Я люблю тебя больше жизни — страница 24 из 52

альнике, и окунулась в теплую воду. С некоторым сожалением заставила себя не нежиться, а быстренько справиться с купанием. Но даже та скорость, с которой я привела себя в порядок, оказалась недостаточной. Ибо в момент, когда уже вытиралась полотенцем, услышала крик.

Кричала Тисса.

Ни секунды не раздумывая, вылетела из ванной в чем была. Точнее, с полотенцем в руках.

Моим глазам предстала неприятная картина. Высокая худая женщина нависала над девочкой, а Тамия, склонив голову, стояла рядом и не смела ей мешать. Пока я соображала, кого же мне напоминает эта дама, та поняла, что в комнате появился кто-то еще. Резко обернувшись, она вдруг залилась краской, а уже в следующий момент только беззвучно открывала и закрывала рот, как рыба на берегу. Воздуха ей, бедной, не хватало.

– Вон отсюда, – потребовала я, не став разбираться, кто передо мной и какой имеет статус.

Тамия дернулась и чуть не проскочила мимо меня. Вовремя придержала ее за локоть.

– Не ты. Она! – Второй рукой, в которой было полотенце, указала на даму с высоким пучком на голове и повторила: – Вон из моей спальни!

К чести женщины, она не стала ничего говорить, хотя я прекрасно видела, что ей очень хотелось. Прошмыгнув мимо, она едва прикрыла дверь. Я же с силой потянула за ручку, чтобы у незваной гостьи не было и шанса подслушать.

– Все объяснения потом, – ретировавшись в ванную комнату, крикнула я и принялась одеваться.

Чувствовала себя солдатом, который за десять секунд приводит себя в надлежащий вид. Кстати, а почему мне дают обычную и привычную для меня одежду, а не ту тряпочку, что принимает очертания придуманного в голове наряда? Эринго – кажется, она именно так называлась. Экономят, что ли?

– Что у вас произошло? – выйдя из ванной, спросила у Тамии и присела около девочки, смахивающей слезы.

Тисса дернулась, но обнять себя позволила.

– Это госпожа Улия, гувернантка юной леди, – подала голос служанка.

– Гувернантка? Не сиделка?

– Гувернантка, – со вздохом подтвердила Тисса.

Решила пока промолчать и не задавать вопросов, почему мне о них говорили, как о сиделках.

– Допустим гувернантка, но разве это дает ей право вламываться в мои покои?

– Она хотела забрать меня.

– Много хочет, мало получит, – хмыкнула я.

Ну уж нет, то, что я провела два месяца в бессознательном состоянии, еще не говорит о том, что я не смогу позаботиться о детях. Да, преподавать им я не смогу, однако поделиться теплом сердца вполне в моих силах.

– Тамия, для чего она хотела забрать Тиссу?

– Для утренних процедур, завтрака и занятий.

– Какие занятия? – уточнила, поглаживая девочку по голове.

– Вышивка, вязание…

– И все?

– Да… ведь леди Тисса не может ходить и…

– А что, ноги у нас отвечают за умственную деятельность? Как насчет чтения, правописания? – Я начинала закипать. Что ж за отношение к детям!

Впрочем, на моей родине инвалидов с ограниченными возможностями здоровья тоже не считают за людей.

– Нет, – потупила взор Тамия, – я так не считаю, и поэтому мы с леди Тиссой иногда читали.

– Я читала. – Тисса широко улыбнулась и посетовала: – Тамия плохо знает буквы.

Сразу понятно, кто кого учил и читать, и грамматике. И все же какие они умницы обе!

– Замечательно! – В голове молниеносно созрел план. – Ты будешь учить нас обеих. Тамия, а Кристиан в курсе подобного распорядка дня?

– Не совсем… – Служанка замялась, но своим молчанием я вынудила ее продолжать. – Первые дни леди Тисса отказывалась от всего, госпожа Улия и госпожа Тадель делали попытки заниматься с ней правописанием, но…

– Девочка была слишком огорчена для уроков, – продолжила за Тамию, – и?..

– И обе госпожи перестали следовать первоначальному плану занятий, который предоставили лорду Кристиану.

– Идиотки, – прошипела и глубоко вздохнула.

Нужно досчитать до десяти и успокоиться.

– Тамия, передайте лорду, что мне хотелось бы встретиться с ним, но сначала принесите завтрак нам с леди Тиссой.

– А госпожа Улия? – робко напомнили мне об ожидающей за дверью гувернантке.

– А вот с ней я поговорю сама и сейчас.

– Может, не стоит? – пискнула служанка, видимо, заметив что-то на моем лице.

– Не стоит переживать. – Улыбнулась ей и толкнула двери. – Завтрак.

– Конечно. – Тамия первой вышла из спальни и наткнулась на госпожу Улию, – Простите, я не хотела…

– Тамия! – напомнила, за чем отправила ее, и плотно прикрыла за собой створки.

Посмотрим, что это за фрукт – гувернантка Улия.

– Прошу простить мою оплошность, – начала она слегка скрипучим голосом, – я была уверена, что вы принимаете ванну. И не ожидала встретить сопротивление со стороны своей подопечной.

И замолчала.

«А дальше-то что?» – мысленно хмыкнула я.

– Разрешите представиться, госпожа Улия Таневски, гувернантка леди Тиссы.

Я продолжала хранить молчание. Мое имя она наверняка знала и так, а потому попусту сотрясать воздух не видела смысла. Но меня вдруг посетила догадка.

– Мне известно, что вы являетесь гостьей этого дома, – медленно проговаривая слова, произнесла она, – но позвольте мне выполнять мои обязанности.

– Скажите, какой у вас опыт на должности гувернантки? – отмахнувшись от ее просьбы, спросила я.

– Это моя первая работа в этом качестве. – Женщина удивилась, но виду не подала.

– У вас есть дети?

– Нет.

– Младшие братья или сестры? – продолжила свой допрос.

– Нет, – обескураженно выдавила она.

– Замужем?

– Нет. И не была, – прежде чем затрястись от гнева, ответила госпожа Улия.

«Так и есть! Старая дева!» – глядя на смешно трясущийся пучок волос на голове, подумалось мне.

Впрочем, это еще не приговор. Просто женщина не умеет обращаться с детьми и требует от них поведения взрослого человека. И пусть Тисса порой ведет себя рассудительно и слишком правильно для своего возраста, она все еще остается ребенком.

И пока госпожа Улия не успела наброситься на меня с обвинениями по поводу личных вопросов, которые я не имела права задавать, опешила ее новым:

– Госпожа Тадель тоже не замужем и не имеет детей?

– Да.

– Понятно. – Нахмурилась. – Госпожа Улия, во избежание конфликтных ситуаций, которые обязательно возникнут, если вы и далее продолжите так рьяно следовать своему плану и статусу гувернантки, давайте обговорим правила нахождения леди Тиссы в моем обществе. А именно вашу линию поведения.

И пока та подыскивала достойные слова в ответ, огорошила ее знанием того, что она не следует одобренному Кристианом плану занятий.

– Улучшение моторики рук, несомненно, хорошее дело, но целыми днями вязать и вышивать леди Тисса не должна, согласны?

Видимо, гневная тирада, которая чуть не сорвалась с уст госпожи, встала комом в горле, ибо женщина поперхнулась.

– Я ни в коей мере не умаляю ваших заслуг, уверена, вы были выбраны из немалого числа претендентов, а значит, ваши знания могут пригодиться девочке. Но ни вы, ни вторая гувернантка не представляете, как правильно обращаться с детьми.

– Девочка – леди! – сказала она так, словно это приговор какой-то.

– И она еще ребенок, – припечатала я и закусила губу, чтобы не нагрубить.

– Вы ничего не знаете о традициях нашего мира, иначе бы так не говорили. – Женщина покривилась. – В кругах аристократии принято выдавать дочерей замуж в пятнадцать лет. И леди Тисса уже не является маленьким ребенком.

«Прелестно, просто прелестно», – с интонацией вороны из мультфильма «Возвращение блудного попугая» подумала я. Правда, вслух высказалась иначе.

– Пусть так, – не стала спорить. – Но вы должны понимать, что сейчас, в том положении, в котором находится леди Тисса, в полном объеме научить ее ведению хозяйства и управлению домом, правильному поведению в светском обществе, положенным танцам, – я напрягла память, что там еще леди делают и чему учатся, но так и не вспомнила, – не представляется возможным.

К моему великому облегчению, госпожа Улия согласно покивала моим словам.

– И первоочередной задачей для нас является вернуть леди Тиссе ее здоровье, не так ли?

– Именно поэтому мы следуем предписаниям лекаря, – вдохновлено начала она. – Леди нельзя перенапрягаться, она должна как можно больше лежать, и…

– Все это неверно, – перебила ее. – Для того чтобы ребенок вновь встал на ноги, он должен расти в благоприятном климате. – Видя, что она не понимает, о чем речь, и смотрит в окно, пояснила: – Его нужно избавить от стрессов, страхов, агрессии и принуждения. Больше прогулок на свежем воздухе, массаж тела, чтение…

Интересно, она вообще слышит, что я говорю?

– Вы так хорошо разбираетесь в детях и совершенно ничего не знаете о леди и лордах, – высокопарно начала госпожа Улия. – И то, что подошло бы для крестьянки, недопустимо для аристократов!

– Простите, а что непозволительное я назвала?

– Отношение, – снисходительно пояснила она. – Спрос с сына крестьянина и сына аристократа различен. Знатных отпрысков с детства приучают к ответственности, к власти, управлению вверенной королем территории. Эти дети не имеют права жалеть себя, они знают, в каких семьях родились, а посему…

– Да вы их попросту лишаете детства! – охнула и сжала кулаки. – Как можно научить любить вверенный народ, если они не знают, что такое любовь и доброе отношение?

Меня трясло от гнева. Видите ли, дети жалеть себя не должны. Наверное, еще и дышать нужно через раз и по указке!

Мой эмоциональный выпад сбил Улию с толку. Судя по всему, раньше им не приходило в голову, что доброта и любовь не вкладываются в детей с рождения. Они учатся этому постепенно. А если постоянно держать их в ежовых рукавицах, не факт, что вырастут добродетельные и народолюбивые лорды и леди.

Идиотизм какой-то!

– О дальнейшем воспитании леди Тиссы с вами и вашей коллегой мы поговорим позже, – глядя на то, как Тамия вкатывает в комнату тележку с завтраком, сухо сообщила я. – Приятного аппетита!