, но больше ничего не слышал.
Заглянув под одеяло, уставился на грудь и живот, туго перетянутые эластичными бинтами. Даже пальцем потыкал — реально мое. Не качок–бодибилдер, но и не дохляк, каким я был. Натянув тонкое одеяло обратно, я рассеянно уставился в потолок, повторяя про себя:
«Это какой–то бред, мне это снится, это не правда…»
Пока убеждал себя в нереальности происходящего, почувствовал, что куда–то проваливаюсь. Только я закрыл глаза, как они открылись сами, без моего участия.
Меня прошиб холодный пот. А уж когда задвигались руки, думал хлопнусь в обморок, но тут в палату зашел темноволосый узкоглазый парень и, как–то странно поздоровавшись, взял в руки планшет, который висел на спинке кровати.
На вид доктору было около двадцати пяти, с определением возраста у меня всегда были проблемы, так что ему могло быть и меньше, и больше. Он сосредоточенно вычитывал что–то, иногда делая пометки. На задней стороне планшетки был крупный черный иероглиф, вписанный в круг, и точно такой же красовался на правой стороне груди бежевого халата парня.
— Вы не спите? — поинтересовался медик и, заметив, что я кивнул, улыбнулся. — Хорошо.
Пролистав бумаги еще пару минут, он поднял на меня взгляд желтовато–карих глаз и спросил:
— Умино Ирука?
Я хотел сказать: «Что?»
Но вместо этого услышал:
— Да.
В ступоре я слушал доклад больного врачу: «Там болит. Здесь не очень». Будто в игре от первого лица ролик смотрел. Ни ответить, ни дернуться, ни поменять ракурс.
«Ирука, Ирука, Ирука, — повторял я в панике странно знакомое имя, — … Хм, дельфин… Еще и Умино… Что значит морской… Оу! Я его знаю! Точно, Ирука–сенсей! … из… Ой-е! Наруто!»
Это был тот самый сериал, по которому писал мой знакомый. История про блондинистого пацана, в которого его родители, видимо, от большого ума, запихнули демона. После чего благополучно померли, оставив его сиротой и, похоже, даже не позаботившись об опекунах. Впрочем, окружающие поступка родителей почему–то не оценили, и всей деревней пацана дружно ненавидели. Правда, не ясно за что.
Смачно выругавшись, я заметил, что тело само дернулось и замотало головой.
— Ирука–сан, с вами все в порядке? — настороженно держа перед собой раскрытую ладонь, спросил парень в беретке.
— Да. Все хорошо, просто… показалось…
Я промолчал, но как только врач ушел, прокомментировал:
«Если не считать меня, все просто зашибись. Ага».
На миг остолбенев, тот кто управлял телом воскликнул:
— Ты кто?
«Конь в пальто!» — не удержался от шутки.
После такого ответа некто, опознанный, как «Ирука из «Наруто», ошеломленно замолчал.
«Эммм… — смутившись, — Ку–ку?»
— Ты кто? — рявкнул сенсей.
«Ой, а я думал, что меня не слышно… Здрасте. А я ваша шизофрения. Я тут тихонько посижу в уголочке. Можно?»
— Кто?! — выпал в осадок учитель.
Странное дело, но санитары, с успокоительным и смирительной рубашкой, так и не появились.
«Шизофрения я! — расхохотался, — … Ладно, шучу. Меня зовут… теперь, похоже, что уже звали… Игнат. Приятно познакомиться! Или не очень… Ну, как–то так».
Не знаю, что Ирука сделал, но слышно его стало только тут.
«Что ты делаешь в моей голове?»
«С тобой общаюсь… По правде говоря, — не знаю. Кажется, я умер и попал…»
Покрутив эту мысль, понял, что истерики по этому поводу не предвидится. Меня охватило странное безразличие. Странное дело, но никаких эмоций по поводу своей предположительной смерти я не испытывал. Мне было как–то параллельно, что я вроде как умер, нынешнее положение вещей интересовало меня куда больше. Особенно волновал вопрос: Как быть?
«Ты хочешь захватить мое тело?!» — отвлек меня Ирука.
«А? Что?! …Не–не–не! Не для этого я пединститут продинамил, что бы здесь быть учителем! Не дождетесь! Я лучше посмотрю со стороны!»
«Со стороны? Зачем? — опешил учитель. — Ты останешься в моей голове?!»
«Что значит «зачем»? Знаете ли, я не выбирал куда попасть. Вот был бы у меня выбор, я лучше бы стал шизой Наруто на пару с хвостатым!»
«Откуда ты знаешь?! — я не видел лица, но почувствовал, что собеседник подозрительно прищурился, — …Откуда ты знаешь про биджу?! Что ты?»
«Сам ты «Что»?! А я — Игнат Волков! И я знаю будущее! …Если, конечно, не лежу сейчас в коме, как овощ!»
Ирука не ответил и надолго замолчал.
Подождав для приличия секунд тридцать, я решил пошутить:
«Внемли гласу моему, смертный. Я предскажу будущее! — задело меня это «что», — В команде номер семь будут Харуно Сакура, Саске Учиха и Наруто Узумаки. И если будешь меня слушать, то впоследствии можно будет избежать многих проблем».
Реакция не заставила долго ждать.
«Лис выйдет из–под контроля? — тон, с которым это было сказано, мне очень не понравился, а лежащие на одеяле руки сжались в кулаки и мелко затряслись.
«Проклятый демон! Проклятый Наруто!»
«Я думал, что ты его друг», — ошарашено выдохнул я.
«Друг?! — отмер Умино и едко усмехнулся. — Я?! Друг биджу, который убил моих родителей? Мой клан? Эта «дружба» — их задание!» — язвительно бросил Ирука.
Владельца тела, похоже, задело за живое и он разоткровенничался. Заткнулся он только через 10–15 минут желчного монолога о количестве и качестве содержимого головы нынешнего Хокаге, Совета и какого–то босса. Высказавшись, Ирука начал расспрашивать о том, что я еще знаю, что я был за шиноби, но я отмалчивался. Не хотел я ничего больше рассказывать этому гаду.
— Ирука–сенсей! Здравствуйте! — разнеслось в пустоте эхом.
А мне до одури захотелось увидеть что–то кроме темноты, посмотреть, кто из учеников решил проведать Ируку. И мое жгучее любопытство каким–то образом позволило видеть его глазами, но тела не ощущал вовсе.
— Привет, Наруто, — кивнул Умино, изобразив улыбку. Это я понял потому, что глаза немного прищурились и мальчик улыбнулся в ответ. Не очень–то удобно было рассматривать пацана, не имея возможности двигать глазами или хотя бы моргнуть.
— Ты в порядке? — сказал Умино, не предложив мальчику присесть на табурет около соседней койки или на нее саму. Она все равно была пустой.
— Все отлично! — просиял мальчишка, восстанавливая дыхание, будто бежал сюда, — Ирука–сенсей, а как вы?
Узумаки Наруто и по совместительству — главный герой этого бреда обкуренного мангаки, был маленьким мальчиком лет девяти, может — десяти, с взъерошенными светлыми волосами, приятным лицом, большими наивными голубыми глазами и полосками–усами на щеках, точно мальчик сбежал с детского праздника, где отыгрывал роль Чучела — Мяучела. В отличие от медика, который приходил раньше, ребенок имел вполне себе европейскую внешность, хотя что–то восточное в его лице все же было.
Мальчик был так похож на рисованного персонажа, что даже не по себе стало. Только вместо знакомого по канону оранжевого комбинезона он был одет в серую футболку с красной завитушкой, полинявшие шорты неизвестного, но темного цвета и синие сандалии, похожие на ботинки, у которых отрезали носок. Вся одежда «радовала глаз» разномастными дырками, а футболка еще и кривым, похожим на жирную длинную гусеницу, швом на боку.
«Что–то я сомневаюсь, что это родной цвет одежды» — невзначай заметил, раздражаясь.
Сильно захотелось найти местную социальную службу и передать им «спасибо» в район печени и почек за «счастливое детство» мальчишки. Потому что глаза у него были печальные, как у щенка, который надеется, что на этот раз его не пнут ногой, а погладят и может, даже дадут поесть.
Я отчетливо понял, что сейчас передо мной не придуманный персонаж, а живой человек. Маленький несчастный ребенок. И если в манге у него был Ирука–друг, который изредка подкармливал раменом, то в реальности это был обман. Я буквально чувствовал, скрытую за приветливой улыбкой добренького сенсея, ненависть.
«Ирука, ты хоть понимаешь, что он тебе верит?! — мысленно вскричал я. — Верит, как родному отцу, которого видел всего один раз в жизни, когда появился на свет! — взывал к совести. — Да его не ненавидит только ленив…»
— Молчи! — перебил меня шиноби.
Меня будто ударили под дых. Разум захлестнула злоба, хотелось со всей дури дать этому идиоту кулаком прямо в лживую морду. Этот козел вызывал у меня какую–то жуткую, невозможную ненависть. Будто он лгал мне притворяясь другом!
" — Урод, ты настоящий моральный урод! — распалялся я все больше и больше, — Мне твоих родителей жаль, они воспитали козла!»
" — Заткнись! — визжал Ирука, как резанный».
" — Да твой отец, от стыда, — харакири себе бы сделал! Если бы уже не был мертв! Прикинь, как повезло! Он не в курсе, что ты таким кретином вырос!»
" — Да что ты обо мне знаешь?! Заткнись!»
" — Все! — угрожающе рыкнул я. — Слышишь?! Все знаю!»
Ирука ошарашено замолк.
" — Твоим родным повезло умереть, — цедил сквозь зубы, — и не увидеть, в кого превратился их сын!»
Пока Ирука приходил в себя, я оттер его от управления. Как получилось, сам не понял, но теперь я мог двигаться сам!
— Ирука–сенсей? Что с вами?
Мальчик явно напугался того, что Ирука замер, уставившись в одну точку, так как во время перепалки ни я, ни хозяин тушки ею не управляли.
Теперь в глазах скакали темные пятна, голова кружилась, но я сам управлял телом и говорить мог, что хотел.
— Голова немного кружится, — справившись с непослушной, точно деревянной челюстью, сказал я. — Но жить буду. Расскажешь, что случилось? Я почти ничего не помню.
Мальчик радостно закивал и с жаром начал рассказывать, где он был и что видел. Говорил он не столько языком, сколько лицом и руками, строя забавные рожи и широко размахивая руками.
От Наруто я узнал, что он направился в лес после того, как спер свиток Первого Хокаге. Но Мидзуки на месте не оказалось. Тогда, почесав в затылке, Узумаки засел за свиток сам, что бы впечатлить «доброго» сенсея. Да только как у Наруто стало что–то получаться, выскочил «я» и стал орать. Обещал уши оторвать и рассказывал про прочие экзотические методы воспитания. Далее был бой двух сенсеев, в ходе которого предателя прорвало на ля–ля и он назвал Наруто… Не-а, не джинчурики, а воплощением демона–лиса!