– И рецепт номер два! Сыр рикотта. Если такого у вас нет, просто любой сыр. Посыпьте его корицей и медом. Рядом гроздь винограда. И опять же бокал красного вина. Романтический ужин вам обеспечен.
– Это закуска? – Клавдия все тщательно записывала.
– Ноу! Это тоже десерт. В Италии, как и во Франции, сыр едят на десерт. В вашей стране, к сожалению, нет такого большого выбора. Но вы можете подать сыр с приправами.
Да, и еще! Раз мы говорили про виноград. В Италии есть традиция. Двенадцать ягодок винограда. С боем часов нужно съедать по одной ягодке и важно последнюю успеть съесть в первую секунду Нового года, тогда год пройдет удачно.
– Вот это да! А у нас на бумажке пиши, жги, пепел в бокал, да еще и все выпить нужно. Ленивые вы, это точно, – со вздохом подытожила Ира.
Московские встречи
= 27 =
На следующее утро Марко позвонил первым:
– Хочу сказать тебе огромное спасибо!
– Ой, Марко! Вы, то есть ты… – Юля вспомнила, что вчера все дружно перешли на «ты». – Ты меня опередил!
– Раз опередил, тогда сначала скажу я, а потом ты. Дакордо? Договорились?
– Да!
– Так вот! Мне вчера было очень-очень приятно! Правда! Это правда. Легко и как будто дома. У вас работают такие хорошие люди. Или ты создала такую прекрасную атмосферу. Сердечную и теплую. Я, наверное, много говорил, но мне казалось, что это было интересно. Собственно, я хотел сказать тебе спасибо и спросить, было ли это интересно?
– О, Марко! Грация милле. Большое спасибо! Это было очень интересно. Даже не сомневайся. Все в восторге. И ты прав, вчера все вдруг расслабились и стали самими собой. Я понятно говорю?
– Си! Да! Я понимаю! Они ничего не играли!
– Точно! И это благодаря тебе, твоим рассказам. И еще. Ты очень хорошо поешь. У тебя прекрасный голос! Просто счастье было тебя слушать.
– Спасибо, Юля! Спасибо тебе. Я хотел пригласить тебя посмотреть, как работает моя кухня. Вообще-то я никого не пускаю. Но ты вчера так настойчиво спрашивала про процессы, продукты и рецепты. И просила научить тебя готовить вкусную итальянскую пиццу. Я подумал, может быть, тебе будет интересно?
– А можно? Правда?
Марко тепло расхохотался на другом конце.
– Сорри. Я думал, может, мне показалось. В субботу. Приходи в субботу. Можешь? К девяти утра. В субботу не бывает проверяющих. Вообще-то я не имею права никого пускать на кухню. Следующие выходные – это уже Рождество католическое, а там и Новый год, так что другой возможности в ближайшее время не будет. И я все-все время буду занят. Очень занят. Праздник для людей еще и вкусно поесть. Так ты придешь?
– Да, конечно!
– Тогда «а допо»! До скорого! И спасибо еще раз.
И Марко отключился. Юля посмотрела на часы. Половина восьмого утра. То есть Марко позвонил в семь утра. И даже не извинился, что разбудил. Это надо же. Или он до мозга костей невоспитанный, что непохоже, или так вчера переволновался. Девушка сладко потянулась, не хотелось вставать, хотелось еще немного полежать в кровати и вспомнить чудесный праздник. Ну надо же, он все-таки позвонил. И пригласил ее на субботу. Правда, не на свидание. И что такого? Он пригласил ее в свой дом. Вчера она поняла, что для Марко кухня – больше, чем дом. Так что будем думать, что такое приглашение – лучше, чем просто свидание. Ох, что-то будет. Юля размечталась. С трудом переключилась на день сегодняшний: ей уже нужно собираться на работу. И наконец-то до нее дошло, так рано мужчина позвонил, чтобы застать ее дома. Какой все же «белло»! По-другому не скажешь.
Она все-таки решила набрать Любу. Неважно, что рано, она должна понимать, что ее ждет, сердце было не на месте, ясное дело, без нее Люба не справится.
Люба не спала.
– Ну что?
– Он пришел. Я продаю квартиру. Ну, так случилось. И не ори на меня!
– Это ты кому?
– Это я тебе.
– Так это ты орешь.
– Ты на меня в душе орешь. Я чувствую. Кирилл просто запутался. Эта квартира все равно просто так стояла. Что ж, человеку погибать, что ли? Короче, я продаю квартиру. Если хочешь, можешь мне помочь.
– Я не хочу.
– Тебя и не просили.
Юля хлобыснула трубкой об аппарат. Как обычно. Она же еще и виновата.
Понятно, нужно ехать к родителям. Отпросится на завтра и поедет с утра. Хотя совершенно ясно, мать всегда займет сторону Любы. Но, может, все же еще что-то можно предпринять?
На работе царила расслабленная праздничная атмосфера. Никто не работал, все обсуждали вчерашний праздник.
Посредине менеджерской стояла Ирка, в углу, на своем излюбленном стуле, в позе королевы восседала Клавдия Семеновна.
– Вы видели, какой мужчина? Какой галантный! Как он относится к женщине?
– Показушник, – парировала Клавдия. – Нет, я совершенно не против, выглядит прекрасно. И говорит, а поет, ну просто Лемешев. Но одеколоном надушился, в коридоре пахло. Это зачем все мужчине?
– А чем от мужчины должно пахнуть?
– Так я и говорю, от мужчины, а не из коридора.
– И все-таки правильно мы в белое нарядились. Я, как его увидела, сразу поняла. Правильно!
– А ты, Ирка, вот как поняла? Или мы чего не видели? Может, у него трусы были белые? – Антон был в своем репертуаре. И все были довольны.
– Ну тебя. По его реакции. Он мне кивнул благосклонно.
– Естественно, он такую грудь видел только у Софи Лорен. Посмотрел и утвердил. Мол, принимается! Клавдия Семеновна, но как же вы мужа уговорили к нам прийти?
– А чего? Уж коль приехал раньше срока? Или вам канапе жалко было? Всегда с мужьями и женами приглашают. Вам просто вести некого. Или неохота. Не оторвешься же. При женах.
– А чего он приехал? – не унимался Антон.
– Так почувствовал по голосу, что я все знаю.
– Бедный мужик.
– Чего бедный? Где бедный? Прибежал, хвост поджав: «Клава, Клава». Ну я ему врезала, конечно.
– А он?
– Так и он…
– Прям подрались?
– И что? А иначе как это все разрулить можно было? Выгнать я его была не готова. А так объяснились, и все. Но у него ж еще неделя отпуска.
– А че ж вы его сегодня дома оставили? Опять бы с собой привели.
– На кухне потолок белит.
– Это тоже правильно. Как раз на неделю.
– А я рассчитала.
Юле никто спасибо не говорил, как-то разом все забыли, что чудесный праздник организовала она. Ну да. И Главный же рассказал, что это он повара нашел. Она пошла к себе, включила компьютер. Нужно было проверить почту, разгрести накопившиеся дела, составить план на неделю и постараться выкроить хотя бы один день для отгула. Юля понимала, по-хорошему нужно выкраивать полтора. Если действительно придется продавать квартиру, она должна быть рядом и удостовериться, что продаваться будет действительно та квартира, которая стояла пустая, а не та, в которой сейчас жила Люба.
Она была страшно злая на сестру. Почему такая мягкотелая, бесхребетная? Откуда? Любовь – это прекрасное чувство. Но нельзя приносить себя в жертву. Тем более если эта жертва никак и ничем не оправдана. Иногда нужно раскрыть глаза и увидеть правду. И пусть она будет самая неприглядная. Лучше некрасивую ситуацию увидеть вовремя, а не тогда, когда будет поздно и останется только рвать на себе волосы: как я могла! Еще раз подумала о Клаве. Взяла и подралась. Молодец женщина.
Да, Юля думала сейчас и о себе. Если Люба останется без угла, куда она пойдет? К родителям в деревню? А потом они все вместе к ней, в коммуналку? Прекрасная перспектива.
Юля хорошо зарабатывала, и она старалась откладывать на квартиру, помогать сестре она себе прямо-таки запретила.
Пару лет назад Юля записалась на курс лекций известного психолога. Есть свободное время и куча вопросов к самой себе. Что в ней не так? Почему одна?
Курсы были не из дешевых, занятия по вечерам каждый день по полтора часа. В какой-то момент она поняла, что все это похоже на вербовку в секту и нужно с этих курсов бежать со всех ног, но кое-что полезное она ухватила. У нее была хорошая особенность, она, во-первых, умела выцепить главное и отбросить в сторону ненужное. И, во-вторых, если уж она время свое потратила, то очень важно найти полезный момент. Никогда она не говорила слова «зря». Как часто можно слышать: «Эх, только время зря потратила».
Юля научилась относиться к себе с уважением. Раз потратила, значит, не зря. Или это мероприятие было звеном из какой-то цепочки, про которое она просто еще не знала, или действительно она услышала что-то важное. Например, такой могла быть всего лишь одна фраза из двухчасового разговора. И это немало. Она обожала фразу из любимой «Алисы в Стране чудес»:
«Не грусти, – сказала Алисa. – Рано или поздно все станет понятно, все станет на свои места и выстроится в единую красивую схему, как кружева. Станет понятно, зачем все было нужно, потому что все будет правильно».
Грустила она часто, и слова Алисы просто были необходимы. Тем более, не отдавая себе отчет, Юля жила в легком ожидании. Чего? Она не знала.
Но тот психолог, странный, очень худой мужчина без возраста… И, может быть, без пола: говорил он странно высоким голосом, вел себя жеманно. Он очень верно направлял ее мысли:
– «Возлюби ближнего, как самого себя». Вдумайтесь в эту фразу. Для того, чтобы полюбить кого-то, сначала нужно научиться любить себя. Вот вы, девушка, любите себя?
Психолог подошел к Юле.
– Я? Нет.
– Это чудовищно. То, что вы сейчас сказали. Это чудовищно! Вы должны с этим бороться.
– Как?
– Для этого вы здесь.
Но очень быстро Юля поняла, что сама себя она вполне может полюбить и самостоятельно. При чем здесь это бесполое существо и странные люди вокруг? Но еще один важный совет она услышала про помощь. Сама Юля помощи никогда и ни у кого не просила. Свято верила: все и всегда было в ее руках. Есть какие-то желания, мечты? Иди и делай. Зарабатывай, копи деньги, читай книги, знакомься с нужными людьми. Всегда есть инструменты для решения любых задач. Или тебе это просто не надо. Все очень просто.