“Он рядом… он защитит меня…” — И Агата опять погрузилась в сон.
Спустя несколько месяцев.
— Агата, ты готова? — спросила Рэйчел, одетая в чëрное длинное платье.
— Сейчас, секунду, платье лишь надену! — крикнула та из гардеробной комнаты.
— Тогда я жду тебя около тачки.
Кивнув, Агата нервозно перебирала предложенные блондинкой варианты.
“Было бы, с чего нервничать, если подумать…” — Она выбрала платье начальницы, состоящее из тëмного верха с голыми плечами и красной юбки с разрезом, оголявшим ногу. — В любых обстоятельствах нужно выглядеть на все 100 %, Агата. — Снова бегло оглядев своë отражение в зеркале, она помчалась за блондинкой…
Агата выскочила из дома и невольно обернулась. Вот уже неделю она ежедневно глядела на завершённый фасад дома тëтушки. Внутри пока было над чем работать, однако тут, снаружи, всë выглядело как раньше… И сколько бы она ни глядела, глаза всегда наполнялись слезами.
“Мой особняк. Мой. Лишь мой. Я сама восстановила его. — Неэлегантно вытерев носик рукой, она встряхнулась. — Нужно ехать. Меня ждут”.
Особняк глядел в спину девушке, тепло улыбаясь бликами солнца из окон.
Детектив Гудман приветственно улыбнулся, когда Агата вошла в его кабинет.
— Агата, ты, как всегда, пунктуальна. Чаю? — предложил старый детектив.
— Нет, благодарю, комиссар, я тороплюсь. У меня после вас ещё встреча с нотариусом.
Вскинув брови, полицейский понимающе кивнул, пока она усаживалась в кресло перед его столом.
— Я готова.
Усмехнувшись в усы, мужчина протянул ей тонкую папку:
— Делов ты, конечно, наворотила знатно.
Подтянув папку поближе, Агата помрачнела, вздыхая:
— Оливия с Густавом сказали так же, только иными словами.
— Я их понимаю. Шведская полиция намного дотошнее, чем английская, настоящие занозы в… кхм… Впрочем, суд вынес решение. Самооборона, все аппеляции отклонены, поздравляю.
— Спасибо.
— Я вижу, как ты рассыпаешься искорками энтузиазма.
— Детектив, вы ведь понимаете, что я себе этого никогда не прощу. — Тонкий и глубоко спрятанный голос внутри неë усмехнулся в ответ на эту фразу.
— На тебя выпала куча разных испытаний. Однако сейчас всё позади. Строй собственную жизнь и постарайся быть счастливой.
Агата с унынием кивнула.
Старый детектив довольно пошевелил усами:
— Я верю в тебя, девочка.
Поднявшись, Агата стряхнула с себя неприятную тему:
— Спасибо, детектив. За всё. За Сэмюэля. За… это. — Агата постучала одним пальцем по папке, которую прижала к себе.
— Не за что, девочка. Иди уже. Опоздаешь на следующую встречу. — Вальяжно прошагав с ней до двери, Гудман поинтересовался: — Не передумала? Не станешь жалеть?
— Не стану. Это лучшее решение.
Гудман по-дружески похлопал еë по руке, и Агата нежно улыбнулась ему в прощании.
Оставалась ещё одна встреча…
— Мисс Харрис! — воскликнул Энтони, приоткрыв рот от удивления.
— Мистер Харрисон. — Агата подала мужчине руку для пожатия, и он широко улыбнулся.
— Я рад вас видеть. Как продвигается стройка? Чаю или кофе?
Агата помотала головой, отказываясь от чая:
— Фасад закончен. Остались некоторые работы внутри.
— Рад, очень рад. Ваша тëтя вами бы гордилась.
— Именно о ней я и приехала побеседовать.
Навострившись, нотариус тут же принял деловой вид.
— Моя тëтя… была лучшим человеком на земле.
Поморщившись, Энтони раздражённо перебрал руками по столу.
“Если подумать, он знает о делах Аннет гораздо больше, чем я… Неудивительно, что он так скептично морщится”. — Я хочу отказаться от еë наследства, Энтони.
Несколько секунд мужчина внимательно глядел в лицо девушки, ожидая продолжения.
— И… это всё?
— Да, всë.
— И нет объяснений?
— Пока что от этого наследства были только проблемы. У меня есть голова и руки. Я как-нибудь заработаю себе на жизнь.
Откинувшись на спинку кресла в своём кабинете, он удовлетворённо улыбнулся:
— А что бы на это сказала ваша тëтя?
Некоторое время Агата обдумывала вопрос, затем повела плечами:
— Что я идиотка и что я поступаю правильно.
Вдруг засмеявшись, нотариус откинул голову назад:
— Вы превосходно знаете Аннет. — Поднявшись, мужчина подошёл к стене, повозился и открыл дверцу сейфа.
Потом с заговорщической улыбкой протянул девушке конверт. Взяв его, Агата неуверенно посмотрела на Энтони, и под взором одобрения открыла его. Из конверта пахнуло духами. Запахом дерева и дома. Перед глазами еë всë закрутилось, и гостиная поднялась как живая… Среди строчек, выведенных твёрдым почерком тëтушки, Агате послышался еë голос.
“Ты идиотка, что отказываешься от моих денег. И ты поступаешь правильно. Всё лучшее, что ты сделаешь в своей жизни, ты сделаешь собственными руками. Всё худшее, впрочем, тоже. Я верю в тебя, Агата. Ты — моя светлая и нежная девочка. Ты — единственное, что часто удерживало меня на краю пропасти. Если бы не ты, моё сердце умерло бы много лет назад. Если ты читаешь это, значит, меня больше нет в живых. А это означает, что пора сказать тебе спасибо.
Спасибо за то, что я скончалась живой и молодой. Это благодаря тебе. Люблю тебя…”
— … твоя в раю и в аду, тëтя Аннет. — По пальцам Агаты, прижатым ко рту, бежали слëзы. Она вскинула на нотариуса широко раскрытые глаза. — Тëтушка…знала? Но как?
Добродушно усмехнувшись, Энтони повёл плечами:
— Все вы, Харрисы, чуточку чокнутые. Аннет знала, что вы, мисс Агата, не сдадитесь без битвы. Мне кажется, она добавила то условие про замужество просто чтобы дать больше мотивации отказаться от наследства.
— Вот… интриганка! — Рассмеявшись, Агата стряхнула с письма капли слëз.
— В конверте вы найдëте дополнение к завещанию. Там сказано, что в случае отказа от выполнения условий к вам переходит некоторая часть активов. А точнее: земля, сам дом, бизнес и некоторая сумма денег для уплаты налогов. Остальные активные деньги на счетах переходят в фонды благотворительности. Непосредственно вам остаётся лишь довольно маленькая сумма.
— Тëтушка рассчитывала, что я на всë заработаю сама… — С грустью усмехаясь, Агата смотрела на письмо.
— Ага. Аннет всегда в вас верила.
В груди девушки заклокотало, будто старый вулкан завошкался, приподнимая магмовый нарост на своей шапке. Боль от поступков Аннет. Боль от смерти Аннет. Боль от всего, что случилось после.
“Я чересчур много сейчас знаю. Чего я не знаю — как теперь жить со всем этим… и с собой.”
— Ну что ж, давайте займёмся формальностями?
Агата рассеянно кивнула, увлечëнная собственными мыслями.
Несколькими часами позже.
— Так что теперь я беднее церковной мыши! Наливай. — Сказала Агата.
— Я лично знаю несколько десятков людей, которые тебя исколотили бы за подобные слова. — Ответил Эллиа.
— Да я знаю. Просто я сегодня настроилась отказаться от всего да налакаться с горя. Не лишай меня причины налакаться.
— Больше не боишься стрихнина в бокале?
— Ты ведь сам говорил, что я сама себя наказала худшим образом и мстить как-то неприлично. — Развернувшись на барном стуле, Агата всмотрелась в глубину зала. — Кстати… а где Дилан? Я давно не видела его.
Эллиа тоже с деланным равнодушием поглядел за свою спину:
— Я уволил его. Давно уже, пару недель, как.
— Чего… как? Но вы ведь друзья!
— Дружба дружбой, а бизнес — иное дело.
— А что он сделал?
— Ты знаешь… я не знаю. — Эллиа растерянно повёл плечами. Агата выгнула брови. — Он просто стал вести себя странно. Бубнил что-то постоянно. Клиентов пугал. Замкнутый стал и мрачный. Я пытался побеседовать с ним, а он ни в какую. Затем вообще куда-то исчез на полмесяца. Я всё понимаю, он мой друг, однако всему есть пределы. Нужно сказать, он и раньше был странным, но пока отец был с ним, всë было лучше…
— Что? С его папой что-то произошло?
— Лежит в коме. Что-то там у него со старым ранением.
Агата решительно отставила бокал в сторону:
— Так. Я зайду к нему в гости, пожалуй.
Эллиа взволнованно приподнял брови:
— Дождись моего выходного. Либо хотя бы вечера. Пойдём вместе.
— А что, мне опасно идти к нему одной?
— Эм… нет… возможно… я не уверен. Рисковать не хочу.
Отмахнувшись, Агата бодро вскочила со стула:
— Не волнуйся. Ничего со мной не случится.
Спустя минут десять после стучания в дверь дома, Дилан еë открыл:
— Ты?.. Что ты здесь делаешь?
— Ну… привет. Я заглянула узнать, как дела.
Одетый в синие джинсы, серую футболку поверх клетчатой рубашки с длинными рукавами, темнокожий парень ответил:
— Узнала? Ну так и вали.
— Дилан, да что произошло? С каких пор мы враги?
Парнь вдруг гневно ткнул пальцем в грудь девушки:
— Аннет была моей мамой. А ты знала это, так? Знала и помалкивала! А я тоже должен был получить деньги. Что, радуешься сейчас, да? Заграбастала всë себе и довольна!
— Дилан, нет у меня денег, я отказалась от наследства…
— Да кому ты это говоришь! Вон особняк на холме большущий стоит! Ты здесь вся… расфуфыренная. Считаешь меня идиотом, да? Ничего не понимающим? Это всё из-за тебя! Всё!
— Что, и тëтю я прикончила?!
— Ну, пока ты не появилась в Англии, она была жива!
Агата задохнулась от возмущения:
— Дилан, ты не в себе. Иди… выспись, не знаю там. Покушай.
— Это лишь богатые фифы типо тебя могут спать и кушать целый день! А мне нужно работать!
— Могу я чем-нибудь помочь тебе?
Дилан вдруг усмехнулся какой-то некрасивой и плотоядной улыбкой. От неë девушке почему-то стало жутко.
— Дай мне два… нет, три миллиона фунтов, и мы в расчёте. Мне известно, что у тебя имеются такие суммы. Тëтя ворочала большими деньгами…
— Дилан… у меня нет таких сумм! Даже 10000 не отыщется!
Оскалившись, парень практически плюнул на неë:
— Ты обманчивая маленькая тварь. Такая же, как и твоя тëтушка. А сейчас проваливай из моего дома! — И Дилан захлопнул дверь перед лицом Агаты.