Если некоторые пернатые будут себя прилично вести.
А нет — так приложу, что предыдущее проклятие шуткой покажется! Зря, что ли, столько всего о пакостях прочла? Знания требуют приложения. И если уж препод Тхей недоступен, Ворон тоже сойдет.
Мысли о вредительстве придали храбрости, и когда маг приблизился ко мне, взял за подбородок, вынуждая запрокинуть голову, и проникновенно посмотрел в глаза, я даже не вздрогнула.
— Можно тебя поцеловать? — спросил негромко, медленно поглаживая нежную кожу.
— Н-не уверена…
— Джейла, ты мне еще четыре поцелуя должна!
Я обиженно засопела. Не жених, а кредитор какой-то, честное слово!
Ворон понял, что по-хорошему у нас вряд ли получится, запустил руку мне в волосы и потянулся к губам…
И тут я вспомнила о важном!
— Ко мне Виллин приходил. Три раза.
Романтический запал мгновенно растаял.
— Какого мрака? — прошипел мне в лицо Тахшак.
— Предлагал заложить лича, чтобы он мог его упокоить, а тебя казнить. Или что-то вроде того, я не вдавалась в подробности.
Минуту над холлом висела жутковатая звенящая тишина. Ну, почти тишина. Я слышала удары своего сердца, тиканье часов и как Тахшак тяжело дышит. Он был зол. Не той злостью, которая заставляла разыграться буре в его глазах, а самого Тахшака рычать на своенравную ведьмочку. И даже не той, что обрушилась на меня сегодня в парке, когда Ворон думал, что посягнули на его собственность. Здесь и сейчас было другое. Мужчина казался спокойным, только красивые черты окаменели, а глаза неуловимо посветлели, словно корочкой льда покрылись.
— Убью, — разбило тишину комнаты короткое слово.
И я поняла: так и будет. Не прямо сейчас, но когда-нибудь.
Хотелось дотронуться до него, успокоить, рассказать про амулет, но сначала я не решилась, а потом на лестнице появился лич.
— Прошу прошения, я случайно услышал ваш разговор, — проговорил он, спускаясь. — Джейла, пройди, пожалуйста, в гостиную, там тебе Таш подарок привез.
Требовательный взгляд сработал не хуже тычка в бок. От меня хотели ненадолго избавиться. Само собой, приятного в этом было немного, но я ведь и сама не горела желанием вникать в их явно незаконные дела. Поэтому пошла, куда указал неживой. И даже не прислушивалась, о чем они там вполголоса переговариваются.
Бегло оглядела старинный интерьер, после чего взгляд остановился на коробке, которая дожидалась меня на небольшом столике. Коробка, в отличие от столика, была большая и целиком на него не помешалась. Кто-то заботливо обернул ее в подарочную бумагу и перевязал лентой. А рядом небрежно был брошен букет из пяти кремовых роз.
Тоже мне?
Девичье сердце забилось быстрее от предвкушения.
Я взяла цветы и, зажмурившись, зарылась лицом в бутоны. Тонкий запах заставил немного расслабиться и улыбнуться. Кончиками пальцев коснулась нежных лепестков, скользнула чуть ниже… и сразу же укололась. Вздрогнула. Распахнула глаза и отложила букет.
На указательном пальце выступила большая алая капля.
Цветы под стать самому Тахшаку! Такие же красивые и колючие.
Оглянувшись на дверь, я убедилась, что никто меня не видит, и по-детски слизала капельку. Надеюсь, хотя бы не ядовитые.
Пришла очередь коробки. С внутренним трепетом я потянула за концы лент, те легко поддались. Потом разорвала бумагу и сдвинула крышку. Из груди вырвался изумленный вздох. Подарок меня удивил. Дважды. На самом верху лежала черная карточка размером с две ладони, испещренная серебряными символами. Буквы были мне не знакомы и выглядели так, словно писали их левой рукой, перевернув лист вверх тормашками. Странно, в общем. Но я где-то слышала, будто у демонов принято писать белым по черному.
Через минуту напряженных раздумий с нулевым результатом я отложила карточку в сторону и уставилась на очередное платье. Бальное. Настоящее бальное платье! Потому и коробка такая, чтобы не сильно помялось.
Надо отдать Тахшаку должное, оно было великолепно. Сиреневое с фиолетовым… или наоборот? Этих цветов было поровну. А еще — не слишком пышная юбка, корсаж, дорогая ткань и модный фасон. В таком и в императорском дворце появиться не стыдно.
Не удержавшись, я приложила платье к себе и покружилась.
Но… зачем оно мне? Куда я в таком пойду? Девушка-ведьмочка пребывала в счастливом восторге, а практичную нечисть сильно интересовали эти вопросы.
— Вижу, тебе понравилось, — донеслось от двери.
— Зачем это все? — скрывая восторг, хмуро спросила я.
По губам временного жениха тут же расползлась довольная улыбка.
— Я не могу баловать свою невесту? — Пришлось сверкнуть на него взглядом, чтобы перестал дурачиться. — Ладно-ладно. Завтра мы идем на ужин к отцу. Наденешь его.
— Бальное платье — на ужин?! — Как тут не заподозрить у себя слуховые галлюцинации?
Ворон скорчил страдальческую рожицу и кивнул.
— Поверь, ты понятия не имеешь, что нас ждет! — Ужас в его голосе был не то притворный, не то настоящий — так сразу и не разберешь. — Лучше три раза к демонам смотаться, чем провести вечер в кругу моей семьи.
Зная Стеллу, я не ждала ничего особенного, поэтому сразу решила, что он преувеличивает.
Зачем нужна черная карточка, вредный Ворон так и не объяснил, ограничивался туманными фразами: «подарок моей ведьмочке», «все обзавидуются» и «у демонов узнаешь». Девичье любопытство снедало меня изнутри, а он, знай себе, ухмылялся да отшучивался. У-у-у, так бы и прокляла! Но пока вроде не за что.
Вечер шел своим чередом, и, что самое невероятное, мы как-то умудрились даже не поссориться ни разу. Когда подарки были со всех сторон рассмотрены и уложены обратно в коробку, я изъявила желание осмотреть дом. Тахшак отнекиваться не стал и провел меня по всем комнатам. Только от двустворчатых дверей спальни я шарахнулась, как мелкая бесовка от защитного контура.
Если дом что-то и говорил о хозяине, то только одно — здесь он бывает нечасто. Предметы интерьера под старину, дубовые панели на стенах, картины, мебель — все было не новым и выбиралось явно не самим Тахшаком. Кем-то, кто мог себе позволить потратить на это прорву времени. О личности того, кто живет в этом месте сейчас, говорила фиолетовая спальня, забитая под завязку оружейная и редкие магические предметы, которые попадались на глаза в гостиной и кабинете. Впрочем, это, наверное, больше к личу.
— Почему ты не живешь с семьей? — Вопрос слетел с языка раньше, чем успела одуматься.
— Да большой уже мальчик, — хмыкнул Тахшак.
Недовольства тем, что я преступила некую грань, он не выказал, так что осмелилась еще спросить.
— Чей это дом?
— Мой. — Маг посмотрел на меня как-то странно.
— Нет, не твой, — упрямо мотнула головой, отчего светлые волосы рассыпались по плечам. — То есть по документам, может, и твой, но в энергетике чувствуется отпечаток другого владельца. Кого-то, кто любил это место. Только я не могу понять, мужчина или женщина…
Впервые Ворон посмотрел на меня без превосходства. Даже почти без страстной одержимости. Просто посмотрел.
— Ведьминское чутье? — спросил, явно желая потянуть время.
— Нечисть к таким вещам куда более чувствительна.
Мы как раз спустились в холл. Тахшак взял меня за локоток и провел в кухню, откуда уже доносились головокружительные запахи. Ужинать нам предстояло не в столовой, а здесь, в более уютной атмосфере. Когда же я увидела лича, сосредоточенно помешивающего что-то в кастрюльке, и три тарелки на столе… в общем, этим двоим в очередной раз удалось шокировать ни в чем не повинную ведьмочку.
Тахшак придержал мне стул, помог усесться и как ни в чем не бывало заговорил:
— Дом принадлежал родителям моей матери, я провел здесь детство.
Вот оно что…
— Позже, когда деда с бабкой не стало, — вклинился лич, раскладывая еду по тарелкам, — отец Тахшака дом сдал мне. И я жил здесь, пока Тахшак не вернулся от демонов.
Предстоящий ужин теперь вызывал еще меньше энтузиазма. И хотя отец Ворона мало чем отличался от моей собственной родни, знакомиться с ним расхотелось. Мои хотя бы извести не пытаются, помогают, как могут. Что только Стелла нашла в этом бессердечном чудовище?
— Джейла, не делай такое лицо, — тихонько и совсем невесело рассмеялся Тахшак. — Подобное встречается сплошь и рядом. Для магистра Витера я — ошибка молодости, позор, о котором благополучно забыли бы, родись у него законный наследник.
Умом понимала, Ворон прав, в высших кругах, и не только в них, это встречается часто. Но жалостливое ведьминское сердце не желало и не собиралось ничего понимать.
— Ненавидишь его? — спросила чуть слышно.
— Не его, ситуацию, — равнодушно отозвался Тахшак. — Ешь давай, иначе остынет все.
На тарелках горкой высился рис с золотистыми кусочками мяса, овощами и приправами. Пахло изумительно, но от воспоминания о том, кто готовил, в дрожь бросало. А сам лич преспокойненько занял свое место, наполнил стакан водой, пододвинул к себе тарелку и взялся за приборы.
Глаза так на лоб и полезли. Причем только у меня. Тахшак вел себя так, будто ничего странного не происходит.
— Вы собираетесь есть?! — не выдержала издевательства над тем, что пишут в учебниках по нежитеведению, я.
— А ты бы предпочла, чтобы я попросил испить твоей жизненной силы? — лениво полюбопытствовал господин Шакурей. — Или съел твою магию?
Я поежилась и подавила детское желание спрятаться под столом. Даже нежить из боевых магов получается какая-то неправильная! Хотя Далев просто развлекал себя этой едой. Видимо, так он чувствовал себя чуть более живым.
Ужин совершенно не походил на свидание, и некоторое время спустя я перестала чувствовать себя наивной мышью, которую заманил в ловушку обаятельный хищник — кот. Говорили о разном. Сначала маги пояснили начинающей ведьмочке, что, если убийство совершено с помощью темной магии, а объект приложения оной что-то крепко держит в мире живых, лич может получиться слегка нестандартный. И совсем даже не злобный. Но не успела я усвоить новые знания, как Тахшак напустил на себя строгий вид и потребовал держаться от всей этой истории подальше.