Родственники явно были разочарованы таким ответом, но, подумав, вынесли вердикт: острой необходимости нет, обойдемся и своими силами, без Тоши.
— Как ты объяснишь наше отсутствие? — покосился Рьйота на двери, в которые вышла Анко с мелким.
Он будто подозревал ее в шпионаже для Конохи. Видимо, потому, что других чужаков, по мнению старшего сына Ютаки, тут не было: Тензо куда-то свалил — искать Карпа, а Тоши был занят на стройке со своими ребятами. Или, что вероятнее всего, Рьйота хотел таким образом задеть меня. Зря старался.
Впрочем, если бы Деревянко сам не ушел, то я бы попросил его оставить нас наедине. Я не собирался давать ему лишний компромат на себя. Тем более такой убийственный, как то, что мы запланировали.
— Отбрешемся, не волнуйтесь. Ходили сверять карты с местностью. Если нас покоцают, придумаю еще чего-нибудь, — и не меняя тона, добавил, — дайте наконец пожрать спокойно, раз сами уже поели.
Родня почти синхронно вздохнула, а Акийоши высказал общую мысль:
— Ирука, твои манеры ужасны.
Пока я утолял голод, родня разбежалась, оставив меня наедине с тарелками. А ведь Акийоши грозился вплотную заняться воспитанием из меня настоящего главы клана. Ну и где он?
Впрочем искать старика я не пошел, а снова вернулся к черновикам, пока на это время есть.
В то время, когда Узумаки на коленке лепили не самые стандартные печати и попутно чему-то учили мелкого, Умино собирали снаряжение. Ютака отправился на разведку с Оэ и Абе. Нам нужно было заранее знать о кумовцах, которые могут помешать, все и даже больше.
Даже Анко нашла себе занятие, тренируясь с наручем, который сняли с киллера-кумовца, второй все еще находился в кузне. Мне не жалко поделиться, да к тому же она меня со вторым наручем будет учить обращаться. Все при деле, кроме меня.
Помыкавшись немного по дому, я взял черновик, верный маленький столик (подобрал его тут) и пошел к пруду снова писать «свою» нетленку. В комнате было душно, а тут тихо и никого, даже Тензо не было. Все дверные панели вовнутрь дома позакрывали, так что место получилось уединенным и тихим.
У пруда я заметил густые кусты под деревом, которых раньше не было, и насторожился.
«Неужели так разрослись?» — подумал я, осторожно ступая по прохладной траве.
А когда подошел ближе, расслабился: в кустах я обнаружил макушку Тензо, которая терялась среди красновато-коричневой листвы с ядовито-желтыми прожилками. Если бы не цвет, я бы сказал, что вырастил анбушник самшит, но у самшита не бывает такого окраса, а вот овальные листочки и форма ветки — один в один самшит. Решив оставить Тензо в покое, я отошел, но, судя по всему, прервал его медитацию, когда из любопытства оторвал листик.
— Что вам нужно? — холодно проговорил будущий Ямато.
— Если не возражаете, то поговорить, — вернувшись к столику, я сел и взялся за кисть. — Если нет, тогда позже спрошу.
— Записывать будете? — все-таки вылез из укрытия шиноби, сбитый с толку моими словами.
— Нет. Точнее буду, но не наш разговор, Тензо-сан.
Перечеркнув корявое сочетание иероглифов, я задумчиво покосился на воду, честно говоря, позабыв о Тензо, который сел рядом и ждал продолжения. Поняв, что ничего не идет в голову, и вспомнив о собеседнике, я сказал:
— Тензо-сан, проясните мне, пожалуйста, пару вещей.
— Каких? — настороженно спросил шиноби.
Отложив кисть, я сложил руки в замок, опершись на столик.
— Что на самом деле ваша группа делала на Каменистом побережье? Охрана и слежка за мной и Наруто явно не единственное ваше задание. Вероятно, даже не основное.
— Я не могу вам этого сказать.
Вздохнув, я укоризненно посмотрел на собеседника:
— Друг мой, кажется, уже позабыли, что мы с вами в одной лодке.
От такого обращения и от моей метафоры Тензо поморщился, но промолчал.
— И то, что от моего благополучия зависит ваши выживание и карьера. Мне кажется, что недавно мы друг друга прекрасно поняли. Контракт со мной вы подписали. От, честно говоря, еще пока незаслуженных подарков в виде доли от добычи и свитка призыва медведей вы тоже не отказались. Я надеюсь на ваше слово и благоразумие. Не заставляйте меня думать, что с вами не стоит вести дел.
Нет, он что, в самом деле думает, что может сначала что-то пообещать, получить аванс, а потом продинамить нас и вдарить по тапкам? Ну так я не постесняюсь напомнить этой заднице с ушами, смеющей тут корчить недовольную рожу, что он мне сильно должен и что его будущее в моих руках. Собственно, он мне и нужен-то будет только для ремонта в Пиале и для будущей тренировки Наруто. Хорошо бы его еще где-то использовать, но это уже как получится.
Подождав немного, я еще раз посмотрел на глубоко задумавшегося хмурого Тензо и прояснил:
— Если вы действительно хотите облегчить жизнь себе и мне, то вы просто обязаны мне все рассказать, — предпринял я последнюю попытку деликатно указать ему на сложившуюся ситуацию. Пришлось еще раз прямо и прозрачно намекнуть Буратино на то, что я жду от него информацию.
Тот намек все-таки понял. Поскрипев зубами, Тензо поведал, что слежка за мной и Наруто — это прикрытие, а первоочередной задачей была разведка. Похоже на то, что Третий стеснялся спросить Данзо напрямую, что у того за делишки в Каменистом. Или, это вероятнее, не особо верил информации от одноглазого друга детства.
— Значит, разведка экономического и военного потенциала и сил Данзо в регионе? Ясно, — задумчиво растягивая слова, проговорил я. — Но как это связано с защитой Эю-Тэки Кои? Почему вы не помогли, когда Наруто был в опасности? Да еще и вступились за чинушу, когда все факты были против него? Даже если это прикрытие, вы все равно были обязаны защищать Наруто.
Помявшись, Деревянко ответил:
— Утатане Кохару просила присмотреть за Эю-теки и по возможности прислушиваться к его словам. Сказала, что если я помогу ее союзнику, то она этого не забудет.
— Еще и Утатане, — расстроился я. О ней я успел подзабыть, но благодаря Тензо вспомнил. — А второй вопрос? Почему вы не помогли, когда я и Наруто были в опасности?
Тензо замялся. Подумав, начал говорить медленно, тщательно подбирая и обдумывая каждое слово:
— Я не мог проигнорировать просьбы Советницы о том, что мне надо с уважением относится к просьбам и пожеланиям Кои-самы. К нему на аудиенцию должен был отправиться внук Утатане-самы. Но Кои-сан вызвал нас неожиданно, когда Кохару Юма вместе с Мией еще не пришли с разведки, и поэтому на аудиенцию пришлось идти мне. Когда начался конфликт, я надеялся, что это недоразумение и что его можно разрешить миром. Думал, что если я скажу Кои-сану, что меня прислала Утатане-сама, то он прислушается. Этого не произошло. Я приношу вам свои извинения, Умино-сан.
— Значит, вы были не в курсе покушений?
— Да, я ничего не знал.
— Вы просто решили, что благодарность от Старейшины Кохару важнее, чем исполнение миссии, данной вам Хокаге, — безжалостно подвел я итог, воспользовавшись бритвой Оккама и отбросив все лишнее.
— Нет, я исполнял свою миссию, я просто попытался все решить миром с Кои-самой, — начал оправдываться Буратино, но затих под моим взглядом.
— То есть да, — резюмировал я его оправдания.
И я его отлично понимал. У Третьего АНБУ много, и старой обезьяне нет нужды водить хороводы вокруг каждого бойца, а вот у Старейшин наверняка своих людей сильно меньше, и цениться они будут куда больше, и тариф, соответственно, для работающих на них масочников будет совсем другой. Все вполне логично.
И судя по эмоциям, пока-еще-не-Ямато не врет.
Значит, сначала Тензо пожадничал и попался на заманчивое предложение Советников. Потом, когда события понеслись вскачь и на нас напали, он растерялся и понаделал ошибок. Но в худшем случае Буратино самоуверенный и временами трусоватый дурак, но хотя бы не подлец. Уже что-то.
Подозреваю, что будь там, как ожидалось, внук или его женушка, и я бы получил отравленный кунай в спину.
«Преле-ес-стно, — подумал я с мрачной миной, — старая карга решила пустить меня в расход. Ничего, я ей это еще припомню. Всю оставшуюся жизнь вспоминать будет».
Ну вот никогда такого не было, чтобы меня отправили на верную смерть, и вот опять! Та гнилая миссия в Страну Волн всего-то несколько месяцев назад была. У этих подонков совсем совести нет! Не сдержавшись, я коротко и матерно выругался на великом и могучем.
— Что вы сказали? Я не понимаю.
— И не надо. Как говорят в народе, меньше знаешь, крепче спишь.
Но у меня остались еще вопросы. В частности, меня интересовало, на кой черт Деревянко поперся на остров. Два раза не вмешивался в разборки, а на третий решил озаботиться нашей безопасностью? С чего бы это?
Ну не дурак же он, на самом деле, чтобы переть втроем на укрепленный остров с неизвестными силами противника?
Все оказалось до смешного просто.
Конечно же, Тензо не дурак. Поэтому он посчитал, что раз там Узумаки, Умино и весь местный Корень в придачу, то они пройдут через этот несчастный островок и его барьеры, ловушки и охрану как горячий нож сквозь масло. А он, такой красивый, драматически заявится к финалу битвы — когда будут уничтожать чан с монстром до того, как он оттуда вылезет. Ведь проще уничтожить это жуткое создание до того, как оно оживет.
Кто же знал, что такая толпа хорошо подготовленных шиноби нападет исподтишка изнутри, а потом будет отсиживаться за установленным барьером и смотреть, как чудовище спокойно вылупится, освоит свои способности и сожрет всех подряд?
А Тензо просто не смог вовремя отступить из-за Мии, которая, уходя от атаки шиноби Облака, оказалась отрезана от своего жениха и от Тензо. Ну, а дальнейшее мы видели.
Когда я сказал, что вообще не ожидал увидеть его на острове, пришел черед удивляться Деревянко.
В первую очередь ему в голову пришла мысль, что ему ее оторвут, если он и в третий раз будет где-то там, вдалеке, когда Коноха рискует потерять джинчурики.