Полюбовавшись на ее удивленную мордашку, добавил:
— Вот как сейчас, — а она зарделась и, наконец, рассмеялась. Счастливо и смущенно.
Глава 5. Мы ходим в гости по утрам
Перед визитом к Синьке мы втроем немного потренировались на том пляже. Анко снова устроила нам мастер-класс по киданию всякого острого металлолома.
Как я уже успел узнать ранее, в мире шиноби метательное оружие опасно для генинов и ограниченно опасно для чуунинов.
Для всех остальных противников оно нужно для другого.
Для большинства шиноби, сражающихся с противниками уровня от чунина и выше, всякие сюрикены и кунаи — это средство отвлечь внимание и сбить концентрацию, предотвратить создание какой-то техники или, если повезет, заставить противника сменить позицию на менее удобную для него. Еще это способ «прощупать» оппонента. Определить его силу, скорость, легкость, защитные техники.
Впрочем, всегда есть исключения. Например, обладатели додзютсу, а также те, кто способен напитывать метательное железо стихийной чакрой или имеют доступ к сильнейшим ядам. Такие шиноби просто обязаны постоянно оттачивать навыки работы с метательным оружием — ведь это их шанс мгновенно вывести противника из строя, поскольку порой достаточно одной царапины. Но таких было мало.
Еще меньше было людей, которые выбрали своей специализацией бросание остро заточенного хлама, полагаясь при этом на свои умения, а не на природные данные, такие как доудзютсу, некоторые продвинутые геномы и предрасположенность к чакре ветра или молнии.
Анко и ее учитель как раз принадлежали к таким немногочисленным избранным и были мастерами ядов и метательного оружия.
И чтобы достичь ее уровня, нужен либо шаринган, либо долгие годы упорных тренировок, а лучше и то и другое.
Во-первых, нужно научиться прекрасно кидать любое острое железо самыми разными хватами и способами, ведь от силы и способа броска зависит, куда и как полетит кунай или сюрикен. Научиться попадать из любого положения в любую цель совсем непросто.
Во-вторых, надо научиться с ходу определять уязвимые места противника. Видеть места, попадание в которые сразу убьет врага или выведет из строя. На худой конец, хотя бы снизит его боеспособность.
В-третьих, нужно разбираться в тактике так, чтобы, защищаясь от твоих бросков, противник пропустил удар или хотя бы раскрылся для какой-то иной атаки.
В общем, навык обращения с метательным оружием был непростым искусством, которое следовало долго осваивать и которым владели очень немногие.
Митараши была одной из таких избранных. И она пообещала приобщить нас к их числу. Нет, конечно, не прямо сейчас, за час-другой, а со временем…
А на ужин вечером мы напросились к корневикам.
— Пустите нас, люди добрые, — решил я пошутить, пока мы ждали под воротами, — воды попить, а то так есть хочется, что переночевать негде.
— Вот это наглость! — уважительно отозвался мелкий на мою реплику. — Надо запомнить!
Готов поклясться, что парень, который нам открыл, улыбался. А может, мне показалось и так тени легли.
Первым делом Тоши осведомился, может ли мое дело подождать, а потом пригласил нас поужинать. К моему удивлению, мы сели есть в общей столовой и даже не за отдельный стол.
Среди рядовых Корня выделялась группа парней, которые очень живо что-то обсуждали, а за ними с легким интересом наблюдали все остальные.
Проследив за взглядом, Хидики отмахнулся:
— Не обращай внимания, эти ребята местные, толком еще не обученные.
— Ты тренируешь местных? — без задней мысли поинтересовался я у «Синьки», удерживаясь от сытой отрыжки.
Тот посмотрел на меня, подумал, потом ответил, тщательно подбирая слова, будто ступил на тонкий лед:
— Коноха далеко, а враги близко. О том, что у меня недостаточно сил для охраны и защиты границы, я писал Данзо-саме много раз. И я решил, что раз уж мы здесь подменяем твой клан, то никто не будет возражать, если мы будем готовить шиноби из местных. Даже если это и не одобрят в Конохе.
Я подался вперед и шепотом спросил:
— Почему не одобрят? Людей же не хватает, а ты нашел разумный выход, — я на голову контуженный, мне можно задавать такие тупые вопросы. Да и просто хотелось знать наверняка.
Судя по расширившимся глазам Хидики, тот был удивлен, а вот Анко, справившись с изумлением, гневно зашептала:
— Но ведь нам запрещено делиться секретами искусства шиноби с теми, кто не является шиноби Конохи! — она все-таки не удержалась от восклицания, чем привлекла внимание корневиков. Причем вполне осмысленное внимание, некоторые шушукаться начали, как нормальные люди, и только Дятловы бледнолицые поняли, что опасности нет, и продолжили мерно перемалывать еду.
Мой бывший одноклассник поморщился и, нахмурившись, встал.
— Идёмте.
Выходя из столовой, я обратил внимание на то, как смотрят на Хидики юные будущие шиноби — с обожанием, а здешние солдаты Корня — с уважением, за исключением дятловых, а вот на Анко была направлена парочка злых взглядов от загорелых девчат.
Был бы на моем месте кто-то другой из офицеров Корня, он бы сказал, что Тоши избаловал своих подчинённых. А как по мне, так он их очеловечил.
— Анко, — я приобнял девушку, чтобы прошептать на ухо: — В чужой монастырь со своим уставом не ходят.
— Что это значит?
— Это значит, что, попав в чужое общество, подчиняйся его законам, а не учи своим.
— Но ведь…
— Уверен, на то были свои причины.
Коридоры здания живо напоминали переходы в Корне обилием печатей и бетонными стенами без окон. Большая часть здания находилась под землей. Кабинет тоже не отличался бы особым уютом, если бы не яркие мелочи, вроде свежесорванных где-то листьев пальм, которые торчали из аккуратных отверстий в стенах, и открытой дверцы в шкафчик с пёстрыми рубашками.
Рассадив нас на диване, Тоши продолжил прерванный разговор:
— Как я уже сказал, Коноха далеко, — с трудом скрывая раздражение, повторил шиноби. — Если на нас нападут хоть сколько-нибудь серьезные силы, то мы будем уничтожены в короткий срок и даже не сможем предупредить Коноху о вторжении. Отношения со Страной Молний лучше не становятся, а подкрепления нам шлют не часто. Данзо-сама не стал возражать против моей инициативы.
Митараши явно не понравилось то, как здесь забивают на приказ Хокаге, но она ничего больше не сказала.
— Так чем я могу тебе помочь, Ирука? — спросил Хидики, опираясь на стол и сложив перед собой руки.
В ответ я пересказал ему ситуацию с призывом и то, какие бонусы ожидаются, если им помочь.
— Как ты сам понимаешь, — подытожил я, — то, что происходит, это явно не случайность и это надо прекратить. В обмен мы можем получить помощь от моего призыва и крабов, а она лишней не будет. Особенно в вопросе охраны судоходства. Вас же мало.
Шиноби поморщился, но позу сменил, теперь задумчиво потирая подбородок:
— У меня много работы. Охрана стройки, патрулирование границ, охрана порядка, — видимо, решив пояснить, дополнил: — На нас висит и работа полиции. Ирука, честно, я очень хочу тебе помочь, но не могу. Нет лишних людей.
— Я не прошу выделить мне людей.
По крайней мере, пока. Но это я вслух говорить не стал, сказав совсем другое:
— Мне нужна информация. Ты же не мог не заметить появления группы неизвестных шиноби, которые скупают у местных рыбаков весь товар и при этом не носят хитай-атэ?
Синька тяжко вздохнул и повернулся к столу.
— Конечно же заметил, — он поморщился и открыл невзрачный ящик, забитый тонкими папками. — И писал об этом. Стал бы я зря просить подкрепления?!
Теперь в моих руках была картонная папка с тремя цифрами.
— Семьсот тридцать один, — вслух пробормотал я, не решаясь открыть.
Папка была толще тех, что находились в том же ящике.
— Больше ничего про них не знаю, не хотел спровоцировать. Можешь взять с собой. Вернёшь, когда прочитаешь. Это выжимка за последние три недели и... А впрочем сам почитаешь.
— Я понимаю, — я взвесил папку в руке, — спасибо.
Вернул я её уже следующим утром. Там было не слишком много материалов и меньше полезной информации, чем можно было подумать, больше опасений и просьб к Шимуре, не игнорировать возможные угрозы. К счастью, там была отличная зацепка: «В водном приграничье с Облаком, Страной Горячих источников и Страной Моря, неподалеку отсюда, есть средних размеров остров. Охраняют остров шиноби с пустыми протекторами, по цвету кожи очевидно, что они из Кумо, некоторых мы опознали. Опознанные не являются нукенинами или членами организаций или групп не относящихся к Кумо.
Изображают обычных наемников из пустоголовых. Для неизвестных целей скупают большое количество морепродуктов у местных рыбаков. К острову раз в две-три недели причаливают корабли. Что им привозят — неизвестно. Узнать подробнее не представляется возможным, поскольку местных на работу не берут. Меры безопасности достаточно серьезные, все выводы сделаны на основе внешнего наблюдения за островом и опроса рыбаков». Там ещё было много всякой полезной и не очень информации, незнакомых терминов, которые я постеснялся спросить, и раскладок относительно расположения внешней охраны, описаний опознанных шиноби Кумо, построек, которые видно с моря и причалов. К сожалению, карта, которая прилагалась к делу, сильно устарела за последние годы (можно было только гадать, что Облако построило в центре острова).
— Там может находиться тюрьма, питомник, морозильный склад и консервный завод, но догадки не факты и я лишь могу предполагать, что там творится что-то опасное для нас в будущем, — заметил Синька и вручил мне копию карты. — Может, она пригодится. Береги себя.
Поблагодарив Хидики, я подумал, что неплохо бы посоветоваться с Ютакой, но обнаружил, что не знаю, как с ним связаться. Правда, долго ломать голову над этим не пришлось — дядя меня ждал на подходе к дому.
— Вы появились очень удачно и вовремя, — иронично заметил я. — Вы, случаем, не следите за мной?