— Тогда я не стану танцевать ни с кем из вас! Вы оба ужасно грубы.
Двое мужчин тут же кинули дурачество, подобрались поближе к хохочущей даме.
— Это будет чересчур жестоко с твоей стороны, красоточка. — Сказал Фредерик.
— Ты не поступишь так с нами. — Сказал Лукас.
— Только один танец! — умолял Фредерик.
— И он достанется мне. — Сказал Лукас.
Мужчины опять скрестили взгляды, вынуждая Аннет сморщиться.
— Лукас, ты шибко много думаешь о себе. — Произнесла она. — Считаешь, меня можно купить одним бриллиантовым колье и несколькими кольцами?
— Укажи ручкой в любые камни, богиня. Я притащу тебе их все. — Ответил Лукас.
— Выпросишь деньги у отца, да? — спросил Фредерик.
— В отличие от некоторых нищебродов я могу позволить себе одевать свою девушку в шелка с бриллиантами.
— В отличие от некоторых мажоров я на эти бриллианты зарабатываю сам.
Фыркнув, Аннет нетерпеливо покачала бокалом:
— Мне не интересно глядеть, как вы распускаете хвосты, парни.
— Тогда выбери одного и прогони другого! — вопросил Лукас.
— По крайней мере, на один танец. — Предложил Фредерик.
Молодая дама прищурила глаза, переключая взгляд с одного ухажëра на другого.
— Эм, тогда я выбираю… Фредерика. — Аннет качнула бокалом в сторону тут же растëкшегося в улыбке мужика.
Лукас фыркнул, не скрывая своего гнева.
— А с другой стороны, нет. Я передумала. Я буду танцевать с вами, только для начала у меня будет условие!
Переглянувшись, соперники ощутили, что соревнование пока не завершено.
— Достаньте мне подвеску вон с той люстры. — Лукаво улыбаясь, Аннет ткнула пальцем в потолок.
Лукас и Фредерик вскинули головы, рассматривая предмет интереса женщины.
— Аннет, сокровище Англии, ты ведь понимаешь, что это опасно? — спросил Фредерик.
— А вы, джентльмены, трусы! — Аннет засмеялась, демонстрируя ряд идеально белых зубов.
Сжав кулаки, Лукас продолжал смотреть в потолок:
— И ты обещаешь мне танец?
— Если ты достанешь подвеску? Да, конечно. Я буду танцевать с тобой целый вечер.
Лукас сжал челюсть и решительно зашагал прочь. Фредерик наблюдал за мужчиной со смесью недовольства да озадаченности.
— Аннет, ты не боишься, что Лукас реально полезет на потолок?
— Лукас труслив, Фредерик. Он и подтянуться один раз не сможет.
Музыка струилась над бальным залом, наполняя его сладкой и тягучей атмосферой.
Аннет весело хихикала, болтая о чëм-то с высокой русской женщиной. Вдруг собеседница Аннет вскинув голову к потолку, что-то произнесла. Обернувшись, Аннет увидела… Лукаса. Захватывая выступы потолочных балок, он медленно полз вперëд.
Из толпы раздались испуганные, нервные крики. Музыка затихла.
— Лукас, идиотина, слезай! — Воскликнул Фредерик.
Лукас не ответил. Даже с подобного расстояния было видно, насколько тяжело мужчине даётся этот путь.
— Надо попытаться снять его оттуда! — воскликнула Аннет. Она решила интуитивно аппелировать к чувствам мужчины. — Лукас, сейчас же слезай! Ты пугаешь меня!
Тот лишь с упрямством помотал головой и продолжал ползти вперёд.
— Не могу поверить, он практически добрался… — Сказал Фредерик.
Протянув одну руку, Лукас взялся за цепь, на которой висела люстра…
— Нет! — воскликнула Аннет.
Вторая рука его соскользнула. Лукас полетел вниз…
— Мой отец выжил, однако его позвоночник так и не восстановился. — Произнёс Эдвард. — А Аннет… она даже ни разу не навестила его в клинике. Через три месяца она выскочила замуж за мистера Сильвера. Она познакомилась с ним на том балу и танцевала после того, как папу увезли в клинику. Такая вот история.
Компания Агаты озадаченно притихла.
Рэйчел прижала руки ко рту:
— Это было очень жестоко!
Эдвард скривил губы, грустно усмехаясь:
— Это осталось в прошлом. Для всех. Только… не для папы. — Эдвард вскинул глаза на Агату. Зрачки его были настолько огромны, что практически заполнили радужку. — Отец не сумел отомстить Аннет, пока она жива. Но вот она умерла… А еë наследие живёт. Еë бизнес. И… ты. Папа не может смириться с этим.
— Это угроза? — Спросил Александр.
— Это констатация факта. И я намереваюсь сделать всё, чтобы не допустить непоправимого.
— А тебе какая выгода? — Спросил Сэм.
— Даже если исключить мои эмоции… кому из вас хотелось бы, чтобы ваш папаша стал убийцей?
— Эмоции? — спросила Агата.
Подняв голову, Эдвард избегал еë пристального взора:
— Тебе же понравилось наше свидание в Скансене, да?
Парни и Рэйчел вопросительно возрились на неë.
— Мне… нечего скрывать! — Агата спокойно встретила взгляды своих друзей. — Я правда гуляла с ним, приехав в Скансен. Только… Я думала, что гуляю с твоим братом.
Эдвард смутился, пройдя пятернëй по своим волосам:
— Мне было неловко сказать, что это я. В прошлый раз я говорил много ерунды… Хотел признаться в процессе, только… не сумел.
— И как я могу тебе верить после этого? — спросила Агата.
— Никак. — Спина Александра появилась перед лицом Агаты и перекрыла обзор. — Агата не станет тебе впредь верить, ведь ты — обманчивый слизняк.
Японец встал бок о бок с Александром, окончательно закрывая Агату от Эдварда.
Рука Рэйчел крепко ухватила руку Агаты. Та ласково стиснула руку Рэйчел, наклонясь вперëд.
— Эдвард, видишь, мои защитники не дадут меня обижать. — Сказала она.
— Ведь они смелые и сильные. — Подчеркнул Александр.
— И скромные. — Сказал Сэм.
— Но… — Начал Эдвард.
— Я понимаю, что ты завёл себя в неловкое положение, но пойми и нас. Вокруг творятся странности, что мне сложно доверять малознакомым людям. — Произнесла Агата.
— Я понимаю, что верить мне вам смысла нет. Я был готов к этому. Я не стану уезжать из Швеции, пока ты тут. Мне кажется, мой брат в сговоре с папой хотят навредить тебе. Я сделаю всё, чтобы не допустить подобного. — Сказал Эдвард.
Агата оглядела своих ребят:
— Эдвард, прямо сейчас я хочу забрать свою компанию домой. Им надо поесть, переодеться и поспать. А после… После, возможно, мы возвратимся к этому вопросу.
Эдвард кивнул. Отъезжая с парковки, Агата видела, как внимательно парень глядит вслед еë тачки.
Носком ботинка Ева в задумчивости пинала ножку стула:
— И что ты предлагаешь мне делать?
— Продолжать работать, Ева. А ты уже намереваешься удрать? — спросил в трубке голос Анны.
— Я вообще не желаю принимать участие в твоей авантюре.
— Ты прямо как отец. Всегда ноешь вместо того, чтобы делать дело.
Вспыхнув, Ева опасно и спокойно мурлыкнула:
— Поэтому ты грохнула его? Чтобы меньше ныл?
Несколько секунд в мобильном царило тяжёлое молчание.
Затем спокойный голос Анны Попович отчеканил:
— Я не трогала твоего отца, Ева. Понятия не имею, где он.
Задохнувшись, Ева вытянулась вверх, будто насаженная на кол.
— Но если ты дашь обещание быть хорошей девочкой и завершить это дело… Тогда я дам тебе слово, что мы станем искать его.
— Ты блефуешь.
— Клянусь. Ты сама займëшься поисками. Я дам тебе карт-бланш на любые ресурсы.
Ева устремила в окно невидящий взор, на листву деревьев, беспечно подрагивающую:
— Я сделаю как ты просишь.
— Умничка. Тогда ожидаю от тебя звонка.
В сотовом раздались короткие гудки. Ева опустила руку. Из приоткрытой двери раздавался мерный шелест листьев и хвойных иголок. Где-то пели птицы. Пахло нагретой древесиной и свежей землёй. Ева взялась за спинку стула, размахнулась и со всей силы бросила его в стену. Потом, без оглядки, направилась в лес.
— А твоя мама точно нам обрадуется? — спросила Агата у Александра, когда они ехали в машине.
— Точно нет. — Ответил он.
— Не лги! Агата, не переживай, она обрадуется нашему приезду. — Сказала Рэйчел.
Агата покосилась на мрачного Александра в зеркало заднего обзора. Большую часть пути парень отстранëнно молчал, не отвлекаясь даже на шутки в сторону японца.
“И что Алекса так тревожит?.. Это из-за того, что мы едем к нему домой? Либо из-за похищения? Он злится, что так легко попался? Да и Сэм нем как рыба… ”
Александр вмешался в мысли Агаты:
— На следующей развилке направо и ищи парковку. Дальше поведу я.
— Ты сядешь за руль? — спросила Агата.
Александр улыбнулся неожиданно лукаво и азартно:
— Скорее уж за штурвал. Мы на моей верфи, малышка.
— На нашей, идиотина ты эгоистичная! — воскликнула Рэйчел.
Подыгрывая ей, Александр закатил глаза.
— Тогда я отгоню тачку назад в Стокгольм. — Сказал Сэм.
— Ты не едешь с нами?.. — спросила японца Агата.
— На острове ты будешь в безопасности. А мне надо побеседовать с Гудманом. Да и документы оформить некоторые…
— Сэм, я… буду скучать… — ответила Агата.
Наклонившись вперёд, японец тихо шепнул в ухо девушки:
— И я буду скучать, тенщи. Каждую минуту. Но ты не переживай, ладно? Я уеду ненадолго. Возвращусь сразу, когда получится.
— Маленький Сэмчик у нас самостоятельный, Агата, он сможет отыскать путь обратно. — Сказал Александр.
В зеркало заднего обзора она не глядела, но за спиной раздался смачный шлепок.
— Как грубо. — Ответил Александр.
Агата ощутила, как губы растекаются в усмешке:
“Как приятно, что хоть где-то у нас всё стабильно”.
Кинув багаж в комнате, Агата спустилась на первый этаж особняка матери Александра.
“Если у них отсутствует запасная зубная щётка, то мне что, пальцем зубы чистить? — Она облачилась в кремовую водолазку, заправленную в коричневые брюки. — Куда же удрапал этот швед? ”
— О. Добрый день. — Сказала голубоглазая брюнетка.
Агата остановилась посреди комнаты как вкопанная.
Элегантная женщина вскинула взор по лестнице вверх, затем возвратилась к девушке, улыбнувшись:
— Мисс Агата Харрис, правильно? Меня зовут Оливия Нильсен, я мама Александра.