а. Дерзость, надо сказать, невиданная. Нарушающая все правила. Ломающая все каноны.
Так дальше Диана и будет жить — нарушая и ломая. «У нее была какая — то мистическая вера в природное чутье, которое вело ее (хорошо или плохо — это уже другой вопрос) через всю жизнь, — напишет значительно позже о Диане ее биограф Сара Бредфорд. — Как она сама признавалась, у нее было постоянное ощущение неизбежности судьбы. Диана чувствовала себя немного отстраненной от других людей, считая себя созданной для какой — то определенной цели».
«Я всегда знала, что здорово отличаюсь от всех остальных. Я ощущала себя какой-то изолированной, обособленной. Я чувствовала, что внутри меня есть что-то такое, что делает меня особенной. Не знаю даже почему».
Первым «казенным домом» Дианы стала частная школа Силфилд в Норфолке.
Местоположение — вот главное преимущество школы. Но, не единственное. Старший Спенсер входил в попечительский совет учебного заведения и знал о его делах все. Поэтому был спокоен за Чарльза и Диану.
Неуравновешенная девочка оставила самое разноречивое впечатление о себе. Кто — то вспоминал ее как грустного тихого ребенка. Кто — то писал в биографических статьях, что воли у этой девочки было не занимать.
Живая, даже шкодливая, мисс Спенсер частенько бывала наказана за свои проделки и шалости. Правда, не исключено, что она хулиганила, чтобы получить наказание — провинившихся в школе заставляли либо ухаживать за цветами в саду, либо бежать кросс вокруг здания. И то, и другое она обожала!
Еще она очень любила плавать. А особенно — танцевать.
Но среди многочисленных рассказов о ее школьной жизни нет ни одного про успехи Дианы в учебе. Увы, тяга к знаниям и способности к наукам — не ее сильные стороны!
«Академические успехи? Забудьте об этом! Другое дело — еда. Я ела и ела. Попросить меня съесть три куска копченой рыбы и шесть буханок хлеба — было одним из самых смешных развлечений в нашей школе».
Диане исполнилось девять лет, и отец решил перевести ее в другую школу, в Ридлсуортс, расположенную в двух часах езды от Парк — Хауса. Это решение привело девочку в отчаяние.
В Силфилде Диана находилась только днем. А ночевала в своем родном доме. А это был интернат. Причем все ее соседки тоже были новичками. Поэтому по ночам из комнат доносился приглушенный подушками рев… Она писала домой горькие письма с просьбой поскорее забрать ее из этого мрачного и неприветливого места.
Но вскоре ученица не просто привыкла к своему новому дому, ей расхотелось уезжать оттуда даже ненадолго. Так ей там стало хорошо! И объяснение этому было очень простое. И опять же не имеющее ни малейшего отношения к тяге к знаниям.
Руководство школы, чтоб хоть как — то скрасить жизнь своих учеников, разрешило привозить с собой домашних питомцев. Диана, например, перебралась сюда вместе с любимой морской свинкой. В результате довольно быстро образовался настоящий живой уголок, в котором Ди проводила почти все свободное время. Она очень любила животных.
Среди ее немногочисленных школьных наград — в основном за плавание и танцы — есть и приз, которым она особенно гордилась. Именовался он так: «Лучшему смотрителю за морскими свинками».
«Если ты меня любишь, ты не оставишь меня здесь».
(Из письма Дианы к отцу)
Что читала будущая принцесса Уэльская? Барбару Картленд. И этим именем ограничивается список любимых авторов Дианы.
Самая «плодовитая» писательница Англии, автор 723 романов, 657 из которых — любовные, родилась в 1901 году и прожила почти девяносто девять лет. В свои самые удачные времена она писала по два романа в месяц. Все они были про прекрасных принцев и милых чистых девушек, в которых эти принцы влюблялись… Ничего вам этот сюжетец не напоминает?
Забегая несколько вперед скажем, что в то время, когда Диана, наконец, познакомилась с «настоящим» принцем, она работала няней у американки Мэри Робертсон. Однажды Мэри обратила внимание, что девушку ничего не интересует, кроме любовных романов Картленд. И работодательница будущей принцессы Уэльской с нескрываемым скептицизмом посоветовала той хотя бы иногда перелистывать газеты. Ту же The Times. Или Daily Telegraph. Чтобы несчастному принцу было о чем поговорить с возлюбленной.
Самое забавное, что не менее скептически отреагировала на известие о маниакальной привязанности к продукции, выходящей из-под ее пера, сама писательница. Будучи весьма неглупой женщиной, Барбара Картленд прокомментировала журналистам сей факт следующим образом: «Она читала только те книги, которые были написаны мной. Что ни говори, но это не лучший выбор».
«В произведениях Барбары Картленд было все, о чем я мечтала больше всего, все, на что я надеялась».
9 июня 1975 года от воспаления легких умер седьмой граф Спенсер. Джонни Элторп, отец Дианы унаследовал титул.
Правда, принимая титул, новый граф должен был покинуть любимый всеми, а особенно детьми Парк — Хаус. И переселиться в родовой замок Элторп.
Особенно был недоволен Чарльз. «Переезд в Элторп можно заслуженно назвать одним из самых неприятных эпизодов в жизни каждого из нас, — вспоминал он позже. — Оказаться выдернутым с любимых мест, лишиться друзей — и все ради того, чтобы поселиться в огромном парке размерами с Монако!».
Диане тоже новое место показалось помпезным и не слишком удобным. Но сознание того, что это «родовое гнездо» смиряло ее с неудобствами.
Она гуляла по его огромным залам, представляя себя. ну конечно, принцессой.
Сосны, прекрасный песок, детские забавы — все это осталось в Норфолке. Но долгожданный титул и родовой замок, полный исторических артефактов и шедевров мирового искусства, превращал в реальность все, даже самые смелые девичьи мечты.
Хотя. Будущая принцесса Уэльская даже не представляла, каким поворотом в жизни чреват переезд в этот уникальный дом. Жизнь в музее обернулась серьезными переменами в семье. И, по мнению детей, далеко не в лучшую сторону.
«Мне было четырнадцать, когда положение нашей семьи вдруг изменилось: отец стал восьмым графом Спенсером, а мы, соответственно, леди Сара, леди Джейн и леди Диана. Я — леди Диана Спенсер!»
14 июля 1977 года Джонни Спенсер женился на Рейн Легги. Он не только не пригласил детей на свадьбу, но даже не сказал им о предстоящем событии ни слова.
Хотя свадьбу никак нельзя было назвать тихой. На бал в Элторп было приглашено более тысячи человек. О шумном событии писали газеты. Из них, собственно, дочери и узнали о произошедших в семье изменениях.
Вернее Диана газет не читала. Она узнала от Сары. Между ними состоялся примерно такой диалог:
— Отец женился на Рейн.
— Боже мой. Нет, этого не может быть! Откуда ты знаешь?
— Об этом написала Express.
Легко представить, какой теплой была первая встреча супругов Спенсер с детьми Джонни. Отец, естественно, чувствовал себя виноватым.
— Мы хотели вам сказать… — начал он нерешительным тоном. Но закончить не успел.
— Папа, но она нам не нравится, — в отчаянии крикнула младшая девочка.
— Это не страшно. Это пройдет. Вы полюбите ее, как полюбил я.
— Мы?! — срываясь на истерику выкрикнула Диана и подбежала к отцу. Тот, решив, что сейчас она заплачет у него на груди, приготовился к объятиям и даже подставил щеку для поцелуя. Но. Неожиданно раздался сильный хлопок. Подскочившая к нему дочь ударила его по этой самой щеке.
Эта пощечина навсегда изменила их отношения. Больше они никогда не станут прежними. Диана так и не смогла, до конца отцовской жизни простить ему предательства.
«То, что говорят человеку, которому говорят все, — лишь половина того, что от него скрывают».
Только вот здоровье Спенсора оставляло желать лучшего. В скором времени с ним случилась настоящая беда.
И в этой беде миссис Спенсер повела себя как истинный борец. Более того — победитель! 19 сентября 1978 года из поместья пришло тревожное известие: у графа Спенсера во время прогулки, произошло обширное кровоизлияние в мозг. Проще говоря — инсульт!
Его, находящегося без сознания, госпитализировали в больницу в Нортхемптоне. Но Рейн такое решение не устроило. Она захотела, чтоб мужа перевели в лучшую в стране специализированную клинику нервных болезней, которая находилась в Лондоне. Подчиняясь ее напору, врачи, дали согласие на то, чтобы Спенсер был перевезен в столицу. И это была первая победа Рейн над болезнью. Первая, но не окончательная. Через четыре недели у него открылась редкая форма бактериальной инфекции, невосприимчивая к обычным антибиотикам. Жизнь больного опять повисла на волоске.
И снова Спенсера спасла железная воля жены. Она узнала, что ученые работают над новым препаратом, который должен справиться с редким недугом ее мужа. Проблема была в том, что лекарство ни разу не было опробовано на людях. Дать его фармацевты согласились при одном условии — если лечащие врачи подпишут официальное согласие на рискованный эксперимент. Понятно, что врачи упирались. Кому хочется брать на себя такую ответственность? Но противостоять лавине по имени Рейн Спенсер они были не в состоянии:
— Лучше уж пусть он умрет от этого лекарства, чем от вашего бездействия! — заявила она эскулапам. Спенсер не умер. Довольно быстро он пошел на поправку и потом долго шутил, что был первым человеком, на котором попробовали новое лекарство, применявшееся до этого только на крысах…
«Нашу мачеху называли Леди, Которая Умеет Добиваться Своего. Она действительно умела, вопреки воспитанию, вопреки немыслимому давлению со стороны своей матери Барбары Картленд, вопреки всему! Ее девиз: «Совершать невозможное!» Она не только умела добиваться, чего хотела, прежде всего она знала, чего хочет!»
Еще до болезни отца четырнадцатилетнюю Диану отправили жить и учиться в Швейцарию.
Но там ей совсем не нравилось.
Педагоги пытались научить ее ведению домашнего хозяйства, кулинарии, шитью. В обязательный набор благородной девицы входил и французский язык, который Диана недолюбливала. Да и на остальных занятиях она сходила с ума от скуки. Она все чаще и чаще просила забрать ее из школы. Девушке хотелось начать самостоятельную жизнь. Она считала себя вполне взрослой и способной на это.