По щекам Тамии лились слезы. Говорила она сбивчиво, будто теряла мысль.
– Леди Оксана, спасите моего сына! Я не могу снять заклинание, не коснувшись его. И когда умру я, умрет и малыш. Госпожа, мой ребенок чувствовал всю боль, что испытывала я, когда меня били. Помогите мне, умоляю…
– Но что я могу сделать? – Ее отчаяние передалось и мне.
– Примите мою магию. Я отдам вам свой дар, и Киан будет считать, что это вы его мать.
– Что?
– Он не помнит моего лица, госпожа. Когда его забрали, ему едва исполнилось пять месяцев. Он узнает меня по магии. В ком будет петь моя сила, тот и станет ему матерью. Мне и моим деяниям нет оправдания, но сын… Он ни в чем не виноват.
Обезумевшая от горя женщина пала ниц.
– Умоляю, примите мой дар, спасите моего ребенка.
– Ты знала, что я беременна, когда отравила еду? – Мой голос звучал как будто издалека.
– Вы… что?
– Я носила под сердцем дитя.
Тамия взвыла и принялась рвать на себе волосы.
С огромным усилием удалось прижать девушку к себе. Пусть ее ребенку уже два года, но выглядит она всего лет на восемнадцать.
– Успокойся и рассказывай, что нужно делать, – выдохнула я, надеясь, что никогда не пожалею о принятом решении.
– Госпожа! – Тамия бросилась мне на шею.
Мы обе упали на солому.
– Ох, простите, простите меня.
Девушка помогла мне подняться. Туман перед глазами немного рассеялся, и мне удалось рассмотреть место, в котором мы оказались.
Железные прутья, отрезающие нас от коридора, казалось, шли прямо из потолка. Камера, полностью устланная соломой, была небольшой. Ни отхожего места, ни каких-либо других удобств здесь не было.
– Я проведу ритуал, леди Оксана. Вы должны добровольно согласиться на принятие дара и выпить моей крови. Вам будет плохо, тело начнет меняться, но ваш разум останется ясным. Я расскажу все, что знаю сама, и буду ухаживать за вами, пока меня не заберут на казнь.
– Подожди, – меня напугали ее слова, – а как же Павел, он же сказал, что приведет лекаря.
– Тот мужчина? Он приходит не первый раз, но лекаря еще не приводил. И не приведет, пока я здесь. Он знает, что я буду присматривать за вами.
– Почему? – невольно вырвалось у меня.
– Мой дар, леди. Все дело в нем. Я и сама еще жива благодаря ему. Я носитель светлой магии, леди Оксана. Но ее не хватает, чтобы побороть зло этого мира. Нас осталось мало. – Девушка покачала головой. – А их столь много, что не составило труда поработить Асартан. Все началось давно, меня еще на свете не было. Я родилась, когда рабство являлось нормой, а управляли странами пришлые.
– Кто?
– Люди, родившиеся не в этом мире. Они такие же, как тот мужчина, что приходил. Я чувствую в нем их кровь. Мама рассказывала, что пришлые искали союзников среди тех, в ком пела магия смерти. И однажды они обрели такое могущество, что сумели захватить власть.
– Четырнадцать лет назад?
– Больше века.
– Как-то странно получается. Как потомки рода Саангор могли попасть сюда?
– Мне это неведомо, госпожа. Но позвольте мне начать ритуал. Клянусь, расскажу все, что знаю, но нужно спешить.
– Хорошо.
Мне ничего не оставалось, кроме как согласиться. Хотя да, я боялась.
Тамия ловко уложила меня на спину, сама же присела на корточки рядом.
– Расслабьтесь, пожалуйста. Можете закрыть глаза, вы поймете, когда нужно будет ответить.
Выполнила все, что она просила.
Хотя с расслаблением было туго. Тамия тихо завела какую-то песнь. Слов я не разобрала, но мелодия была грустной. В какой-то момент у меня даже слезы потекли из глаз. Тамия сама мне их утерла.
Сколько продолжалась ее песня? Час, а может, десять минут? Чувство времени меня покинуло. Но момент, когда девушка обратилась ко мне, я не пропустила.
– Сердцем и душой, каплю за каплей я отдаю свой свет. Примете ли вы его?
С трудом открыла глаза.
– Да, – ответила почему-то шепотом.
А следующее действие Тамии заставило меня вздрогнуть от ужаса. Она зубами прокусила вену на запястье. Как у нее это получилось? И как она не кричала от боли?
Дальше рассуждать не получилось. Тамия прижала руку к моим губам и начала вливать свою кровь.
– Не глотайте пока, – прошептала она, – должно наполниться.
Теплая кровь лилась в рот, чувствовался ее металлический, соленый привкус, и меня тошнило только от одной мысли, что это придется глотать.
Девушка завела новую песню, одновременно ловко закрыв мой рот, да еще стукнув по подбородку, и я машинально проглотила ее кровь.
Господи, и как меня не вывернуло от этой гадости? Не знаю. Мир поплыл перед глазами. Я больше не видела Тамию, только слышала мелодичный голос. И вопреки ее уверениям, что мое сознание останется ясным, я банально упала в обморок.
Пробуждение было не из приятных. Тело горело изнутри, но я не могла пошевелиться! Так испугалась, что открыла глаза.
– Не бойтесь, – тут же услышала шепот соседки по камере, – это пройдет. Власть над телом скоро вернется.
Как она поняла, что со мной происходит?
– Свой дар я получила от мамы таким же способом, госпожа, и знаю, что вы чувствуете. Нужно потерпеть. Я верю, что вы все выдержите.
Голос был тусклым, словно она из последних сил вырывала звуки из своего горла. Боже, она умирает?
– Я немного обманула вас, госпожа. Но уверена, что вы меня поймете. Я не доживу до казни. Я умру здесь, и это мой осознанный выбор.
«Твою мать!» – хотела сказать, но язык не подчинялся.
Мысленно я костерила на все лады свою наивность и хитрость Тамии.
– Но в остальном я вам не солгала. У меня хватит сил передать свои знания. Что же касается магии, дар сам поможет вам, вы поймете, как им пользоваться.
Могла бы ответить – ух я бы тебе ответила!
Вместе с этими мыслями новая волна жара прошила тело. Зажмурилась, пережидая боль.
– Вы нужны им живой, потому что иначе они не смогут попасть в мир Аскар. Я стала свидетельницей разговора Эверда, правой руки второго короля, и старшего короля Асартана. Избивал меня Эверд, а вопросы задавал правитель. В Асартане, кстати, восемь королей, но никому из мира Аскар об этом не было известно.
Тамия судорожно вдохнула и медленно выдохнула. Каким-то образом я чувствовала, что у нее кружится голова и почему-то болит сердце.
– Они решили, что от боли я потеряла сознание, а потому не стеснялись делиться при мне мыслями и планами. Много лет они совершали одну и ту же ошибку – убивали спутниц и спутников, с которыми прибывали в Аскар. Тут они просчитались: даже со смертью «платы» магия Аскара изгоняла их из родного мира.
Тамия замолчала. Я бы хотела ее окликнуть, да не могла.
– Они хотят проверить свою теорию, а для этого им нужен хоть один живой человек, прибывший вместе с ходоком на Аскар. Так как лорд Кристиан смог спасти и спрятать остальных, остались только вы.
«Я все равно ни черта не понимаю!»
– Недавно лорд Кристиан похитил уроженца этого мира. Доверенное лицо второго короля, того самого Эверда. Я не знаю, как ему это удалось. Но стражники, которые приносят нам еду, сплетничают не хуже торговок на рынке. Четырнадцать лет назад, когда союзу королей удалось открыть проход в мир Аскар, гильдии во главе с его монархом, приняв иномирцев на свою землю, поставили условие: уроженцы Асартана желанные гости, пока этого хочет король.
У меня внутри будто пружина вытягивалась. Прямо от низа живота к груди. Неприятное ощущение. Отвратительное.
– Три дня назад проход между нашими мирами закрылся. Никто из нас не может попасть в Аскар, но вот вернуться оттуда в Асартан можно.
«Просто чудесно!»
– Они не уверены, будут ли вас спасать, но и такой вариант тоже просчитали. В этом случае их армия хлынет в Аскар. Пока Кристиан будет искать вас в Асартане, в Аскаре доверенные лица во главе с ходоками совершат переворот. Для того чтобы пришлые смогли вернуться в свой мир, король должен позвать их. Нынешний монарх Аскара этого не сделает, поэтому нужен новый. По их замыслу королем должен стать один из ходоков.
Тамия замолчала. Тишина пугала меня. Это длилось слишком долго. Я слышала биение собственного сердца, которое набатом отдавалось в висках.
– Но это только запасной вариант, – с трудом выдохнула девушка. – Их козырь в другом ходоке, который приближен к монарху Аскара. Тот, что не отказался от своей спутницы. Он должен стать новым королем. Госпожа, это все, что мне известно. Я не знаю всех нюансов их плана, но уверена, что пока не истечет год с момента вашего появления в мире Аскар, вас не убьют и не дадут умереть.
Тамия зашлась в кашле. Булькающие звуки поразили – она словно захлебнулась чем-то.
– Госпожа, – позвала хрипло, с надрывом, – не рассказывайте Киану о том, кто его настоящая мать. Я вверяю его в ваши руки и молю всех богов сохранить ваши жизни.
Простите меня, леди Оксана, простите и не таите обиды. Я отняла вашего ребенка, но если бы я только знала, если бы могла повернуть время вспять, никогда бы не сделала этого. Простите меня… и спасибо вам!
Ее голос был настолько тихим и слабым, что последние слова я едва различила. А затем она замолчала.
Досчитав до тысячи и втайне надеясь, что Тамия заговорит вновь, я опять провалилась в беспокойный сон.
Второй раз я очнулась от сильного пинка в живот. Охнула и резко села, чтобы тут же отлететь к стене.
– Пришла в себя? Наконец-то. Я же говорил, что ваш целитель шарлатан!
Открыв глаза, никак не могла понять, где я. Точно не в камере. Здесь стены другие, хотя местечко тоже не номер пятизвездочного отеля.
Каменные стены, яркое освещение и никакой мебели. Хотя нет, что-то за спиной Павла похоже на стул. Большой такой, массивный.
Это же не пыточная?
– Возвращайте в камеру, нечего ей тут прохлаждаться, – рявкнул Павел и сам поднял меня.
Ну как поднял… Схватил за ворот платья. Ткань затрещала, я опять свалилась на пол, больно ударившись копчиком.