Я бросила на нее самодовольный взгляд:
— Да. Эстелла сделала бы там ремонт, если бы Пип заявил, что хочет жить в Вестсайде. — Эверли понимающе кивнула.
Мы с Дэвидом уже несколько месяцев вели один и тот же спор. Он решил, что нам больше не стоит жить в Колдуотере и надо переехать в новый дом, поближе к его работе. Я нехотя согласилась, хотя любила свой дом и не горела желанием переезжать. Тем более из-за его работы. Но когда коттедж на Малхолланд-драйв выставили на продажу, я изменила свое мнение. Теперь затея с переездом казалась настоящим захватывающим приключением.
Эверли улыбнулась, подошла ко мне и облокотилась о рояль.
— Вот поэтому ты мне и нравишься, — сказала она. — Такой дом мог понравиться только тебе. И только тебе хватит смелости его купить, — она поморщилась и огляделась: — Я бы испугалась. Вспомнила бы фильм «Прорва», — добавила она. Я тоже думала об этом фильме с Томом Хэнксом[12].
— Но в фильме они отремонтировали дом, и получился шедевр, — напомнила я.
— Вот и я о том же, — отвечала Эверли. — Ты не ведаешь страха и не сомневаешься в успехе.
— Ну что тут сказать? У социопатов свои преимущества.
— Кстати, о преимуществах, — Эверли сменила тему. — Мне бы одолжить немного твоего бесстрашия перед сегодняшним концертом.
Эверли и ее группа договорились о еженедельном резидентстве в легендарном клубе «Рокси», и этот концерт был первым из многих. Я решила подстегнуть ажиотаж, вызванный их демозаписью, и позвала на выступление представителей крупных рекорд-лейблов.
Завибрировал телефон — Дэвид прислал сообщение: «Удачи сегодня, дорогая. Жду встречи!»
Я улыбнулась. Дэвиду не нравилось, что я продолжала работать у отца, и я была ему очень благодарна, что он решил поддержать меня и прийти на концерт.
«Спасибо, милый. Я так рада!»
— Это Дэвид? — спросила Эверли. — Он же сегодня придет?
— Конечно, — ответила я и убрала телефон. — Только поедет прямо с работы.
Она покачала головой.
— Никогда не видела, чтобы кто-то столько работал, как твой парень, — произнесла она. — Серьезно, если бы Бен проводил так много времени на работе, я бы заявилась к нему в офис, как Гленн Клоуз в «Роковом влечении»[13].
Бен, парень Эверли, тоже играл в ее группе. Он также являлся ее самоназванным «бизнес-менеджером». Он казался безобидным, но кое-что в нем меня раздражало. Например, мне не нравилось, как он подшучивал над ней, часто в присутствии своих «друзей» — компании постоянно сменявших друг друга людей, мечтавших о карьере в шоу-бизнесе. Он всячески сопротивлялся моим попыткам представить Эверли как независимую артистку и не обращал на нее внимания, если это не касалось группы.
Я закатила глаза при мысли, что кому-то может быть дело до местонахождения Бена, но Эверли истолковала это как неодобрение.
— Не осуждай меня! — рассмеялась она. — Ты же знаешь, какая я ревнивая. Хотела бы я быть похожей на тебя. — Она обхватила меня за шею. — Мой игривый маленький котенок!
— Прекрати. — Я попыталась вырваться. Эверли знала, что я терпеть не могу объятий.
— Но я тоже могу тебя кое-чему научить, — сказала она, — любви и ласке! — Она громко чмокнула меня в щеку. — У нас симметричный симбиоз! — воскликнула она. — Если сложить нас обеих, получится идеальный человек.
Я со смехом вырвалась из ее тисков.
— Хватит с меня на сегодня твоих уроков. — Я посмотрела на часы. — А вообще нам пора. Саундчек через полчаса.
— Точно! — Ее голубые глаза засияли. — Зададим жару!
Вечером я сидела в гримерке «Рокси» и просматривала список гостей. Как ни странно, роль музыкального менеджера идеально мне подходила, хотя по природе я была необщительной. На концертах Эверли я никогда не стояла без дела; у людей не было возможности подойти ко мне и начать длинный разговор. За исключением краткого общения с гостями из музыкального бизнеса, которых я сама пригласила, я постоянно была занята и не смотрела по сторонам. На самом деле на концертах Эверли мне некогда было даже выпить. Лишь примерно за двадцать минут после начала концерта я сбегала наверх, падала на диван и умудрялась немного поспать до начала.
Тем вечером в тесной гримерке было полно народу. Я отложила список и откинула голову на подлокотник дивана. Веки отяжелели от мягкого гула приглушенных голосов.
— Эй, — меня пихнул Тони. Я открыла глаза и улыбнулась. Тони был гастрольным менеджером группы, мне нравились его чувство юмора и располагающая улыбка. — Собираешься проспать все выступление?
— Еще чего, — лукаво проговорила Эверли и подмигнула мне. — Патрик просто любит прятаться.
— Тогда покойся с миром.
Дверь в гримерку распахнулась. На пороге возник неприятный коротышка.
— А вот и я! Можно начинать шоу, — провозгласил он. Это был Дейл, один из приятелей Бена «по бизнесу». Хотя по какому бизнесу, оставалось загадкой. Это был настоящий слизняк, ходячее и говорящее воплощение всех лос-анджелесских клише. Я его не выносила.
— Простите за опоздание, — сказал он и многозначительно почесал нос. — Битый час искал парковочное место. В итоге пришлось бросить машину аж в Уэзерли.
— В Уэзерли? — воскликнул Бен. — Но там парковка только для жильцов. Тебя оштрафуют!
— Патрик, — жалобно проскулил он с таким видом, будто это я виновата в отсутствии парковочных мест, — можешь выдать Дейлу пропуск на бесплатную парковку?
— Конечно. — Я встала с дивана. — Давай ключи, я все устрою. Что у тебя за машина?
Дейл бросил на меня самодовольный взгляд и наклонил голову. На нем была кепка с блестящей металлической эмблемой в виде буквы Z. Он указал на нее и вскинул брови, ожидая моей реакции. Я покачала головой, показывая, что не узнала символа.
— Что это такое? Я без понятия.
— Z, — изумленно ответил Дейл. — «Ниссан Z», ты чего?
— Боже, просто дай Патрик ключи, — вздохнула Эверли. — Хочешь, чтобы тебя оштрафовали?
Дейл ухмыльнулся, полез в карман и достал ключи. Брелок тоже был с большой серебристой буквой Z, и он потряс им у меня перед носом, как фокусник с дешевой ярмарки. С трудом удерживаясь от смеха, я спокойно потянулась за ключами, но он отдернул руку.
— Еще чего, куколка, — он кинул ключи на кофейный столик, — я никому не позволяю трогать свою машину. Но я не откажусь от угощения. — И он посмотрел на меня.
Эверли отшатнулась.
— Дейл, — сказала она, забыв о любезностях, — Патрик не официантка.
Дейл понял, что перегнул палку, выставил перед собой руки и округлил глаза в притворном сожалении:
— О боже! Мне очень жаль!
— Подумаешь, — рявкнул Бен и пробурчал: — А какой еще от нее толк?
— Я вообще-то не против угостить его, — ответила я, обращаясь к Эверли. Я не лукавила. Я была готова сделать что угодно, лишь бы уйти из комнаты.
В кармане завибрировал телефон.
— Вот и Дэвид звонит, — сказала я, посмотрев на экран. — Он, наверно, уже здесь. Пойду схожу за ним.
— И принеси чего-нибудь для Дейла! — крикнул мне в спину Бен.
Я спустилась по лестнице для персонала и направилась к входу в клуб. Телефон в кармане продолжал вибрировать.
— Уже спускаюсь, — ответила я. Я слышала голос Дэвида, но за ревом толпы было невозможно разобрать ни слова. — Все, я выхожу.
Я вышла на улицу и оглядела море лиц, но его нигде не было. «Странно», — подумала я, посмотрела на экран и увидела сообщение: «Застрял на работе. Умоляю, дорогая, прости! Обещаю загладить вину! Веди себя хорошо».
Я резко втянула воздух. Ничего нового, так было много раз. За последние месяцы такие сообщения стали обычным делом. Но почему-то именно в этот вечер это вывело меня из себя. Побелевшими от злости пальцами я сжала в руке телефон. Развернулась на каблуках и пошла обратно.
После концерта я заглянула в гримерку, чтобы поздравить Эверли.
— Ты была великолепна, — сказала я.
Эверли улыбалась, ее лицо разрумянилось от адреналина.
— Хочется отпраздновать! — воскликнула она и схватила меня за руку: — Поехали к Дориану.
Дориан тоже играл в группе и жил в доме на утесе, совсем рядом с клубом — можно было дойти пешком. Обычно после выступлений я с удовольствием ходила к нему с ребятами, но сегодня мне хотелось только одного — скорее поехать домой. Я покачала головой и посмотрела себе под ноги, пытаясь скрыть разочарование.
— Я лучше пойду, — пробормотала я.
Эверли расстроенно на меня посмотрела, считывая мое состояние своим проницательным взглядом:
— Он не пришел, да?
— Да ничего, — безжизненно ответила я.
Она покачала головой.
— Плохо, — сказала она. — Знаешь, я очень люблю Дэвида, но… сегодня он не должен был тебя подводить. И в другие дни — тоже. Это неправильно. — Она взяла меня за руку. — Пойдем, — взмолилась она, — выпьем вина, искупаемся под звездным небом.
У Дориана был бескрайний бассейн. Подумав о нем, я улыбнулась.
— Ладно, зайду на минутку, — согласилась я.
Эверли просияла.
— Ура! — воскликнула она. — Поезжай за нами с Тони. Я только быстро переоденусь. — Она поцеловала меня в щеку и скрылась в ванной комнате. — Дейл уехал с Беном. И ключи забыл.
Я закатила глаза и повернулась к пресловутым ключам от «Ниссана Z», которые так и валялись на кофейном столике. В углу гримерки было распахнуто окно, ветра Санта-Ана врывались в него с силой средневекового войска. Я подошла к окну и просунула голову в узкий проем, бросила взгляд на переулок, где бушевал ветер. В благоговении воззрилась на холмы над моллом «Сансет-Плаза». Ветер невидимой силой сметал все на своем пути. Он стих так же быстро, как налетел, будто остановившись перевести дыхание. Я прислонила голову к оконной раме и растворилась в мимолетном покое. Я знала, что ветер вернется в любую секунду. Как затишье между двумя волнами, его отсутствие было лишь временным. Я подождала, и вскоре щеку ужалил порыв холодного ветра. Я высунула руку за окно и заметила, что температура немного упала. Настала осень.