— Это серьезная тема. Говорю только тебе… а ты сам решай, делиться ли с другими. Мы все были в НИИ «Акустика». Слышал о таком?
Хохолок кивнул.
— Ну, значит… Короче, вот он, Большой, узнал, что НИИ на самом деле для военных разрабатывал секретное оружие. Все, кто этим занимался, исчезли, но остались опытные экземпляры аннигиляторов. Они хранятся в бункере и…
— Че, мать его, за нихиляторы такие? — перебил Хохолок. — «Муху» знаю, «калаш» знаю, анихилятора не знаю!
— Аннигиляторы, интеллектуал ты наш! — повысил голос Большой. — Оружие офигенной разрушительной мощи. Чудо-пушка, наводишь такую на живого человека — пу! — и нету его. Только пыль и остается.
— Немножко радиоактивная, — добавила Яна.
Атила поднял руку, чтобы они замолчали, и продолжил:
— Так вот, они хранятся в бункере, в цоколе здания, и чтоб туда попасть, нужен код. Он у нас есть, а у черных — нету его. Вот они там засели в НИИ и охраняют — сами достать оружие не смогли и теперь боятся, что другие им воспользуются. Мы собрали отряд, думали проникнуть в бункер потайными путями, но нарвались на черных. Все полегли, а компаньон наш, ну и друг хороший, попал в плен. Наверное, сектанты хотят узнать у него код. Хорошо, что мы ему не сказали, — Атила изобразил на лице страдание. И поежился слегка — неудобно ему было так внаглую Хохолка обманывать. Но на карту слишком много поставлено! Цель оправдывает средства, иначе ведь всему конец: и им, и тому же Хохолку со всей бригадой Мирового — сотрутся к чертовой матери вместе с Антизоной. Он снова заговорил: — Мы сектантов тоже изрядно потрепали, осталось их бойцов двадцать… Хрен с ним, с оружием, нам товарища надо выручить. Он мне как брат, понимаешь? Больше, чем брат! Мы с ним столько лиха хлебнули, через столько всего прошли, — Егор мотнул головой. — И теперь он там медленно умирает.
— Под пытками, — едва ли не всхлипнул Мишка.
— Нас ждет, — добавила Яна, пригорюнившись. — Зовет, наверное.
Атила уронил голову на грудь и скорбно замолчал. Выдержал паузу, поднялся и уставился на Хохолка в упор:
— Человека спасти надо. Поможешь? Аннигиляторы себе возьмешь, я скажу код доступа и проведу по подземельям… Так хоть уверен буду: в хороших руках цацки.
Слово опять взял Большой:
— Там помимо аннигиляторов скорчеры, и всякого другого оружия валом.
— О, как. Серьезное дело, но мы не планировали щас дальние походы, — прогудел Хохолок. — Я такое не решаю, это командир должен сказать.
По простецкому широкому лицу, по блестящим глазам было видно, что он уже мысленно держит в руках чудо-пушку аннихилятор и палит из нее по мутантам — а может, и по людям — так, что от тех только пыль остается. Немножко радиоактивная.
— А где командир, кстати? — спросил Атила. — Где Мировой, и вообще — почему никого, кроме вас двоих, не видно?
— Да спит, — махнул рукой Хохолок. — Все хлопцы отсыпаются, кроме нас с Кириллом. Устали мутантов тогда гонять… Короче, мне надо с остальными побазарить. Мирового разбужу, все расскажу, и решим.
— Так проведи меня к нему, я еще раз, — начал Атила и плюхнулся обратно, когда Хохолок слегка подтолкнул его ладонью в грудь. «Слегка» — это означало, что Атилу едва не выбросило из каюты сквозь стену.
— Сиди, бродяга. Командир наш со сна злой бывает, только меня и терпит. Я все ему растолкую, не боись. Тут будьте.
— Ты имей в виду, мы очень спешим, — сказала Яна. — Нам друга надо спасать, поэтому если выходить — то прямо сейчас, не откладывая.
— Это я понял, красава.
Хохолок вылез из каюты. Атила кивнул Большому и громко заговорил:
— Не послушал меня! Больше людей надо на дело брать! Теперь ни хрена нам не достанется.
— А где я тебе их возьму? — вполне натурально обиделся Большой.
— Подождать надо было, подготовиться лучше.
Пока они спорили ни о чем, на палубе затопали, и вскоре в каюту вошел Мировой. Вид у него был помятый, движения неспешные. Они поздоровались, главарь наемников окинул Яну с Большим долгим взглядом и, пока в каюту набивался еще народ, спросил:
— Что за человек у вас остался в НИИ?
— Да ты его не знаешь, точно, — сказал Егор. — Человек как человек, хороший сталкер. Вам он безразличен, а нам… Помогите, короче.
Мировой перебил:
— Допустим, мы тебе поверили, бродяга. Ты хочешь друга спасти… Но пока мы доберемся до НИИ, пройдет несколько суток.
— В двух километрах от баркаса — Пузырь, — возразил Атила. — Такой… стационарный, на одном месте висит. Мы через него пришли и через него вернемся, причем не в гущу боя, а в лес там неподалеку. В лесу туман сильный, из него надо будет выйти к НИИ.
Мировой поглядел на рвущегося в бой Хохолка, на синхронов и качнул головой:
— Нас семеро, да вас двое — мало людей. Хабар хабаром, но мне моя команда дороже.
Из темноты выступил Брюква, потер шрам через все лицо:
— Погоди, командир. Можно отморозков Шатуна нанять. Помнишь, мы им патроны продавали? Они бедствуют сейчас. За ящик патронов голыми руками черных порвут…
Мировой криво усмехнулся:
— Левых — на такую операцию? Уверен?
— Я добазарюсь, — улыбнулся Брюква. — Их двенадцать бойцов.
Мировой задумался, уставившись себе под ноги. Большой переминался на месте. Атила сжал кулаки. Ну же, Мировой! Не будь жлобом!
— Ладно, — согласился, наконец, командир наемников. — Но под твою ответственность.
Брюква кивнул, и Мировой продолжил:
— Если подведут — ты в ответе.
— Так шо, — прогудел Хохолок, — мы болтаем или черных валим?
Мировой хищно улыбнулся, качнулся с пятки на носок и кивнул, косясь на Атилу:
— Ладно, поможем. Но все трофейные стволы нам. Вообще все, понял? Себе только боеприпас, какой в подсумок поместится, возьмете.
— Договорились! — кивнул Большой, прежде чем Егор с Яной успели отреагировать.
— А-а, вот это дело! — загудел Хохолок радостно. — Так че, вооружаемся, хлопцы? Чешите грудь все — идем войной на «Акустику»!
— Брюква, веди людей Шатуна. Остальные — на склад.
В прошлый раз в горячке боя Атила не обратил внимания, сколько добра в трюме «Мурманска». Побольше, чем на ином военном складе будет! Он скосил глаза на Яну: та напоминала подростка перед витриной с игрушками. Да и Большой не лучше — рот от восторга не закрывается, глаза горят. Оба словно в игру опять окунулись: выполнили миссию, получили бонус и все в предвкушении…
Оружие гостям разрешили брать, но с возвратом, учет-контроль проводил белобрысый Кирилл: записывал все, что они выберут, в потрепанную клетчатую тетрадь.
В принципе, трофейного автомата Атиле вполне хватило бы. В конце концов, его основная функция — не истреблять неписей, а спасти Картографа и привести Мирового и его бригаду к аппаратной. Но как удержаться, когда столько всего — и бесплатно?!
Пока Большой и Яна с дотошностью знатоков-покупателей, оказавшихся в заветном магазине, шарились между стеллажами и тщательно подбирали стволы, а насупленный Кирилл метался от одного к другому, чтоб ничего не проморгать, Егор мысленно набросал список самого необходимого.
Не раздумывая, он взял с полки «Грозу» — стрелковый комплекс, оснащенный подствольником и коллиматорным прицелом. Егор однажды модифицировал этот комплекс ради развлечения, упражняясь в читерописательстве, но разработчики «Сталкера» обратили на усовершенствованный автомат внимание и просто-напросто скопировали его изобретение, внедрив в игру — вроде как приняли на вооружение улучшенную версию.
С пистолетами на складе оказалось не густо, поэтому он взял проверенный временем ПМ. Сгреб с полки цинк с патронами для автомата, другой рукой зацепил портплед с гранатами для подствольника и направился к лесенке на палубу, чтобы там разложиться и снарядить магазины, а после подогнать амуницию по росту.
Вскоре и Мишка появился. Он пыхтел и все осматривал себя, крутясь на месте, словно девица перед зеркалом. В разгрузке, обвешанный подсумками с магазинами, с длинными ножнами на боку, где уместился внушительных размеров тесак, Мишка стал похож на штурмовика из «Ворфейса». В руках у него был КСК, комбинированный стрелковый комплекс, куда входили штурмовая винтовка, гранатомет, телеблок-прицел, баллистический вычислитель и лазерный дальномер.
Егор знал: выпущенную из КСК гранату можно подрывать на расстоянии кнопкой по радиосигналу. Сам комплекс весил немало и требовал определенных знаний и навыков, иначе с такой сложной пушкой не справиться, пусть даже в игре. Он уже хотел сказать Мишке, чтобы вернулся и заменил ствол, но на палубе стали появляться люди Мирового, у люка возникла небольшая толкотня, и Егор махнул рукой.
Вскоре наемники разбились на пары, уселись в стороне, вскрыли цинки и тоже принялись снаряжать магазины. Они знали свое дело: взяли только необходимое и унифицированное оружие, то есть одного калибра и под одинаковый патрон, чтобы в бою в случае чего можно дать запасной магазин напарнику, у которого вдруг закончились боеприпасы. У всех за спинами висели штурмовые винтовки «М-4», даже Карим с Асланом их взяли, спрятав привычные им УЗИ в наплечные кобуры.
Из люка донесся звонкий смех Яны и глубокое уханье Хохолка.
Когда девушка показалась на палубе, в руках у нее была немецкая «G-36», оснащенная тонким фонариком, лазерным целеуказателем и оптическим прицелом, на широком армейском ремне висели подсумки с магазинами и контейнеры для артефактов. Следом из люка показался толстый ствол скорчера, затем — улыбающийся Хохолок. Он держал в широкой ладони два цинка, почесывал ими грудь, двигал оружием вверх-вниз, будто игрушкой, и одновременно отпускал комплименты, что явно забавляло Яну.
Понятное дело, комплименты эти были таковыми лишь по мнению Хохолка. Остальных наемников Яна не волновала, они собирались на войну, а к поведению товарища, у которого на лице четко прописано отсутствие каких-либо правильных мыслей, они, похоже, давно привыкли. Ну что с него возьмешь? Хохол на башке отрос, а мозги в башке — нет.