– Ммм? – тихо мычит прайм сзади мне в макушку, – Спи ещё... Ночь на дворе.
– Дез, ты что меня укусил? – я разворачиваюсь в его руках и утыкаюсь носом в ключицу. Поднимаю глаза, сталкиваясь с сонным мягко светящимся взглядом.
– Метку поставил, – поправил Дез, – Спи, Ри. К утру заживёт.
– Метку? – повторяю хрипло, – Ты сказал метку???
Я пытаюсь резко встать, вывернуться из его рук. Нет, я понимала, что что-то подобное может произойти, но оказалась не готова к этому. Ещё и потому, что я лишь недавно смирилась с тем, что Дез мне нравится. Только нравится, а не пара на всю оставшуюся жизнь!
Прайм не дает мне подняться, сильнее впечатывает в свою грудь крепким захватом.
– Ну что всполошилась, – ворчит недовольно, – Давай завтра обсудим. Спи.
– Нет, сейчас, – я перестаю дергаться и затихаю, идя на компромисс.
– Ладно, давай сейчас, – вздыхает Дез и ослабевает стальные объятия. Одна рука сползает вниз и рассеянно гладит мой живот, – Ну? Начинай, раз не терпится.
– Ты меня теперь не отпустишь...
Пальцы на моём животе на секунду замирают, а затем вновь чертят узор.
– А ты теперь хочешь уйти, Ри?
Я кусаю щёку. Всё слишком быстро.
– Я...Я не знаю. Да, наверно да...Ты же всё равно останешься праймом, Дез? Верно? Всё равно тебе будет нужна твоя связь? А она пугает меня. Пугает, что я себе не принадлежу. Пугает, что когда-нибудь ты не сдержишься и перегнёшь, и я не смогу остаться прежней. Пугает...
– Я ни за что не причиню тебе вреда, Ри, – отрезает прайм, – Ни за что, понимаешь? Но да, ты права, я останусь праймом и связь останется. И тебе придётся на неё идти. Просто доверься, и ты тоже начнёшь получать от неё удовольствие. Тебе же понравилось в последний раз, на корабле? Только не говори, что не понравилось. Я всё отлично помню...
– И не заливайся теперь стыдом, – добавляет мужчина, ощутив похоже мои эмоции, – Ничего такого в этом нет.
– Я тогда просто помочь хотела. Тебе плохо было... – мямлю смущенно.
– Предлагаешь мне теперь каждый раз делать вид, что я при смерти? – щекотно фыркает прайм мне в ухо.
Я пихаю его в бок, улыбаясь.
– Было бы неплохо...Давай серьёзно.
– Давай, – соглашается Дез, и его голос меняется, становится глубже и глуше, – Я не хочу тебя отпускать, Ри. Ты моя айли. А теперь ещё и стала моей парой. Как я могу этого хотеть? Я вообще не уверен, что смогу без тебя теперь...Не знаю, как будет дальше. Не знаю, как всё это уживётся во мне. Я не ожидал такого, если честно. Но...
Дезире прижимается губами к моей макушке и говорит в волосы едва слышно, щекоча горячим дыханием кожу головы.
– Но, если ты решишь уйти, я отпущу. Потому что обещал. И потому что не хочу заставлять...А теперь давай спать, Ри. У меня завтра сложный день будет.
– А что завтра будет? – сиплю я.
Я настолько ошарашена и одновременно тронута его словами о нас, что хочу их прокрутить в голове ещё раз. Обдумать, пропустить через себя. И только потом может быть вернуться к этому разговору.
– Так, всё. Спи, – уже тихо рычит Дез.
И я, вздохнув, послушно закрываю глаза.
42.
На следующий день Дез с самого утра улетел, забрав с собой Дилана и оставив меня с не слишком дружелюбной Маритой и очень заинтересованным содержанием бара в столовой Гельмутом. Позавтракав в гордом одиночестве, я не придумала ничего лучше, как ознакомиться с окрестностями. Долго бродила по бесконечному пляжу, опасаясь пока забредать вглубь материка. Вернулась на виллу лишь часов через пять, но Дез пока так и не появился. Поела и отправилась гулять дальше. Когда солнце уже стало заваливаться за горизонт, развернулась было к дому, но неожиданно наткнулась на выходящую их тропической чащи кошку. Похоже, не я одна решила заняться исследованием нашего временного убежища.
– Не помешаю? – поинтересовалась девушка, склонив голову набок и с любопытством разглядывая меня.
– Нет, я уже домой, – пожала плечами и нервно повыше одернула воротник футболки.
Свежую метку Марите демонстрировать не хотелось. Самой бы свыкнуться с этой мыслью. Осознать, принять, успокоиться. Тем более, что кошку сложно назвать тактичной.
Поэтому я специально одела майку без рукавов, но с высоким воротом. Повезло, что у Дилана в шкафах оказались женские вещи, которые он разрешил нам брать с Маритой. На вопрос чьи они, он только небрежно отмахнулся и весело хмыкнул, когда кошка обозвала его потаскуном.
– Я готов быть только твоим, дорогая, – протянул в ответ на её шипение он тогда.
– Я тоже домой, – Марита одарила меня непривычно дружелюбной улыбкой и пошла рядом.
Некоторое время мы молчали. Я искоса наблюдала за притихшей кошкой, на лице которой то и дело расцветала загадочная улыбка. Казалось, она глубоко задумалась о чём-то своём. Хотелось поинтересоваться о чём, но шанс нарваться на грубость был слишком велик, и я не стала. Тишину между нами Марита неожиданно нарушила сама, когда мы уже подходили к дому.
– Значит, всё-таки пара... – произнесла тихо кошка, покосившись на мою шею.
Я невольно схватилась за воротник и нахмурилась. Так не видно же! Как она узнала?
– У тебя запах изменился, – пояснила девушка, будто прочтя мои мысли, – И с каждым днём будет меняться всё больше. Яд оборотня уже в крови. Меняет тебя. Подстраивает под него. Я рада...
– Что меняет? Зачем? – я растерялась. Никаких изменений я не чувствовала.
– Чтобы другие оборотни знали, что ты его. Запах слабый конечно, Дез ведь полукровка, но достаточный, чтобы понять, – Марита говорила со мной тихо и ласково, заглядывая в глаза. Это было настолько необычно, что я не знала как реагировать.
– Ты сказала, что рада...Почему? – поинтересовалась осторожно.
Марита мягко рассмеялась.
– Тому, что Дез теперь уже никогда не сможет мне сказать, что в нём ничего от оборотня нет, конечно. Чему же ещё?
Я тоже смеюсь, машинально потирая место укуса. Да, теперь это заявление будет выглядеть по меньшей мере глупо. И мы снова молчим, продолжая путь.
На газоне перед воротами виллы стоит шаттл, и сердце невольно заходится частыми ударами, рассылая волнение по телу. Дез вернулся. Марита тоже как-то сразу напряглась при виде корабля. Взгляд её лихорадочно заблестел. Но скорее всего тому был не брат причиной, а нахальный контрабандист. Спрашивать я конечно не стала.
– Ты тоже моя семья теперь, – шепнула Марита смущенно перед самым входом. Поймала мои пальцы, быстро сжала, и, отпустив, убежала в дом.
***
Зайдя в дом вслед за Маритой, я направляюсь в столовую, где уже раздаются голоса остальных. Застываю на пороге в нерешительности. Утром мы с Дезом не говорили. Я сквозь дрёму услышала, как он уходит. Хотела было узнать куда, но в ответ мне было брошено лишь короткое "спи". И вот сейчас, стоя в дверях, я, нервничая, ловлю его взгляд и пытаюсь понять, как дальше вести себя с ним. Интимность ночи растаяла под солнечными лучами, оставив мне неуверенность и смущение. Дез раскладывает еду из привезенных с собой пакетов в большую морозильную камеру, что-то тихо говоря стоящему рядом Гельмуту. Поворачивается, перехватывая мой вопросительный взгляд. Мягкое свечение в глазах на секунду вспыхивает ярче, лёгкий кивок, и он снова отворачивается и уделяет внимание собеседнику.
Мир словно тускнеет. Прайм такой же холодный, как всегда. Понуро прохожу в столовую и сажусь за стол. Незнаю, чего я ждала от него. Незнаю. Но его равнодушие мне всю душу выворачивает. Марита просит помочь нарезать салат, и я погружаюсь в свои мысли, методично работая ножом.
Весь ужин Дез, сидя напротив, даже не смотрит на меня. Вернее, смотрит, но также, как и на остальных. Ровно, бесстрастно, не выражающим ничего кроме сосредоточенности взглядом. Так же, как на любого, кто в данный момент говорит. А я была настолько подавлена, что вообще не говорила. Поэтому и взглядов светящихся глаз мне доставалось ничтожно мало. В основном болтала Марита.
– Как съездили? Удалось с Кастером договориться? – интересуется кошка, разделываясь с мясом на своей тарелке.
– Да, пятнадцатого ноября он будет здесь с адъютантом верховного и кем-нибудь из оборотней, чтобы они зафиксировали твоё вступление в наследство, – кивает Дез.
– Ты уверен, что твой бесчувственный братец нас не сдаст? Надо было всё-таки к стае обратиться, – кривится она.
Братец? Я поднимаю на Деза удивленный взгляд. А потом вспоминаю, что Китти говорила о нём, об этом Кастере. И что-то неприятное. Точно, она рассказывала, что прайм Кастер Виг любит эмоции боли, мучает своих айли, и мне повезло, что я попала не к нему. Я кошусь на Деза. Может, Марита права, и Дезире зря доверился ему?
– Не сдаст, Марита, – холодно возражает Дез, – То, что он прайм и мы из одного клана, делает его идеальным союзником. Благополучие любого Вига для Кастера на первом месте. Никакой оборотень никогда не перетянет его на свою сторону. А что творится сейчас в твоей стае, Марита, большой вопрос. И сколько именно и кто там крысы Аскольдов мы тоже не знаем. Знаем только, что они точно есть.
Марита на это раздраженно поводит плечами. Щурится, смотря на брата.
– И что он у тебя потребовал за услугу?
– Ничего такого, что я не мог бы дать, – ровно отвечает Дез, показывая, что не желает вдаваться в подробности.
Кошка хмурится и утыкается носом в тарелку.
– Спасибо, что помогаешь, Дезире. Ты не обязан со мной так носиться. От меня беды одни. Беды и хлопоты. Для всех... – вдруг произносит едва слышно срывающимся голосом.
– Обязан и не за что. Ешь, Марита, – отвечает ровно Дез.
За столом повисает неловкая пауза, которую нарушает Дилан.
– Знаешь, кошечка, со мной вот давно никаких бед не происходило. Тоскливо жить. Может на меня своё зеленоглазое внимание переключишь, а? Отстань ты от Вига. Пусть с землянкой своей возится. А я буду с тобой...
Марита нервно смеётся, но тут же приходит в себя, дерзя Дилану в ответ. Атмосфера разряжается, наполняясь их переругиваниями, в которые потихоньку оказываются втяну