— Как выглядели? — почувствовав «толчок» интуиции, напрягся я.
— Кто? — не понял бородатый.
— Отец с детьми? Дети взрослые?
— Ну да. Парень годков под двадцать, девка помладше…
— Описать можешь?
Бородач напрягся, но ничего особо ценного выдать не смог. Так только, всё по-среднему.
— Я нарисовать могу если подождёте. — вызвался еще один, до этого молча наблюдавший за расспросом стражник. Молодой, с маленькими усиками и хитрым, насмешливым взглядом.
— Рисуй. — разрешил я. — Бумага нужна?
— Нет. — мотнул он головой, — обойдёмся…
И выбрав из потухшего кострища уголёк подлиннее, принялся чертить им прямо на воротах.
Рисовал быстро, резкими штрихами, и закончив буквально через минуту, отошёл в сторону.
— Годится?
Конечно с художественной точки зрения портрет был так себе, но оно и рисовалось не для выставки, и главное что он сделал — смог передать характерные черты. Это была сестра Инги.
— Отлично! — похвалил его я, и поковырявшись в кармане, вытащил золотую монету.
— Нарисуешь папашу с сыном, получишь. Идёт?
Стражник кивнул, и так же размашисто изобразил второй портрет, на этот раз какого-то незнакомого мужика.
— Папаша. — объяснил он.
— Хорошо, давай сынка. — поторопил его я, не теряя надежды.
И точно, он ещё не закончил, а я уже знал чья рожа проявляется на двери, и даже особенно не удивился. Это был младший Валиев, не узнать его было бы очень сложно.
Ну что ж, удар подлый, но действенный. Только не совсем понятен смысл, — отомстить за отца? Возможно. Но всё равно странно, тем более в такое время… Или он куда-то торопится?
Наградив «художника» монетой, я двинулся на поиски Ивана, что осложнялось бесконечным людским мельтешением. Народу в замке прибавилось настолько, что в узких местах иной раз и не пройти было. Повлиять на это я не мог, с жильем на внутренней территории было туго, люди располагались прямо под открытым небом «расселяясь» настолько бессистемно, насколько это вообще было возможно. Я уже подумывал о постройке «многоквартирного» дома, но пока только так, гипотетически. Место под застройку имелось, материала тоже хватало, оставалось придумать как это будет выглядеть, ну и построить.
А Ивана я нашёл в «общей» кузнице, он что-то старательно объяснял лохматому мужику.
Коротко обрисовав ситуацию, я попросил его сходить к воротам поглядеть на портрет «папаши», надеясь на то что он сможет его опознать.
— Если так давно уехали, то погоню бесполезно высылать. — сыграв в капитана очевидность денщик остановился напротив «наскальной живописи».
— Это вроде Валиев младший, девка наша… ну в смысле ваша… То есть.
— Это понятно. — перебил я его. — Ты вот на этот портрет погляди, никого не напоминает?
— Да черт его знает… Вроде есть что-то знакомое, но точно не скажу… — сощурившись, дядька Иван подошёл ближе к воротам, потом отошёл, но всё равно только покачал головой — Нет… Не знаю…
Ну что ж, грустно тогда. Для дальнейшего поиска самого знания что убийца именно младший Валиев было явно недостаточно. В отличии от меня, Валиевы крепостью не владели, и с вероятностью на девяносто процентов покинули свою резиденцию на белом кряже. Именно поэтому я и надеялся что мы сможем опознать его сообщника и уже через него как-то найти «логово зверя». А в том что это недоросль и есть самый настоящий зверь, я нисколько не сомневался. Несмотря на внешнюю тщедушность, младшенький обладал недюжинной силой, и вполне мог сломать Инге шею. Была вероятность что это сделал не он, а второй, не узнанный человек, но вряд ли упыреныш отказал себе в этом «удовольствии».
Глава 30
Закончив со стражниками, я поднялся на стену. Солнце уже почти спряталось, жара спала, и со стороны моря ощутимо повеяло прохладой. Мысль о нелогичности произошедшего никак не давала мне покоя. Каким бы идиотом не был младший Валиев, но чтобы так рисковать — проникая в охраняемую крепость, нужен был очень весомый стимул. А Инга, хоть между ними и были «натянутые» отношения, на такой стимул никак не тянула.
— Господин, я тут вспомнил кое-что… — переминаясь с ноги на ногу позади меня стоял тот самый молодой художник с ворот.
— Что же ты вспомнил? — повернулся к нему я.
— Папаша, ну тот, которого я рисовал вам, он того, немой был!
— Немой? Или просто молчал? — уточнил я.
— Мычал только, говорить не мог, всё пальцем тыкал! — ответил стражник.
Не знаю чем могла помочь эта деталь, разве что как примета, но вообще странно получается, тащить с собой немого, — который обязательно привлечет внимание и запомнится, на мой взгляд это совсем чересчур.
— Он слышал что вы говорили ему?
— Вроде да, но видать плохо, потому как не понимал ни черта.
Совсем странно. Если человек глухонемой он вообще ничего не слышит, а если слышит, то и понимать должен. Может он просто не русский? В смысле не росс, и языка не знает? Насколько мне известно старший Валиев на том и погорел что связался с чухонцами, не знаю уж чем они его взяли, но крепость ему нужна была как раз для того чтобы им сдать. — А ведь это идея! Махнув рукой художнику и поблагодарив его, я снова повернулся к уходящему солнцу.
Если предположить что Ингу убили «за компанию», тогда выходит что целью было что-то другое? Но что?
Самым логичным, учитывая что перед ними так и стоит задача взять крепость, будет контур, возможно он и был истинной причиной. Вот только он работает, ничего не изменилось, энергия на прежнем уровне, никаких нарушений нет. Или я просто не вижу?
Следующие полчаса я потратил на осмотр по всей протяжённости периметра, но не нашёл ничего необычного. Всё на месте, никаких следов взлома. Вот только это совсем не факт, возможно что следы умело скрыты, а мне просто не хватает «квалификации» чтобы их разглядеть. И что бы я не сделал, как бы не изгалялся, всё равно ничего не найду. Там ведь, по сути, и не нужно ничего особо сложного, коротенькую вставочку где-нибудь воткнуть, да «запрограммировать» на срабатывание при определённых условиях. Всё просто, и сложность лишь в том чтобы сделать это максимально незаметно, что напрямую зависит от уровня мага. Я же вообще пока не могу считаться магом, хоть и пользуюсь какими-то вещами из магического арсенала.
И как быть? Принять как данность что с контуром всё нормально, или действовать будто что-то не так? Размышлял я в итоге не долго, и руководствуясь слоганом — лучше перебдеть, чем недобдеть, решил провести «штабное» совещание.
Нашёл Ивана и поручив ему собрать сотников в малом зале, прихватил стопочку карт, и направился сразу туда.
Чем хороши каменные строения в жару? — Они не греются. Ни тебе кондиционеров не надо, ни вентиляторов никаких. — Красота!
Вот и в малом зале сейчас было весьма прохладно, если не сказать холодно. Разложив карту на длинном деревянном столе, я подтащил один из расставленных вдоль стены стульев. Из того же набора что и стол, весил он килограмм под пятнадцать, и пока я волок его, немилосердно скрипел, царапая ножками пол. Дотащив, я подставил его к столу, уселся, и склонившись над картой, так и встретил подошедших сотников во главе с Иваном.
Пять человек. Пять умудренных жизнью и опытных воев. Все седые и как один бородатые, они столпились у дверей в ожидании когда я обращу на них внимание.
Я же, не поднимая глаз, разглядывал карту, и размышлял о том стоит ли брать с них клятву, или пока не стоит?
Всё моё общение с этими серьёзными мужиками сводилось лишь к приказам и каким-то коротким разговорам, поэтому составить хоть какое-то представление о них я не мог. Вроде нормальные, исполнительные, трусов и бездарей среди них нет. Но если я хочу по-настоящему доверять им, без клятвы не обойтись. Ведь это сейчас они сотники, невеликая величина, но армия моя растёт, и не за горами тот день когда нужно будет назначать уже тысячника, а может и не одного. Сам я нисколько не сомневался что так и будет, война только началась, а в крепость ежедневно приходят всё новые и новые люди.
— Вы готовы принести клятву? — оторвавшись от созерцания карты, я пристально посмотрел на них.
— Готовы. — без раздумья ответил Волеслав Федорович Тоцкий, самый возрастной и самый могучий из сотников. Высокий и статный, с открытым прямым взглядом, он с самого знакомства смог внушить доверие к себе, а возглавив первую сотню, только укрепил моё мнение.
— Хорошо. — рассаживайтесь. — пригласил я, и дождавшись когда все подтащат стулья и рассядутся, коротко ввёл в курс дела.
Слушали они молча и очень внимательно. А когда я закончил ещё какое-то время безмолвствовали, обдумывая ситуацию.
— Нехорошо это… — наконец заговорил Тоцкий. — Не доброе затевают что-то, к гадалке не ходи…
— Может людей в крепости вербовали? — предположил Никита Шильдин, по чину сотник, но по факту под его началом пока было лишь полсотни кавалеристов. Три десятка «тяжёлых», и двадцать «легких». В дальнейшем я хотел разделить их, ввиду различной тактики ведения боя, но из-за малой численности пока не стал этого делать.
— Всё может быть. — согласился дядька Иван, и чуть «пожевав» губами, добавил, — могли кого-то на измену подбить чтобы ворота в нужный момент открыли…
— А мне кажется не в этом тут дело. — Макарий Владимирович Первухин — купец не в первом поколении казался мне самым рациональным из собравшихся здесь. Имея меньше всех боевого опыта, он командовал «свежими» лучниками, и за те несколько дней что они были под его началом, добился очень хороших результатов. Мало того что дал хороший стимул — устроил соревнования по стрельбе с весьма приятными, денежными призами, так ещё и достал где-то иноземную книжицу откуда черпал кучу полезной информации. И хотя бойцы в его отряде были набраны из тех кто толком ничего не умел, но сейчас, благодаря тому что чуть ли не вся сотня круглосуточно тренировалась, они могли поспорить и с первой, «настоящей» стрелковой сотней.
— А в чем же? — не дождался продолжения Тоцкий.