— Молитесь, чтобы ваша смерть была быстрой! — крикнул второй, чуть повыше и похудее. Он тоже резал метал, но мечом с зазубринами, как у пилы.
Еще двое стояли за ними и тупо наблюдали за вскрытием.
— Сказать что-нибудь пафосное или сделать все быстро? — задумался я на мгновение.
Та пара, что стояла ближе, каким-то чудом обнаружила меня и повернулась.
Видимо, придется выбрать быстрый вариант. Все равно не собирался с ними церемониться.
Болванчик отреагировал мгновенно и пробил головы сразу четырем монголам.
— Ого! А раньше бы ты так не смог! — восхитился я.
Не ожидал от него ТАКОЙ силы. Все же эти ребята могли стать проблемой, если бы я не застал их врасплох.
— Я старался, — ответил детский голос Болванчика у меня в голове.
Все никак не могу привыкнуть к тому, что теперь он может говорить. Жутковато немного, что он секунду назад расправился с четырьмя людьми, а по голосу семилетка…
— Тук-тук, — постучал я по металлической двери.
Она уже держалась на соплях и честном слове и вот-вот сама отвалится, стоит к ней прикоснуться. — Это Михаил Кузнецов, Имперская поддержка прибыла!
Конечно, никто не ответил. Внутри люди думали, что это ловушка.
— Ну ладно, — вздохнул я и Ерхом срезал петли.
Дверь с грохотом упала на пол, а в меня полетели сразу несколько огненных шаров.
Легко увернувшись, я заглянул внутрь. И честно сказать, картина оказалась не самая благоприятная.
Глава 8Вернемся к пальчикам
Александр Сергеевич Пушкин.
Подумать только! Эти твари решили, что человечество способно прогнуться под них? Небывалая наглость, граничащая с глупостью! Даже у хозяина, который отправлял метеориты на Землю, мозгов меньше, чем у курицы. Если конечно у того, кто решил захватить эту планету, есть мозги. Что вообще у этого существа в голове, Пушкин понять не мог. Да и не хотел.
Негодование переросло в возмущение, а возмущение в злость. Пушкин злился на то, что кто-то в здравом уме подумал, что сможет уничтожить человечество.
Александра Сергеевича волновало только время. Полдень давно прошел, а вместе с ним и пик его способностей, но и этого хватит, чтобы показать тварям, что они не правы и стоит перед смертью призадуматься, а не совершили ли они ошибку, решив уничтожить самого Пушкина? Вот же жалкие твари!
У гигантов вместо глаза рог, и Александр решил, что такой трофей будет неплохо смотреться в его резиденции в Якутске.
Пушкин взял с собой добротный меч, который отлично отрубал головы гигантам. Правда, пару раз ему все же прилетело. Появились летающие монстры, похожие на птеродактилей и умеющие стрелять кислотой.
Несколько капель попали на броню и неприятно зашипели, прожигая ткань, которая была простым украшением.
— Ах ты, мерзавка! — зарычал Пушкин и махнул мечом. Пустив сильную воздушную волну, он разрубил птеродактиля пополам.
Так бы и он и продолжал уничтожать монстров в одну калитку, но великаны решили, что пора заканчивать с этой маленькой проблемой, которая одним движением могла убить каждого из них.
Сразу три гиганта встали вместе, и на кончиках их рогов появилась яркая точка. Постепенно она увеличивалась и, достигнув размера ладони гиганта, выпустила луч. То же самое сделали и другие.
Лучи соединились в одной точке, образуя еще один шар, но тот изменил форму и цвет, становясь красным многогранником.
— Ну давай, тварь! — оскалился Пушкин, напитывая тело и доспехи энергией.
Решение принять подобной силы удар вполне очевидно для него. Нет ни одного атакующего заклинания, которого не смог бы выдержать Александр Сергеевич. Его защита абсолютна, как и атаки, как и сила.
Туда же и интеллект, и красота, но сейчас не об этом.
Многогранник, образуемый тремя великанами, становился только больше.
Пушкин сиял так ярко и интенсивно, что мелкие монстры просто сгорали, приближаясь к нему.
И тут один из трех гигантов резко взвыл и завалился назад. Его голова отлетела.
То же самое произошло и с другими.
— Э! Куда⁈ — возмутился Александр, не понимая, что происходит. — Кто посмел⁈
Его возмущению не было предела и, напитав оружие, он зарядил со всей силы по земле.
Огненная волна сожгла ближайших тварей и зацепила несколько гигантов, оставив вокруг Пушкина плавленый песок и магму.
— Воу! Тише-тише здоровяк! — крикнул ему невысокий мужчина с пригорка.
Александр Сергеевич рывком сократил расстояние между ними.
— Ты? — удивился он, наблюдая еще четырех человек за его спиной.
Все они сражались с монстрами и уничтожали их без напряга.
— Здравствуйте, Александр Сергеевич! — помахала плечистая девушка с луком и выстрелила в гиганта.
— Вы что здесь забыли⁈ — взревел Пушкин. — Какого черта вмешивайтесь в мою битву⁈
— Мы пришли на помо…
— ВЫ ВМЕШАЛИСЬ В МОЮ БИТВУ! — энергия начала выходить из его тела большими порциями, корежа землю и плавя все вокруг.
Вновь прибывшим пришлось отступить, чтобы не попасть под его влияние.
— Нас послала Екатерина Петровна, — попытался оправдаться еще один мужчина с косичкой.
— Шавки принцессы! Свалили!
Пушкин не любил в этой жизни три вещи: пенку от молока, когда думают, что сильнее его, и когда вмешиваются в его поединок.
Про последние два знали многие. Про первое только Арина Родионовна, и то она старалась рассказать об этом всем, с кем встречалась.
Группа Екатерины Петровны это знала, но посчитала, что будет хорошим решением помочь Александру Сергеевичу. И сейчас в отсутствие Екатерины Романовой главным был Оскар.
Он осознал, что где-то ошибся, но где?
— У вас пять секунд, чтобы исчезнуть с глаз моих! — казалось, голос Пушкина гремел с небес. — Пять!
— Александр Сергеевич, у нас сообщение от Павла Петровича, — поднял руку Эмиль.
— Четыре.
Группа переглянулась между собой.
— Три!
Аура Пушкина усилилась еще сильнее. Он стал сплошным горящим пятном, появились молнии и языки пламени.
Поняв, что сейчас нет смысла даже пытаться с ним поговорить, группа Екатерины Петровны приняла единственно верное решение. Исчезнуть. И сделали они это так искусно, что Александру Сергеевичу не пришлось досчитывать даже до нуля.
— Еле успели! — выдохнул Лукас, когда они оказались в двух километрах от Пушкина.
— Ну и пошел он, истеричка блин! Чуть не убил нас! — возмутился Якоб и разрубил мечом монстра. — Пошли к Скарабею…
В этот момент в том месте, откуда они только что ретировались, прогремел оглушительный взрыв, и в воздух поднялся дымный гриб.
— А ведь мы могли быть там, — завороженно наблюдая за взрывом, сказала Астрид.
— Чего встали⁈ Вперед! — скомандовал Лукас, указывая на Скарабея. — Сейчас до нас дойдет взрывная волна! Пыли будет очень много! А у меня аллергия на метеоритную пыль…
— Н-да… — тоже наблюдая за увеличивающимся грибом от взрыва, вздохнул Якоб. — Бомбануло у мужика…
Скарабей.
Да, тут все куда плачевнее, чем я представлял.
Внутри увидел графиню Ахматову, которая заслонила собой двух раненых работников Скарабея. Приглядевшись, я узнал в них Ильдара Ивановича, начальника технического отдела, и Игоря Валерьевича, с которым мы штурмовали поселение Угольков.
И оба были в плачевном состоянии — головы перебинтованы, без сознания и, кажется, несколько костей сломаны.
Сама же Евгения Александровна держалась бодрее — по ее взгляду я понял, что она готова сражаться до конца.
— Спокойно! — я поднял руки. — Свои, графиня Ахматова!
Второй атаки не последовало. Она смогла сосредоточиться и прийти в себя.
Лора сделала первичный анализ и показала мне, что женщина была сильно истощена. Ее энергия, не успев восстановиться, уходила на поддержание здоровья товарищей, а сама она частично забила на себя. Некоторые каналы были сильно повреждены, что только усложнило регенерацию и циркуляцию энергии.
— Ты! Ты же тот пацан⁈ — она тяжело дышала и пыталась быстро привести мысли в порядок.
— Да, граф Кузнецов, пришел к вам на помощь, — я зашел внутрь маленького помещения. — Как долго вы тут прячетесь? Что с ними случилось?
— Они первые, кто попытался дать отпор. Я пришла на помощь слишком поздно. Монголы захватили нижние секторы и оттеснили нас от капитанского мостика. Мои люди наверху!
Пока она говорила, я положил по детальке Болванчика на каждого раненого. Пусть лучше он делится энергией, чем она.
Также пришлось провести небольшие восстановительные работы над ними. Спасибо Виолетте, которая показывала мне некоторые фокусы с лекарской магией.
— Кто еще с тобой пришел? — спросила Ахматова. Она сползла по стенке на пол и, наконец, смогла расслабиться.
— Никто, — бросил я через плечо.
— Пипец! — она прикрыла глаза рукой и ненадолго замолчала.
Я же не стал отвлекаться и еще пару минут потратил на то, чтобы подлатать мужчин.
Когда все было готово, я переключился на графиню.
— Так-так-так, дамочка, — Лора сидела рядом и водила по ней стетоскопом. — У вас дела куда хуже, чем у мужчин.
Я ей этого конечно не сказал, просто облегчил немного состояние. С каналами работать будут лекари. Я пока до этого не дорос.
— Надо спасти заложников! — всполошилась женщина. — Мои люди должны быть…
— Спокойно, я знаю, где они, — и незаметно пустил успокаивающие волны по ее телу.
Судя по структуре и рисунку каналов и астральному телу, у нее стояли печати, но не так много, как у меня, естественно.
Эта женщина реально сильная. Даже очень. Но в данной ситуации она для меня обуза.
— Так, послушайте меня внимательно, — я постарался говорить быстро и емко, как того требовала ситуация. — Сейчас вы хватаете ваших друзей и несете к выходу наружу. Там вас встретят мои питомцы. Вы их сразу узнаете. Черные, высокие и с пушками. Они вас не тронут и помогут нести раненых. Сидите и ждите меня под Скарабеем, чтобы не светиться у командирской рубки.