Тахшак приложил палец к губам и осторожно приоткрыл дверь…
Пришлось прикусить щеки изнутри, чтобы не выдать себя восторженным возгласом.
Кася! С недовольным видом, вся раздувшись, она расхаживала взад-вперед по подоконнику и то и дело поглядывала в распахнутое окно, будто ждала чего-то. Крылышки нервно подергивались, что выдавало нетерпение. Я-то ее знаю! И вот ждала она, ходила… а мы с Ташем наблюдали. Пока из темноты звездной ночи не вынырнул совершенно незнакомый фамильяр. Белый, с желтой кисточкой на хвосте и такими же желтыми пушистенькими ушками. В маленькой лапке он сжимал изрядно потрепанную ромашку.
Моя злюка тут же попыталась цапнуть кавалера за ухо. Это она так за опоздание мстит. Но тот ловко увернулся и протянул ей ромашку. Кася просияла и… Дальнейшее скрылось от наших глаз. То есть ответственная фамильяра сначала заглянула в колыбельку, чтобы убедиться, что Вероника спит и в ней не нуждается, а потом уже вернулась на подоконник, домиком приставила свои крылья к крыльям белого, и изнутри этого «шалашика» скоро донеслось довольное сопение.
— Мм… кто-то покраснел? — поддел меня муж.
— Давай не будем им мешать, ладно?
Он закрыл дверь, и мы вернулись к камину. А я вдруг подумала, что обновленной метле, наверное, очень одиноко среди всеобщего счастья… Но ничего, когда в семье столько ведьм, даже старая метла не у дел не останется. Пристроим куда-нибудь.