На кухне готовили что-то привлекательное на вид, похожее на мясную кашу, но мне ее никто не предложил.
В итоге, после небольшого препирательства «куда же девку селить», мне все же выделили одну из гостевых комнат с комментарием «Вдруг господам припрет».
В то, что кое-кому это придет в голову я даже не сомневалась, поэтому после ухода двух кумушек, обсуждавших как меня сильнее травмировать, бросилась к двери. И обнаружила полное отсутствие засова.
Двуспальная… нет… скорее трехспальная кровать, создатель которой страдал гигантизмом. Пустой шкаф. Два комода и кресло со стулом.
Да серое марево за окном. Вот где мне предстояло пережить первую ночь в Хаосе.
— Стеллочка, родненькая, никогда больше не напоминай мне, что я родом из Хаоса, — пропищала Яя, открыв глаз на моем правом плече. — Давай я буду сироткой или немножечко больным животным. Только не хаоситом. Какие же они здесь все страшные. Особенно эта троица. Скала, Лорд и сволочь, которая удавкой мне чуть талию не сделал.
— Ты их что, различать начала? — удивилась я.
— Ой, — сказала яичница, сползла с меня, оставив ощущение незащищенности. Пока она привычно забралась на стену, я ежилась от прохлады. Надо же как за несколько часов можно свыкнуться с удобным меховым «доспехом». К хорошему быстро привыкаешь.
— И правда, — пропищала Яя, — вижу что ли? Надо проверить! Стрелка, сползаю-ка тихонечко, проверю что тут происходит, послушаю.
— Только будь очень и очень осторожна, — попросила я уже пустую стену. Вроде и выросла мой мелаган до больших размеров, а ловкость и скорость передвижения сохранила прежнюю, очень впечатляющую. И мне показалось, перед исчезновением она поменяла цвет. Прямо под сероватый оттенок стены. Удивительно как быстро Яя начала развиваться от постоянного общения, словно ребенок, на которого, наконец-то обратили внимание взрослые.
Дверь вдруг задрожала, и я, вместо того чтобы принять боевую стойку, зачем-то бросилась к открытому пустому шкафу, прятаться…
Тьфу, боец называется. Как собираюсь на Арене драться? За спину противникам забегать? И визгом деморализующим добивать… Все-таки я иногда такая девочка-девочка. А потом неожиданно раскрываю другие свои стороны характера.
Вздохнув, я опасливыми шажками приблизилась к выходу. Но… никто так и не постучал. Странно.
Не успела я вернуться к кровати, как все-же кто-то дернул за ручку. Потом еще и еще раз.
— Девка!
Прямо сердце радуется от местной вежливости.
— Открой. Я твой хозяин.
Слова сопровождались грозным собачьим рычанием.
Уважаемый, я, бывает, сама с собой спорю и разуму не подчиняюсь, а ты надеешься претендовать? А ведь себя я знаю не первый год, каждое утро в одной кровати просыпаюсь, должна уже доверять. Тебе же видела один раз и, поверь, это мало.
— Ты там, девка? Каким образом заперлась, дери тебя?!
Хм. Я опасливо тронула пальцем трясущуюся дверь и присела, чтобы посмотреть в скважину от ключа. Но ее не оказалось. Вообще ни замка, ни запора. Просто ручка, «дернуть и открыть».
Замерла в полной неподвижности, даже дыхание постаралась затаить. Меня тут нет, разве не понятно? Пожалуйста-пожалуйста, не надо сюда ломиться!
Драка назначена на завтра, сегодня я ничего не планирую, не уговаривайте. Я завела глаза под потолок и облизала губы. Несмотря на все старания ритора Сантаны, так и не стала любительницей развлечений, когда по телу молотят кулаками. Просто не мое.
Все эти радости «настоящих мужчин» — улыбки кровавыми ртами после боя, гордые рассказы сколько раз и каким образом получил по печени, заплывшие глаза… Пусть э… шрамы и дальше украшают исключительно мужчин. Бой на Арене я планировала разыграть исключительно на расстоянии и согласилась исключительно из-за радости от встречи с Камачо.
Одного не пойму, почему он не рад… Жаль, пси-контур у меня совершенно иссох, и без свой сумки с эликсирами поиска подтверждения — мой ли это жених, сделать не получится. Похож, но… Мы расстались только вчера, не мог он же так измениться.
Минут пять Акоста пытался прорваться ко мне в комнату, псина его рычала и скребла лапами, а я едва дышала в ожидании: получится у него или нет. Еще полчаса тишины просидела, затаясь и прислушиваясь к каждому звуку из коридора.
Каково же было мое удивление, когда дверь спокойно открылась и внутрь зашел Скала. Челюсть просто упала.
— Зачем ты сюда явилась? — холодно спросил он, глядя сверху вниз.
С его плеч сорвались два темных жгута и обволокли тьмой прямоугольник закрытого дверного проема.
— Усилил немного, — не оборачиваясь на результат, обронил он, продолжая рассматривать мое шокированное лицо. — Акоста показывал чудеса упорства, стараясь прорваться к тебе. Смог повредить защиту, значит — становится все опаснее. Скоро сорвется в Дисс и ослабит Осколок Пейрен. Лорд будет недоволен.
— Да причем здесь Лорд! — сорвалась я, обретя наконец голос.
— Без поддержки Лорда жизни нет, — ровно ответил офицер. — Мигом за край выкинут в бесконечный полет или продадут в рабство свободным тральщикам. Тебя как зовут?
Внутри оборвалось.
Я прекрасно помнила о попадании в Хаос моей мамы и отца Райдена, но сейчас мне отчаянно хотелось встретить именно моего Камачо, а не похожего на него сэра Эктора Камачо.
— Стелла Маккой, здесь назвали Фейка, — с трудом произнесла я помертвевшими губами.
Скала оставался недвижим, даже заледенел еще больше. И следующий его вопрос вбил новый гвоздь в гроб моей надежды.
— Имя Бустаманте тебе ничего не говорит?
— Ритор ГАСа по рунам и начертанию, — убито ответила я.
Вставать с пола не хотелось, вообще ничего пока не хотелось. Поиски придется продолжить дальше, вот только заберу у хамоватого собаколюба свои вещички, сообщу сэру Камачо, что где-то здесь находится его сын и отправлюсь дальше.
— Я студентка ГАСа и всех преподавателей первого курса знаю. Можете не спрашивать, сама перечислю. Глава — Гвидо…
— Сюда с концами или есть план вернуться на Землю? — прервал меня белоголовый.
Хм. Прямой вопрос. Требует прямо карты на стол выложить, а сам ничего не рассказывает, сплошной допрос вместо разговора. Покусав нижнюю губу, я решилась.
Опёрлась на стену и начала подниматься на ноги. Скала даже не попытался джентльменствовать, руки не предложил, шаг ближе не сделал.
— Есть кое-какие идеи для возвращения, плюс на той стороне, в нормальном мире, сейчас ученые активно работают над Порталом и кольцом-нэльеном, работающим линзой для удара щупалец.
Надеюсь, он понимает мои объяснения, потому что сама я во всем этом очень слабо разбираюсь. Я практик, взяла и включила, а секреты технологии для меня темный лес.
— Но сначала я должна найти своего жениха, насколько понимаю, вашего сына — Райдена. Его вчера унесло в Портал.
Офицер Хаоса кивнул каким-то своим мыслям. Опять странная реакция: ни ужаса, ни сомнения. Молчаливая пауза повисла тяжелым грузом, я никак не могла заставить себя поверить, насколько сильно промахнулась.
— Ты не можешь здесь оставаться долго и постарайся не использовать Хаос, иначе обратной дороги не будет, — тяжело сказал он. — Я устрою завтра на Арене условия, при которых ты сможешь победить. После этого включишь свои идеи-секреты или что там у тебя для возвращения и уберешься обратно на Землю. Райденом я займусь сам и, если будет хоть малейшая возможность его вернуть — помогу возвратиться в свой мир. Нет — и тут можно освоиться. Но не женщине, не тебе.
— Плохо мне. Не могу подняться, — хрипло сказала я и протянула руку. — Пси-контур полностью истощился, эликсиры у Акосты, сил вообще нет. Посмотрите, меня даже ноги не держат.
Чуть вздернутый грубым шрамом уголок такой знакомой губы дернулся, и офицер пробормотал:
— Поднимайся сама, я не касаюсь женщин.
— Это хорошо, — сказала я самой себе, — просто отлично.
И в змеином броске кинулась на Скалу, целясь в его ближайшую руку, вцепляясь в нее что было сил.
Моих талантов у Скалы не оказалось, да и не ждал он такого подвоха от стенающей и трясущейся девчонки. Не успел увернуться.
Я ощутила шершавую прохладную ладонь и вскрикнула. По моему открытому хаотическому контуру рванулась сила. Голодная, злая, удушающая. Вздувая черными веревками вены, выжигая холодным огнем, изгибая меня в судорогах.
В комнате взвился высокий, девичий крик, похожий на жалобу, на стон, на радость победы сквозь саднящую глотку.
Я умирала от потока грязной, чужой силы и была при этом счастлива, ощущая как родные руки несут мое неподчиняющееся, агонизирующее тело.
— Не бери все, отдай мне… дурочка… моя дурочка. Любимая.
Хотел скрыться, спрятаться, обмануть меня, отправить обратно. Какие бы ни были причины у тебя, Райден… НИ ЗА ЧТО.
— Как теперь дальше? Больше года я жил только тем, что где-то далеко все хорошо у тебя. И вот ты тут, и держаться больше не за что. Закройся от Хаоса, Маккой, не пускай меня в себя, запрись на все замки… Любимая…
Шепот. Дыхание у виска. Вот глупый. Как может быть у меня хорошо, если его не было со мной. Вцепляюсь ему в шею, тяну к себе, к искусанным губам, к боли и одиночеству. Меня нет без тебя, Камачо. Без тебя я только ищущий, слепо бродящий кусок плоти. Как и ты без меня.
И что бы ни случилось с нами, я всегда буду открыта. В тебе много Хаоса? Вот она я, разделим тьму на двоих.
Я держу его крепко, не даю отодвинуться, вдавливаю пальцы в каменную шею. Ты можешь быть любым… Заболеть, состариться… Ничего не остановит мою любовь к тебе, упрямый человек, мальчишка, мужчина. И ты, и я — это не внешние оболочки, не слетающая шелуха. Мы стержни, единое целое, страдающее по одиночке.
Твердые губы касаются моего рта. Слабо, едва ощутимо, неуверенно. Но сразу становится легче, боль уходит, уплывает безвозвратно, будто и не было. Конвульсии, еще сотрясающие мое тело из-за выжигающих атак могущественной силы, начинают стихать. Словно замерзшее тело обогревают, укутывают теплом.