Мне не нужно было, чтобы подконтрольное мне зверье начало сомневаться, считать меня слабым, а значит, в бою мне надо было поучаствовать и желательно — убить Сусуми лично. Но и быстрая победа была мне не нужна — пусть яростнее убивают друг друга!
Все прошло почти идеально.
Главарь отбил сразу два куная ножнами своей катаны, смог увернуться от третьего, самого важного, которым я целился в его левую ногу, а вот четвертый воткнулся в левое плечо, немного ограничивая его возможные атаки мечом при двуручном хвате. Мда… Я ожидал большего. Главарь сбледнул, но меч сжал еще крепче. Еще бы, он ведь посчитал, что я ронин, а тут выяснилось, что я шиноби. Неприятный сюрприз для того, кто про чакру только слышал.
Две волны бандитов схлестнулись. Балетные па, акробатические прыжки, красивые стойки и скрещенные клинки? Все осталось в кино. Здесь же была беспорядочная свалка. Я в нее не лез. Да, благодаря чакре и хорошей физической форме я был сильнее, быстрее, ловчее и обладал лучшими рефлексами, чем любой из этих бандитов. Но в хаосе боя случиться может всякое. Так что я использовал другую тактику. Вот вражеский главнюк, взревев, ударом катаны убил одного из «заимствованного» десятка, но отвлекшись на вытаскивание меча из трупа, он не заметил, как я бросил в него деревянный стул, влив перед этим в него чакру. На всякий случай сделал еще метку для техники замещения. Главарь на автомате попытался отбить летящий в него предмет, но только свалился на пол. Ему повезло, что его люди были рядом и не дали убить своего предводителя прямо там, где он упал.
Но вот один из особо рьяных защитничков встал ко мне боком…
Каварими! — мысленно произношу, складывая такую знакомую печать. Привычное ощущение ускорения и безвестный мне бандит получил кунай в горло.
Он открыл мне дорогу к главарю, который теперь стоял позади всех. Нормально пользоваться катаной Ирука так и не научился, а я — тем более. Так что сейчас у меня в одной руке был танто, а в другой — кунай. Воспользовавшись преимуществом в скорости и тем, что в пылу драки один противник смотрел в другую сторону — на бешено размахивающего мечом бандита из «моего» десятка, и не заметил, что его товарищ уже мертв, я рывком приблизился к второму телохранителю Сусуми. Когда тот оглянулся, было уже поздно. Его укороченное подобие нагинаты улетело, а мой кунай скользнул между ребер и воткнулся в сердце. Бандит вытаращил глаза и начал заваливаться, я толкнул труп в сторону резво вскочившего Сусуми. Тот неловко отбросил тело своего подчиненного в сторону. Это был отличный шанс. Отведя кунаем катану Удачливого в сторону, я полоснул его танто по правой руке. Брызнула теплая кровь, замарав перчатку и оплетку танто в моей ладони. Главарь перехватил меч левой рукой и попытался меня ударить. Левой рукой, да еще и только что получив кунай в плечо. Я просто разорвал дистанцию. Мне не нужно было убивать его прямо сейчас. Гораздо лучше было сделать из смерти Сусуми шоу.
Истекая кровью, он выпучил глаза, затем вдруг оступился, а потом еще и еще раз, пятясь к стене. Только смысла в отступлении уже не было никакого. С всевозрастающим страхом Сусуми смотрел на меня и на то, как дорезали его людей. Бой был скоротечным, а результат — предсказуем, все-таки люди Гато были лучше вооружены, имели хоть какой-то опыт и навыки…
— Главарь мой, — громко сказал я, не спуская глаз с Сусуми. — Отступай дальше, отступай, — ласково приговаривал, нарочно долго прицеливаясь. — мишенью будешь.
«Мишень» шумно сглотнул и закрыл глаза, как заключенный приговоренный к расстрелу.
Мои подчиненные одобрительно зашумели. Но внезапно Успешный решил, что помирать, так с музыкой и с отчаянным воплем, размахивая катаной, он бросился на меня. Наверное, Сусуми считал себя очень быстрым… Он ошибался. Для шиноби с разогнанной по всему телу чакрой он был медленнее черепахи. Я пнул ему под ноги валявшийся на полу стул, главарь запнулся, но чудом удержался и не упал. Зато лезвие меча вильнуло в сторону, и шагнув вперед, я отвел неуклюжий и сбитый взмах катаны несильным ударом пластинкой на тыльной стороне перчатки по боковине лезвия. На секунду в глазах Сусуми мелькнул ужас. В тот же момент я воткнул танто ему в горло. И сразу вытащил. Кровь взметнулась вверх фонтаном, совсем как в дешевых боевиках, и самозваный сборщик налогов мешком свалился на пол, а мои бандиты радостно заулюлюкали. Блин, что же я за тормоз-то такой? Отскакивать надо было, а то меня тут всего забрызгало. Хотя бандиты посмотрели с уважением и опаской. Видимо, душ из чужой крови поднимает репутацию. Буду знать.
От тяжело дышащих мужиков несло жаждой крови, горячкой боя, азартом и злобой. А еще они были счастливы победой и неимоверно горды собой. Жаль, что маловато их погибло…
Поначалу я подумал, что в бою полегла вся команда Сусуми, но это оказалось не так. После резни выжило трое: двое тут же сдались, а один умник решил прикинуться мертвыми, пришлось его приголубить ботинком по голове.
Пока бандиты обыскивали сарай, я с ожесточением оттирал оружие, а почистить одежду полусухими тряпками я даже не пытался. Воды в этом бараке почти не было. Спиртное, да несколько бочек с мутной водой. Ну почему в книгах не пишут о том, что кровь такая липкая? Я замучаюсь все отстирывать… Хотя тут посмотреть надо, может, у Гато в «отеле» для десятников кто-то одежду стирает? Привели бармена, вытащив его из-под стойки, где он дрожал с начала боя. Ничего полезного он не сказал и улюлюкающие бандиты пинком под зад вышвырнули его из помещения.
Барак, с обобранными до последней нитки трупами, какой-то кретин поджег. Так что уходили мы из деревни, как герои плохого боевика, оставляя за собой погром, трупы и пожарище. Пришлось незаметно сделать несколько клонов и оставить их чтобы они потушили огонь, пока никто не пострадал.
Пока шел, получил воспоминания от теневого клона.
Тот снова зашел в Поднятую лапку.
— Кента-сан, здравствуйте. — сказал клон, легким кивком головы изобразив подобие поклона.
Старик опасливо поздоровался и отошел дальше.
— Мы нашли Сусуми. Он вас больше не потревожит. — проинформировал старика клон.
— Он… вы его убили, — слегка подрагивающим голосом спросил гончар.
— Да, его и всех его подельников. Платить вы будете только людям Гато-самы. Я попробую убедить его составить четкий график сбора денег. Чтобы больше никакие проходимцы не могли вас обмануть. Если что-то похожее случится, обращайтесь к Иго. Гато-сама вами лично заниматься не будет.
— Да благословят вас боги, — облегченно выдохнул старик и согнулся в глубоком уважительном поклоне.
— До свидания, Кента-сан, — сказал клон, выходя.
А я, получив эти воспоминания, только усмехнулся.
Уже благословили. Я ведь жив.
Но кроме огня, была еще одна проблема. Точнее, даже три проблем. Так, куда деть пленных? Мне предложили с десяток вариантов как позрелищней расправиться с подельниками Сусуми, но я придумал другой выход.
Уже через несколько часов я отчитывался перед местным Базилио о проделанной работе:
— Вот деньги, Гато-сама — поставил я шкатулку с изъятыми у Сусуми деньгами на стол. Карлик приоткрыл ее платочком, но потом отбросил его в сторону, начав пересчитывать мятые купюры.
В каждой из пяти Великих стран были свои собственные деньги, причем как из драгоценного металла, так и бумажные, а вот единой валюты, которая бы ценилась во всех странах — не было. В Конохе, например, в ходу были хо-рье, буквально можно было перевести как огненный-рье, впрочем, как и везде, их называли просто рье. У Гато даже на стене висела карта мира на которой монетками были отмечены столицы пяти стран. Страна Огня и монетку чеканила с огоньком. Вода, не мудрствуя лукаво, свою монету наградила рыбкой на фоне звезды. Страна Ветра деньги украсила пирамидкой из трех золотых слитков. Страна Земли свои монеты чеканила с двумя перекрещенными кирками и горкой булыжников под ними. И в Стране Молний в ходу были значки фанатов Гарри Поттера — на них были изображены стилизованные молнии. Купюры страны печатали с теми же символами.
— Банда, обкрадывавшая вас, уничтожена и больше не доставит вам неприятностей. — продолжил я говорить, мешая Гато пересчитывать денежки.
Кивнув, мерзкий карлик поинтересовался, какого демона я приперся к нему весь в крови и зачем мы притащили трех пленных, которые сейчас стояли на коленях позади меня и через кляпы что-то нечленораздельное выли, безостановочно шмыгая носами и заливая ковер слезами. Никакого уважения к себе, как жаренным запахло, сразу в слезы. Как нашкодившие школьники, ей-богу!
Вообще-то их сюда привели просто потому, что мне не нравится сама идея убийства пленных, машинально обернулся посмотреть на жующих сопли бандюков. — Но Гато-гад такой причины не одобрит.
— Гато-сама, из-за этих людей вы потеряли деньги и время, — озвучил я выдуманную по дороге причину. — Мне кажется справедливым, если вы сами определите их судьбы. Показательно казните, чтобы другие не смели даже думать красть у вас, или продадите в рабство — дело ваше. Впрочем, я бы их продал, с казни денег не поимеешь.
Злобный карлик задумчиво покивал, а потом расплылся в мерзкой улыбке и сообщил мне, что я заслуживаю премии за изобретательность и быстро сделанную работу. Угу, премия будет с продажи этих троих. Скупердяйство Гато не знало границ.
Быть на одной эмоциональной волне с Гато было противно, но если бы я не переключился на него, то, скорее всего, стоял бы с постной рожей и недовольно бурчал-докладывал. А у меня образ не тот, чтобы так себя вести, да и разрешилось все гораздо лучше, чем я ожидал.
Как я и надеялся, жадность победила, и Гато решил продать бандитов. Так я узнал, где бандиты магната содержат «живой товар», ведь мне придется вести туда пленников.
Промышляя контрабандой, магнат не брезговал и работорговлей. Объектами торговли были все — мужчины, женщины, дети. Содержались они в клетках на отдельном складе, туда-то мне и надо было. Людей держали в скотских условиях и забрать их должны были через две-три недели. Но не заберут. Я об этом позабочусь…