, скорее всего, отказать не посмеют. Но от Пятой я нужной бумажки в жизни не получу. А без бумажки — нет, я все равно не букашка, но местные могут предъявить Пятой за мои «преступления».
Причём не только настоящие, но и ими же придуманные. Проведу воспитательную работу с местным хулиганом и негодяем — напишут, что зверски пытал хорошего человека. Утоплю корабль — скажут, что их три было. Убью десяток, ну, два, ну, пусть три десятка человек, завопят, что устроил геноцид, вырезал целую деревню, а то и город. Приберу к рукам пару трофеев — ославят так, будто всю страну ограбил. Эх, были бы со мной пару команд АНБУ НЕ, я бы тогда и разрешений ни у кого не спрашивал и ни с кем бы не договаривался, а завершил бы эту миссию за пару суток. А так придётся ловчить.
К счастью, местные не смогут отказать не только чужой, но и своей деревне шиноби…
Спокойно перелетев под иллюзией через условную границу, мы направились вглубь страны и вскоре оказались около Деревни мастеров.
Открытая для посетителей часть Деревни выглядела чистенько, но бедненько, впрочем, жилая застройка тоже не поражала архитектурными изысками, если смотреть сверху.
— А я ещё на нашу архитектуру грешил, — спускаясь кругами и помогая Анко держать безопасный крен, сказал я.
— Они оскорбляют твоё чувство прекрасного?
— Да!
Приземлились мы неподалёку от широкой дороги из бетонных плит и, накинув плащи, спокойным шагом, не таясь, пошли к воротам с двумя охранниками, похожими на шкафы, которые записывали в тетрадочку имена и происхождение гостей.