–Что там за дрянь?– прошептал напарник и взял дробовик, стараясь не лязгать и не греметь.
–Чего-то она от нас хочет… Уж не познакомиться ли гастрономически? Кстати, что с боеприпасом?
–Патроны еще не считал,– ответил он все так же шепотом.– Мы в натовцев много стреляли.
–Да уж,– мрачно согласился я и вытащил из рюкзака коробки с патронами.
Две полных – к дробовику, три к винтовкам и еще одна неполная. Пара гранат, пара патронов к гранатомету. При самом лучшем раскладе этого хватит на неделю.
–Негусто,– вздохнул Пригоршня, и в его животе заурчало – съеденного куска хлеба с паштетом было недостаточно.
–Слушай,– вспомнил я,– ты случайно «пламя» не брал? Очень пригодилось бы для обогрева.
–Не-а, это ж дешевка бесполезная, еще и радиоактивная. А жаль. Ночевать как будем?– он кивнул на отверстие внизу.– Сюда может что-то приползти.
–Придется дежурить,– согласился я.
–Кто первый? Мне спать не хочется,– признался Пригоршня.
–Значит, разбудишь.
Дремал я урывками из-за тошноты и холода. Только успел погрузиться в сон – и тут Пригоршня растолкал меня, закутался в спальники и захрапел.
Фонарик я выключил, чтобы экономить заряд, и воцарилась такая темень, что казалось, будто висишь посреди пустоты. Веки слипались, но я боролся со сном. Наверху шлепали и шуршали, некоторое время это помогало держаться в тонусе. Пригоршня храпел волнами, усыпляюще. Я прислонился к стене, положил винтовку на колени и не заметил, как оказался в царстве Морфея.
Глава 2
Снилась мне Энджи – я лежал на лугу и глядел в синее небо, а она… Она сидела рядом, запрокинув голову, потом склонилась надо мной и принялась царапать шею, пытаясь расстегнуть воротник куртки. Остренькие ноготки щекотали, я смеялся и уворачивался…
Пока не проснулся, с ужасом осознав, что на мне сидит нечто крупное, дышит в лицо и пытается добраться до горла. На секунду замерев, я столкнул с себя тварь и придал ей ускорение ногой.
Включил налобный фонарь – луч осветил оскаленную морду с иглами клыков. Тварь заверещала и сиганула в дверной проем, который был в полу.
Пригоршня! Черт, он же всегда спит, как убитый! А если тварь его загрызла, пока я дрых? Метнулся к нему, принялся тормошить, но он не шевелился. Черт! Я потянулся к его сонной артерии, чтоб пощупать пульс, но он схватил меня за руку, уложил на лопатки и прохрипел:
–Обалдел?
–Ты затих, я уж подумал – умер. У нас гости.
Пригоршня включил свой фонарь, свесился вниз и высветил ночного гостя. Тварь скалилась, шипела и отползала от луча. Она напоминала гоблина со склеившимися веками – складчато-зеленая, с вывернутыми в обратную сторону коленями, длинными тощими руками, скошенным черепом, огромными ушами, какие бывают у ночных жителей.
Резцы и коренные зубы у твари отсутствовали, напоминающий присоску язык намекал, что существо питается жидкостью. Вампир?
Выругавшись, я выстрелил в разинутую пасть – создание шмякнулось о пол и застрекотало, повизгивая. Вдалеке отозвались его сородичи.
Издав протяжный возглас, существо испустило дух и мелко затряслось в агонии. Крик подхватили твари снаружи – скорбно взвыли, оплакивая собрата.
–У меня подозрение, что оно – кровосос. Вампир то есть.
–Ну все, не дала выспаться, зар-раза,– проворчал Пригоршня.
Говорить ему о том, что по моей оплошности мы были в шаге от гибели, я не стал.
–Так досыпай, кто тебе мешает?
–Светает,– задумчиво проговорил он.
Действительно: в нижнее помещение просачивалась предрассветная серость.
–План действий какой?– поинтересовался Пригоршня.
–Осматриваем город на предмет наличия телепорта, они тут должны быть в изобилии. Потом идем искать разумных существ, чтобы они запустили телепорт и отправили нас домой. Надеюсь, что это будут люди.
–А если нет?
–Значит, попытаемся наладить контакт.
Пока завтракали бутербродами, рассвело окончательно.
Мы сложили в угол контейнеры с артефактами. Пригоршня пригорюнился и смотрел на них, как на почивших боевых товарищей, даже шляпу снял.
–Не дай жабе побороть себя,– проговорил я и спустился по веревке.
Никита не заставил себя долго ждать. Никто не собирался на нас нападать. Застреленный ночью вампир был мертвее мертвого. Хорошо, дох он, как обычное животное – чеснока, осиновых кольев и серебряных пуль у нас, понятное дело, не было.
Надев рюкзаки, мы пригнулись и вылезли через выдавленное окно. Черные дома-гиганты наступали со всех сторон, подавляя своим мрачным величием. Мы стояли ничтожные и потерянные – микробы на теле мертвого великана. За стеклами, в которых была лишь клубящаяся серость, мне чудились тысячи вампиров. Иллюзия, конечно, ведь днем они спят. Но то, что пожирало их ночью, может и бодрствовать.
Ветер на разные лады гудел в опустевших помещениях, гонял пыль – город будто стонал и жаловался на бесконечное одиночество, на несправедливость судьбы.
–Где искать будем?
–Внутрь этого конгломерата точно не полезем, там вампиры. Возможно, телепорты соединяют это место с разными точками материка, но вот где они стоят… Ладно, давай попробуем пройти через городскую окраину.
На земле стояли массивные кубы-основания, из которых и росли небоскребы. Мы протиснулись между двумя кубами – проулок был совсем узким, скутер впритык проедет, но два человека не разминутся – и оказались на черной площадке между такими же коробками, только повыше. Входа внутрь и тут не наблюдалось.
Ощущение было, как у муравья, заблудившегося в микросхеме. Пригоршня мои мысли словно с языка снял:
–Химик, это построили не люди. Тупо все.
–Ага, не по-человечески,– согласился я.– Не то чтобы тупо, но… Чуждо.
Мы шагали между коробками, я задрал голову: над нами был прозрачный тоннель, соединяющий небоскребы.
–Скорее всего, обитатели города летали на флаерах, которые садились на крыши небоскребов и опускались внутрь. Помнишь, телепорт тоже с крыши открывался?
Часы умерли вместе с ПДА и компасом, а без часов трудно было сказать с уверенностью, сколько времени мы потратили на дорогу через городские кварталы. Пришлось обходить поваленный небоскреб, потом пробираться между другими… ни одного телепорта мы так и не увидели. Но за городом, где взгляду открылась уже привычная равнина и сопки вдалеке, обнаружился круглый холмик, смахивающий на то, что мы искали. Именно с этой стороны, судя по всему, и катилась ударная волна взрыва.
–А если он ведет туда, ну, в эпицентр?– предположил Пригоршня, шагая к телепорту.
–Не обязательно, это же не дорога и не метро. Конечный пункт может быть где угодно.
–А все-таки?
–Ну если так, значит, конечный пункт уничтожен, и мы не попадем никуда. И заодно выясним, что расположение телепортов имеет значение: если он, скажем, на севере, значит, и ведет дальше на север. Хоть и сомневаюсь я в этом, но все возможно.
Издали устройство напоминало земляной холм. Подойдя ближе, мы заметили, что сторона, обращенная к эпицентру взрыва, вогнута и оплавлена. Ступеньки уцелели. Не веря в успех, я взобрался на скошенную верхушку, ступил в середину – туда, где лифт, но механизм не сработал.
Мое место занял более тяжелый Пригоршня, попрыгал – без толку.
–Сломался,– вздохнул он.– Ищем другие? Тогда надо вернуться… Или нет, скорее обойти.
Я согласно кивнул.
Пришлось огибать Черный город по широкой дуге. Пока шли, я отметил, что самочувствие наладилось: уже не тошнило, хотя в ушах еще немного звенело.
Вот и наш телепорт, поврежденный взрывом. На трупах пристреленных упырей пировали черные тонконогие твари размером с кошку. Увидев нас, они запищали и прыснули в стороны.
–Химик, глянь-ка,– радостно проговорил Пригоршня и указал левее: над небоскребом, скрывающим обзор, к небу тянулась полоска дыма.– Огонь! Значит, там люди.
–Не факт. Дым далеко. Вдруг это вулканы? Но в любом случае интересно.
Мы еще немного прошли, и небоскреб больше не закрывал долину с еле заметными сизоватыми сопками. Струйка дыма то исчезала, уносимая ветром, то возникала снова. В сердце поселилась надежда, что там работает огромный завод. Дым, валящий из трубы теплосети, не был бы заметен с такого расстояния. Еще это может быть пожар, но гореть тут особо нечему.
Значит, или доменная печь, или вулкан.
–Здорово, если будет телепорт, и не придется снова плестись по пустоши. Еще и ветер в лицо,– проворчал Пригоршня, протирая слезящиеся глаза.
Город стонал и завывал, словно призраки прошлого умоляли нас остаться, мы же с уверенностью шагали к холму впереди.
–Мне кажется, что это телепорты местного значения,– вслух размышлял я.– Домой через них не попасть, но сократить время путешествия нам вполне по силам.
–А вдруг попасть можно, но мы не знаем как?
–Вряд ли,– ответил я, расчищая лестницу.– В том, нашем самом первом, было Зерно и множество дверей, они и есть ходы в другие миры. Ну, так логично. Зерно – очень важный прибор, без него ничего не получится.
–Не все логичное правильно,– выдал Пригоршня.
С десяток секунд мы топтались вокруг центра верхушки телепорта, не решаясь туда ступить. Слишком много надежд, построенных, по сути, на пустом месте, могут обрушиться, столкнувшись с правдой. Я сделал шаг – лифт сработал, опустив меня в небольшое овальное помещение. Зажглись лампочки: здесь тоже была всего одна дверь. На всякий случай я обошел черные мониторы на стенах, подергал рычаги – вдруг Зерно где-то спрятано, можно его уничтожить и вернуться. Но нет, единственная дверь поползла вверх, открыв взору стальную квадратную комнату два на два метра.
Пригоршня спустился следом, но с лифта не сошел, топтался на месте.
–Что дальше?
–Держи лифт,– распорядился я.– Схожу, посмотрю, куда ведет портал.
–Ты осторожней. Если пропадешь, я ж свихнусь, это, от одиночества.
–Ну, а что ты предлагаешь? В общем, пожелай мне удачи.
Не дожидаясь благословения Пригоршни, я шагнул в помещение. Там подождал, когда дверь за спиной закроется, потянулся к красной кнопке и на пару мгновений задержал руку. А вдруг что-то опять пойдет не так, и нас с Пригоршней отрежет друг от друга? Если подыха