— Теперь я точно стану Хокаге! Я теперь настоящий шиноби! Спасибо вам, Ирука-сенсей!
— Обязательно будешь. — дёрнулся я на звук: — Тише, кто-то идёт…
Но только я проговорил это, как в дверь палаты постучали.
— Ксо! — Наруто юркнул под кровать вместе с плошкой и чайником. Умудрившись при этом не расплескать ни капли. А я затравленно огляделся, но так и не смог придумать, куда деть недоеденное. Спрятать в шкафчик сразу не додумался, а потом поздно стало.
— Ирука-сан, — мелодичный девичий голос произнёс имя почти на распев, — я вам принесла…
Отодвинув ширму в сторону ногой, обутой в бежевую балетку, к койке подошла девушка с подносом в руках. Запахло замечательно, но лапша уже половину желудка заполнила и аппетит потихоньку испарялся. Как и тот медик, девушка носила бежевый халат и берет, только на ней эта странная одёжка смотрелась, как надо, обтягивала грудь четвёртого размера, а обычный, без рюш, фартук, подпоясывал хламиду, подчёркивая фигурку, похожую на песочные часы. — но поглядев на плошку у меня в руках и на свой поднос, заставленный едой, она растеряно закончила, — … поесть.
Поставив поднос, она упёрла руки в боки.
— Зачем вы вставали! — гневно сверкнули раскосые фиолетовые глазищи с чуть смугловатой симпатичной мордашки.
Фыркнул от еле сдерживаемого смеха, в гневе эта невысокая девушка казалась такой забавной и милой. Впрочем, уже через пару секунд я собрался.
— Нет, — проговорил совершенно спокойно. — Эм… вы не напомните, как вас зовут?
— Ваша спина… — замолкла, густо покраснев и начала теребить в руках кончик толстой каштановой косы. — Миюри. — кротко сказала она, а затем добавила. — Вам нельзя было подниматься, Ирука-сан. Извините.
Я едва сумел сдержать смех, когда это чудо, развернувшись на месте, решило уйти и не вписалось в косяк, к счастью — без серьезных последствий.
— «Какие у неё подушки безопасности-то. — коса мотнулась, шлёпнув хозяйку по упругой круглой попке размером не меньше, чем грудь, — Ммм, а кардан… Бразилия лайт-версия!»
Пошлые мыслишки прервал гневный вопль:
— «Развратник! » — донеслось от Умино.
— «Художник и ценитель женской красоты… И вообще, захлопнись, тебя не спрашивали!»
Но настрой он мне сбил, собака такая.
— Я не ушиблась! — крикнула Миюри и пулей вылетела из палаты.
— Мда. И что это было? — спросил вслух, ни к кому конкретно не обращаясь.
Из укрытия вылез фанат рамена:
— Ирука-сенсей, — ехидно протянул, пожирая взглядом больничный ужин, — Миюри-сан в вас влюбилась. Вон, сколько всего вкусного принесла!
— Тебя послушать, — осторожно потянулся, — так любовь измеряется количеством еды. Ты случаем в Аяме не влюблён, а?
Наруто похлопал удивлено голубыми глазищами.
— Ты бери-бери, — кивнул на поднос, — я уже наелся.
— «Откуда ты знаешь дочь Теучи? — снова возник на периферии Ирука. — Ты меня обманул!»
— «Отвянь, придурок!»
— Я люблю Сакуру-чан! — насупился мальчик, но поднос цапнул, поставив себе на колени.
— Да ты мазохист, однако. — весело фыркнул.
— Кто?
— Есть такие… ммм… люди, которым нравится, когда их бьют.
— …Наверное… — не уверенно пролепетал мальчик почесывая затылок.
Я перебил:
— На будущее запомни: если не знаешь, что означает слово или не уверен, то лучше уточни, что оно значит. Мазохисты — это извращенцы, которые обожают чтоб их били и унижали. Ты же не такой!
— Фу-у-у! — скривился обиженно. — Я не извращенец!
Вскоре пришел тот самый врач-почти-азиат, вколол что-то полурозрачно-зеленое из маленького стеклянного шприца (многоразовый...), койку опустил и сказал Наруто уйти. Медленно моргая, я все же заметил: когда мальчик попросился посидеть в палате, появившаяся Миюри зашипела на него и выпихнула в спину за дверь.
— «Вот же фурия! Не буду к ней подкатывать!» — подумал, снова чувствуя, как мир проворачивается вокруг, а я медленно проваливаюсь куда-то вниз.
Глава 2. Один?
Оказавшись в полной темноте, я весело закричал:
— Ирука-сан, — «по-доброму» скалясь, — на тебя открыт сезон охоты! Убью, зараза! Один останусь! Буду, как… эээ… забыл… О! Как Дункан Маклауд!
Меня окатило волной животного ужаса. Хоть чувство было не моим, но я ощутил его в полной мере. Такого я еще никогда не испытывал. Думаю, что если бы у меня было свое сердце, оно бы остановилось. Оклемавшись, я прислушался и не поверил. Ируки нигде не было!
Раньше, даже когда он молчал, я чувствовал его.
— Ира? Эй, я пошутил, ты где? — мысленно обратился в темноту: — …Бли-и-ин, я ж спалюсь без тебя! Ирука? Выходи, я тебя не трону, правда! Если дурить не будешь, я тебе о будущем расскажу и как исправить ЧП всякие до их начала! Ну где ты?
Ни ответа, ни привета.
Кажется, я бродил в темноте целую вечность, но так и не смог его найти.
— Одинокий «Шиза» в твоей черепушке, — развлекался я пением, — не знает, что ему дела-а-а-ть!
К моему надрывному вою внутри добавились чужие крики, пробившиеся через Тьму снаружи. Оставалось только надеяться, что они этого не слышали.
— Ирука-сан! Очнитесь! — под нос сунули что-то едко-вонючее: — Ирука-сан!
От резкого запаха меня просто выдернуло из внутреннего мира, как пробку из бутылки.
Я с трудом приподнялся на локтях. Надрывные стенания заставили повернуть непослушную шею на звук. Миюри стояла в дальнем углу и размазывала слезы кончиком косы.
Мда, блин… «Красавица», вся коса в соплях…
— Ирука-сан, — вокруг собралась куча народа, вооруженная светящимися зеленым руками, шприцами, и вообще чем попало. Один оригинал с уткой стоял.
«Если это вместо анестезии — ну ее нахуй! Такую медицину!»
— Как вы себя чувствуете? — оторвался от бумаг седой мужичок в бежевой бандане.
— Нормально, — неуверенно и испуганно пробормотал я. Очень хотелось ломануться прямо через стену, или рыбкой в окно с криком: «Спасите! Убивают!»
— А что случилось?
Врач сделал пометку в бумагах и вышел, позвав за собой остальных. Я обалдел от того, что меня проигнорировали! Осталась только девушка.
— Эм… Миюри-сан, — когда она громко втянуло соплю, меня передернуло, — что со мной?
Та всхлипнула и начала рассказывать. Со слов медсестры, как только я «уснул», у меня остановилось сердце.
«Я «Молодец». Напугал Ируку до смерти… м-да…»
— Демон, он проклял вас! — тонкие пальчики нервно дергали косу, — я так испугалась, так испугалась!
И почему эту психованную не выпроводили? Проклятия — это же совсем из другой истории! Я все понимаю, но меня пугает насколько серьезно она это сказала.
Еще несколько дней меня мурыжили, проводили какие-то тесты и спрашивали… спрашивали… спрашивали.
— Каждый день одно и тоже: «Ирука-сенсей, как себя чувствуете?»
Так и надирало ответить: «Вот прям щас, прям тут, лягу и помру!»
— Нормально, — тихо-тихо под нос: — Я тут скоро сдохну…
— Ирука-сан, боюсь от недостатка кислорода, мог пострадать мозг. — Заявил эскулап. — Постарайтесь вспомнить, что было с вами, к примеру, месяц назад?
«Та-ак, а что-то новенькое… Не про самочувствие!»
— Месяц назад? — я чуть нахмурился. Такие вопросы могли выдать меня с потрохами. Конечно же, я заранее подумал о том, что как и кому врать!
«Но если бы пришлось отвечать честно, то я бы вам, доктор, сказал, что Ирука сеял, предположительно, разумное, ни фига не доброе и ни разу не вечное. А что еще мог преподавать учитель-шиноби юным убивцам?»
Медик, (не запомнил его имени), выжидающе занес карандаш над планшетом, а я настроился на свою легенду, припоминая хитрости, которые помогают выглядеть правдивым.
«Вы были в театре? Нет? Я это исправлю!» — с трудом удержался от улыбки.
После мимолетного удивления, нахмурился медленно покачал головой.
— Тогда, как далеко вы можете заглянуть в свое прошлое? — чуть подался вперед ирьенин.
— Я помню… — призадумавшись, стал тереть лоб, и пытаясь припомнить все вариации эволюции покемона Иви. Чтоб выглядело, будто я тяжело и безуспешно что-то ищу в недрах своей памяти.
При помощи наводящих вопросов медик выяснил, что я помню только неделю, проведенную в больнице, плюс-минус пару дней и немного бой с Мидзуки.
Спасибо, Наруто! Спасибо, Кишимото! Да обратится один ваш день в тысячу!
«Ну, не смотри ты так своими квадратными глазами, — мысленно уговаривал ирьенина, — а напиши одно умное слово: Амнезия!»
Парень погрыз кончик громоздкой перьевой ручки и написал на листе пару столбиков иероглифов, а затем сказал, что завтра я могу катиться отсюда на все четыре стороны! Не так буквально, но смысл такой, да.
«Свобода!»
На следующий день я стоял у парадного входа, как дурак, не зная, куда идти! А спросить, где жил Ирука, я забыл.
«Ох, как просто у других попаданцев! Реципиент тихо копошится и всячески помогает, а эта редиска… Ладно! Сам, все сам!»
Небольшой парк перед главными воротами был намного уютней и больше того, что я видел в аниме. Полоса изумрудно-зеленого газона отделяла дорожку от парка. Круглые кусты с мощными соцветиями белого цвета ютились под раскидистыми кронами декоративных деревьев, скрывая дорожки и лавки в своей тени. От этой красоты, после четырех стен палаты, захотелось вдохнуть полной грудью! Что, собственно, я и сделал. Но на вдохе ветер метнул в лицо мелкую пыль с оживленной улицы, которую я на радостях вдохнул:
— Да, чтоб тебя! — закашлялся. — Все не как у людей!
— Ирука-сенсей! — с лавки за кустом соскочило что-то ядовито-рыжее.
— Наруто? И давно ты тут?
— Да! То есть нет…
Он каждое утро тут дежурил. Ждал, когда меня выпишут. Я из окна его часто видел блуждающим по газону среди белок. С ними он делил какие-то орехи или конфеты, разобрать надписи не получалось из-за накатывающего временами головокружения. Но в палату Наруто больше не залезал.
На миг я представил, что вот точно так же он бы ждал настоящего Ируку, и мне стало дурно. А еще очень неприятно было осознавать, что Ирука, а теперь и я, был связан с Корнем и его главой. Если я правильно понял — то следить за Наруто в академии — задумка Данзо. А Третий решил не мелочиться — дружи и все тут! Но я не врубался, как так вышло? Не чуунин-учитель, а какой-то двойной агент! Или Хокаге не знал, что Ирука агент Данзо, или подстроил так, чтобы чуунин всегда был на виду? Пока я думал, Наруто меня куда-то вел.