— Лимит того, что я могу понять и выучить?
— Да, но это еще не все, — продолжил старик. — Воспринимая информацию от десятков клонов, ты можешь, образно говоря, «сжечь» свои мозги перегрузкой. И тогда ты потеряешь всю ту информацию, которой клоны тебя перегрузили, и даже то, что ты выучил до этого.
Глядя на мое замешательство, Узумаки, слегка улыбнувшись, закончил:
— Таким образом, изучать что-либо нужно соблюдая технику безопасности. Иначе забудешь даже то, что знал, и к тому же станешь заметно тупее и менее способным, чем ты был до начала обучения с клонами.
— Понятно, но я все же не улавливаю связи с моими историями, — я неопределенно покрутил руками, стараясь делать вид, что меня это не волнует и причина только в любопытстве.
— Все просто. Возможно, что это побочный эффект от использования клонов, — сказал Акийоши.
Ответ был неожиданный, я замер, мысленно перебирая варианты. Казалось, что меня раскрыли или дело к этому идет. Между тем старик Узумаки продолжил:
— Ты не умеешь отсеивать из воспоминаний клонов важную и неважную информацию. Вот она и провоцирует твое воображение.
Вспомнив про эмоции, я подрубился к эмпатии и выдохнул.
Со всей уверенностью могу заявить — я настоящий параноик! Перес… переволновался на пустом месте!
— Так деликатно назвать человека психом нужно уметь, — хмуро буркнул я, сложив руки на груди.
Наруто не сдержался и захихикал, а Акийоши на него шикнул, и мелкий снова превратился в истукана. И все потому, что детям положено сидеть тихо, когда разговаривают взрослые. Хотя, по мне, так лучше бы его учили сразу взрослому этикету. Как-никак, меньше чем через четыре года Наруто уже шестнадцать будет. По здешним меркам — полностью совершеннолетний. Это если он раньше чуунином не станет, что автоматически сделает его совершеннолетним в глазах Деревни.
— Ты не первый, с кем такое случалось, но первый, чей бред так связен и логичен! Это поразительно!
— Ну спасибо, — пробубнил я, обидевшись. — Похвалили так похвалили.
Но тут меня осенило: мне легенду придумали! Не надо врать про несуществующие библиотеки, книги и авторов!
Старик Узумаки сначала спросил, сканировал ли я когда-нибудь голову Наруто, а затем попросил меня обследовать ее сейчас. Пришлось признаться, что нейрохирургия — это для меня темный лес, но вроде бы все в норме.
— А может Наруто помочь ускоренное заживление ран? Помочь с возможными последствиями от неправильного использования техники, — пояснил я.
— Ты, как ирьенин, понимаешь, что регенерация клана Узумаки не лекарство от всех болезней. Царапина на мозге и царапина на коже — разные вещи. Конечно, мы, Узумаки, лечимся быстрее, но мозг все равно будет восстанавливаться очень долго. Кроме того, если постоянно повреждать себе мозги, злоупотребляя использованием клонов, то быстро можно стать идиотом. Пары лет хватит. Да и смысла нет, большую часть изученного будешь забывать из-за микроинсультов. Поэтому запиши и запомни, как правильно тренироваться с клонами… Наруто, ты тоже, — сунул Акийоши мелкому узкий свиток, размером похожий на шпаргалку.
— Побольше свитка нет?
— Развивай усидчивость!
Мелкий недовольно фыркнул, но свиток взял.
— Ирука-кун, проблем с чакрой у тебя нет, — себе под нос проговорил Акийоши. — Во-первых, ее у тебя хватает сразу на несколько клонов, а во-вторых, похоже, сказываются предки из нашего клана и эта техника для тебя не такая затратная, как для других.
— При чем тут мои предки и каким образом это помогает освоить Теневых клонов?
— Все время забываю, что у тебя амнезия, — вздохнул Акийоши. — Техника теневых клонов была разработана нашим кланом и использовалась нами многими поколениями. Как часто бывает в таких случаях, эта техника дается нам намного легче, чем другим. Теневые клоны — это почти наше хидзютсу(1).
— А что насчет моих предков? — направляя болтливость старика в нужное русло, спросил я.
— Твоя бабушка тоже была из нашего клана, — пожал плечами старик. — Как и твоя прабабушка. Пусть и не из правящих семей, но все-таки Узумаки. Но ладно, я отвлекся, давай назад к клонам.
Акийоши не так-то просто было разговорить на посторонние темы, если он вознамерился донести до тебя какую-то определенную информацию. В университете было проще преподавателей заболтать, чем этого Узумаки.
— Правило первое, — лекторским тоном заговорил красноголовый старик. — Если делаешь больше одного клона, то никогда не развеивай их одновременно, возьми паузу хотя бы в пятнадцать-двадцать минут, а лучше в полчаса.
Второе правило вышло объемнее, но я его сократил до “Нужно учиться воспринимать от клонов только нужную информацию, отфильтровывая все остальное”.
— Если твой клон изучает теорию фуиндзютсу, — приводил примеры старый Узумаки, — то тебе не важны запахи жареных кальмаров, которыми торгуют рядом, не важен шелест страниц и ощущение старой бумаги в руках. Если клон уничтожается в бою или спарринге, то тебе не нужны его боль и вкус пыли, но нужны воспоминания о слабостях противника.
Правильно использовать клонов и фильтровать информацию от них, детей в клане Узумаки учили рано, долго и тщательно. Нам же это предлагали усвоить за пару недель.
Третья рекомендация звучала примерно так: “Увеличивать количество клонов можно только с увеличением, если можно так выразиться, ментальной выносливости”.
— Вам, Умино, с этим полегче, — поверх наших голов смотрел сенсей на сад, — у вас инь чакры почти всегда столько же или даже чуть больше, чем ян. Вам сложно создать много теневых клонов и покалечиться. Следующее правило: клоны должны работать над разными задачами.
— Я понял, — радостно заявил Наруто. — Иначе пользы от них будет, как от наждака там, где проще лишнее срезать! Мы когда из дерева фигурки делали…
— Молодец, но я еще не закончил! — перебил Акийоши мелкого скульптора. — Потом мне расскажешь, а сейчас помолчи. Между работой с клонами всегда нужно делать передышку, пока не прояснится в голове. Желательно использовать медитативные техники. А лучше вздремнуть минут десять, а то и двадцать. И потом еще немного помедитировать.
Шикнув на Наруто, который явно собирался упомянуть Нара, Акийоши продолжил лекцию:
— Строжайше запрещено, — выделил голосом сенсей, — принимать стимуляторы, потому что человек, изучающий что-то с клонами, должен идеально чувствовать свое тело, понимать, какая нагрузка для него допустима, и тщательно ее контролировать, чтобы не словить микро или обычный инсульт.
Внезапно Акийоши сделал паузу и выдернул у меня из рук блокнот.
— Не записывай, а запоминай! Сколько можно напоминать пользоваться архивированием памяти!
— Эм, Акийоши-сенсей, я уничтожу записи, когда выучу, не волнуйтесь, — я протянул руку ладонью вверх. — И что значит «архивирование» по отношению к памяти? Память не книги в библиотеке.
Узумаки удивленно сморгнул, будто до этого забылся, и протянул блокнот обратно с видом невозмутимого лектора:
— Объясняю. В основе метода архивации…
Если коротко, то следовало вызубрить и научиться применять на практике ряд приемов для работы с массивами воспоминаний, как своих, так и клонов, но не связанных напрямую с фильтрацией данных. Набор получался внушительный: тут тебе и разные хитрости, вроде архивирования части воспоминаний, когда все, что узнал клон или клоны, оставались в памяти непросмотренным до тех пор, пока не появится время.
И повтор воспоминания без запечатления его в долгосрочную память. Как если бы я скачал образовательный фильм, чтобы просмотреть его позже. Кроме этого нужно было научиться бегло просматривать память каждого конкретного клона и, если нужно, быстро забывать бесполезное и освоить ряд других интересных приемов для работы с воспоминаниями.
— Это кажется, что от клонов передается не только знания, но и усталость. Она тут, — указал сенсей на голову, — мозг устает от потрошения памяти клонов. Эта усталость может убить шиноби, особенно если он не Узумаки.
Когда все записал, понял, что меня что-то гложет.
Наконец поймав мысль, вспомнил тренировки Наруто с Ямато, Хатаке и Сакурой, которые были в манге.
Какаши и Ямато твердили, что нужно больше клонов. Наруто вкалывал без передышки, его клоны совершали однотипные действия, а еще он ел стимуляторы чуть ли не ведрами. Харуно эти шарики из аптечных травок как пирожки лепила — целыми корзинками.
Старик что-то сказал, но я, боясь потерять мысль, машинально ответил:
— Да, конечно, Акийоши-сенсей.
— Ирука-кун, будь внимательнее, — видимо, я сказал это невпопад.
— А могли эти самоуверенные кретины «сжечь» мозги Наруто, просто не зная, что они вообще делают?
Мелкий отвлекся от шпаргалки, удивленно переводя взгляд с меня на недоумевающего Акийоши и обратно.
— Простите, я должен обдумать одну мысль. Это важно — я сообразил, что я ляпнул что-то не то.
Акийоши, кажется, обалдел, но возражать не стал.
А я мысленно ответил сам себе: “Или они учили Узумаки так же, как Джирайя: делай то, не знаю что?”
Они ведь сами с клонами никогда толком не тренировались. Ни один из этих «гениальных учителей» никогда толком не тренировался таким способом — им якобы чакры не хватало. А может, и на самом деле не хватало, черт их знает.
Но это ведь как доверить обезьяне разминировать бомбу. Она дернет не за тот проводок, и всем вокруг станет плохо. И сделает она это даже без какого-либо злого умысла. Но тем, кого по округе кровавыми ошметками разбросает, от этого легче уже не будет.
Боги, избавьте меня от таких друзей! А уж с врагами я сам как-нибудь справлюсь.
— Какие «самоуверенные кретины»? — уточнил сенсей, он-то моих мыслей целиком не слышал, а только возмущенное бормотание в начале — Ирука-кун, о чем ты задумался?
— Погодите, я мысль сформулирую.
Обмозговав ошибки канонных учителей, я спросил:
— Скажите, Акийоши-сенсей, а то, как нужно тренироваться с теневыми клонами, — это общеизвестная информация? То, что техники работы с памятью дублей не являются общедоступными, и так понятно, без уточнений.