тем, что явно умеет думать!
После разговора с Гато, я весь вечер думал и понял, что разговор с собратом по несчастью нельзя откладывать в долгий ящик.
С утра. Оставив в номере вместо себя клона, я накинул хенге и направился к Забузе.
— Привет, Виктор, это я, Игнат. — тихо позвал я мечника. Тот чертыхнулся поначалу, но опознав меня по голосу, расслабился и убрал руку от меча.
— Привет, что стряслось?
— Канон изменился, — хмуро ответил я. — И сильно.
На мне по–прежнему было Хенге какого–то шиноби Тумана. Я присел сбоку от постели Забузы на низкое плетеное кресло.
— Рассказывай, — серьезно сказал Виктор. — Хаку ушел за травами и будет не скоро.
— Как я и думал, Гато оказался далеко не дураком. Он решил подстраховаться и нанял группу шиноби–наемников, называющих себе «Охотники». Судя по всему, скоро сюда прибудут трое джонинов и три чуунина, привыкших работать слаженной командой. Их плата за работу — мои генины и ваши с Хатаке головы.
— Мда, это плохо, — выдал вердикт мечник. — С такой командой нам поодиночке не справиться. А сам ты это откуда узнал?
— Корреспонденция из сейфа и слова самого Гато. Слышал бы ты, как этот говнюк распинался! Он дайме решил стать!
— Плох тот генин, который не мечтает стать каге, — переиначил поговорку Виктор, грустно усмехнувшись.
— Да, придется объединиться, — высказал я очевидное решение проблемы. — Сам уже думал, как поступить, но, похоже, ничего другого не остается. Хотя, может, оно и к лучшему. Будет повод «подружиться» официально.
Я решил не говорить, какую роль во всей этой кутерьме сыграл придуманный мной рассказ про клановых детей–мажоров. Попаданец — Забуза тем временем просчитывал варианты, при этом он легонько и совершенно неслышно постукивал средним пальцем по своей рельсе, которая стояла около кровати. А я терпеливо ждал от него диагноза.
— Ну, особых проблем не вижу, если Какаши не заартачится, — наконец проговорил Виктор. — Моя миссия — получить корабли. А то, как именно я буду этого добиваться, Мэй оставила на меня.
Имя будущей Мизукаге было произнесено с такой нежностью, что захотелось сострить по поводу приглашения на свадьбу.
— Скорее всего — заартачится, — пряча невольно выползшую ухмылку, сказал своему острозубому собеседнику, — он командир. А я — так, сбоку припеку. Я пришел к тебе в первую очередь за советом. Я знаю, что Какаши будет против, так что нужно сделать так, чтобы у Собакина не было иного выбора, кроме как согласится на временный союз.
— Хм. Думаешь, будут проблемы? — скептично вскинул лысую бровь Забуза. — А чего тут думать–то особо? Вроде все просто — «враг моего врага», разве нет?
— Не-а. — обреченно помотал головой. Подыскивая, как бы все охарактеризовать без мата, но чтобы было понятно.
— Да не переживай ты так, — тяжелая рука опустилась на плечо, — Игнат. Никуда Какаши не денется, согласится на совместную операцию, — принялся успокаивать меня Виктор.
Я начал закипать:
— Ты просто не знаешь Какаши! Он точно упрется рогом! Например, изобразит свою долбаную глаз–улыбку, станет в позу «Я — дебил, изрекающий очевидную дурость» и родит что–то вроде: Мы шиноби Конохи и не сотрудничаем с нукенинами!
Раздражаясь, я заговорил еще громче, злее и настойчивее.
— Или, например, мой упоротый командир скажет, что он не нанимался воевать с нукенинами и будет выполнять только работу охранника! И что ты тогда делать будешь? Воевать с Охотниками вдвоем с Хаку, пока эта ленивая жопа, как обычно, будет сидеть в кустах?
Когда Виктор поднял упавшую челюсть и ошарашено усмехнулся, я понял, что выглядел по меньшей мере неадекватно. Если бы я не знал Какаши, то подобная характеристика показалась бы мне полным бредом.
Смутившись, я кашлянул и продолжил спокойнее:
— Виктор, ты извини, что я тут разорался. Но мне кажется, что ты не понимаешь всей серьезности ситуации. Ты, похоже, в последнее время избалован общением с адекватными людьми и не понимаешь, насколько тяжело иметь дело с упертым дураком, считающим себя умным, да еще и пытающимся жить по каким–то непонятным правилам, — добавил я с мрачным сарказмом. — Да, он джонин. Нет, я не знаю как он при таких характеристиках дожил до своих лет и звания. Всему виной чудесные совпадения!
Виктор похлопал глазами, переваривая услышанное и после затянувшейся паузы сказал:
— Хм… Ну тогда нам нужно поставить его в условия, когда он вынужден будет действовать сообща со нами, — наконец дошла до мечника причина моей головной боли. Пока он справлялся с удивлением от осознания нетривиальности моей проблемы, я успел еще раз осмотреть комнату и на глаз отметил быстрое выздоровление болящего. Движения не дерганные и не скованные, шрам от моего танто, видимо, уже не мешает или почти не мешает. Одет Забуза был в просторную темную футболку и камуфляжные штаны, подвязанные эластичными бинтами. Виктор задумался и снова начал выстукивать пальцем по своему мечу беззвучный мотивчик. Наконец, Виктор собрался с мыслями и сказал:
— Я так думаю, что у Какаши цель — не только выполнить миссию, но и не допустить гибели вверенных ему генинов?
— Да. Но на что именно ты собираешься делать упор?
Обсуждение самых разных вариантов и способов уломать Какаши заняло почти два часа. Собакин, я тебя ненавижу. Честно.
Уже у дверей меня остановил оклик Виктора.
Он щелкнул пальцами и сказал:
— Чуть не забыл… Ну, насчет моей избалованности — это ты, положим, загнул, — с ленцой протянул Виктор. — Кстати сказать, тут ко мне вчера приходили ваши пленные — ну те, — покрутил рукой мечник, — из Дождя, которые Хироши и Акира. Ты наверное их помнишь, сам же допрашивал. Хаку пришлось повозиться с их пальцами.
Я тяжко вздохнул, опустив глаза вниз и в сторону.
— В общем, приходили, хотели ко мне присоединиться, чтобы вам отомстить за гибель командира.
— И что ты им сказал? — тихо спросил я, посмотрев на Вика.
— Отправил их к Мэй, сказал, что не смогу посторонним шиноби в бою спину доверить да и вообще, они здесь не нужны. — Не — Забуза внимательно посмотрел на меня. — Игнат, мой тебе совет, в следующий раз не оставляй недобитков, если не хочешь себе проблем. Твоя жизнь и жизни твоих близких для тебя должны быть важнее, чем игры в благородство.
— Понял, — буркнул, закусив губу. — Я… не в благородстве дело. — тяжело вздохнул. — Я не смог…
Виктор покачал головой.
— Я не святоша, но я не смог! Я не такой как… — запнулся и виновато посмотрел на Виктора.
Тот смотрел на меня с сочувствием. Точно я сморозил несусветную глупость.
В этот момент я отчетливо понял, что Виктор прожил здесь гораздо дольше меня и этот мир его изменил. Но не мне судить, в какую из сторон.
— Ты извини, — пролепетал, — я пойду. Мне, — заговариваясь, — правда пора.
Хотелось поскорее убраться отсюда, чтобы не чувствовать к себе сочувствия, как к увечному идиоту. Я так спешил, что чуть не сбил Хаку. Отделался общими фразами и позорно сбежал.
Запрыгнув на ветку, поблизости от домика, чтобы успокоиться я сосредоточился на токе чакры у ушей. Пока я осматривался, засек голоса и машинально прислушался.
— Пап, расскажешь о чем вы говорили?
Я и раньше уважал Виктора, а после этого «пап», стал уважать еще больше.
— Расскажу. — отозвался Забуза.
Угу, расскажи, вздохнул, про позорище из Конохи.
Далее мой путь лежал… Нет, не к свое родной команде, а назад, в город. Одно дело, когда ты не в зоне досягаемости 2–3 часа, другое дело, когда тебя нет больше половины суток. Гато — подозрительный, так что лучше было не рисковать. Поев в очередной забегаловке, я зашел в офис у Гато, узнал у секретарши, что на сегодня я не нужен большому маленькому боссу, и отправился к себе домой. По потемкам мой променад должен был лежать в сторону дома Тадзуны… Вот только теневого клона надо оставить. На всякий случай.
К дому архитектора я пришел под хенге со своим прежним видом Ируки–чуунина. Незачем шокировать публику и возможных наблюдателей раньше времени. Правда, моя сенсорика подсказала, что никого нет… Но зачем рисковать?
Окликнув Наруто, устроившегося на крыше, я помахал рукой.
Ну хоть с этим повезло.
— Привет, мелкий Хокаге.
Узумаки отреагировал на мое появление бурной радостью. Он широко и искренне улыбался и разве что не повизгивал от восторга. Мальчишка попытался было обнять меня, но я отрицательно покачал головой и тихо сказал.
— Хенге.
Наруто понимающе кивнул и опустил руки и сказал, — Я понял, что это ты, потому что ты снова забыл сказать, что вернулся домой! Или чего–нибудь еще ну… Как все делают.
Я усмехнулся своей промашке, вспомнив.
— Ну, значит, и пусть все и дальше так делают. А мы будем делать по–своему. Как нам удобно.
Наруто на это рассмеялся и побежал в дом. А я уныло потащился следом. Мне предстояла самая сложная часть миссии — убедить Собакина.
Пропустив вперед оригинал Узумаки, я заглянул в гостиную. Какаши выглядел куда бодрее, но смотрел на меня по–прежнему неприязненно и с опаской. Он, как обычно, перечитывал рыжую книжку, Саске читал какой–то свой свиток, закрывая иероглифы руками, а Сакура вздыхала, разглядывая то джонина, то Учиху. Видимо, выбирала. Короче, она как обычно сидела и бездельничала!
Дежурство у Наруто было опять за себя и за того парня? До конца миссии дежурить будут Саске и Сакура, а Наруто — нет! Скорее всего он в ущерб себе брал вахту Харуно.
Но я взял себя в руки и решил, что показывать фаворитизм, как наш «любимый» Собакин — не буду. Хотя очень хочется!
Не дождавшись приветствия, я тоже не стал здороваться, а сразу перешел к делу:
— Какаши–сан, на меня вышел подручный Забузы с предложением союза, — сел на стул, чтобы видеть и Тадзуну, чаевничающего с семьей, и всех остальных.
— Гато намного опаснее, чем считал мечник…
Краем глаза я заметил, что услышав имя «Забуза» Тадзуна начал резко терять цвет. Дрожащими руками он попытался донести чай до рта, но промахнулся и даже этого не заметил. Цунами покачала головой, а Инари шепотом спросил что–то.