ак настойчиво и призывно, что он обозлился, только на эту злость ловчая ровно никак не реагировала. Её, кажется, так и не отпустила до конца огненная схватка. Он отвернулся, чтобы поменьше смотреть в ту сторону.
Блейз, зевая, объявил, что отчитываться о проделанной работе будет с утра и, скорее всего, отсутствовать в лагере будет весь день. Маги продемонстрировали остальным ловчим трофей, вызвав серию одобрительных возгласов, не забыли упомянуть о помощи Бретта, смутив его буквально парой хвалебных реплик. Сам он не считал, что сотворил что-то особенное: действовал как все, вкладывая в драку все имеющиеся навыки. В целом, за коротким поздним ужином царила атмосфера расслабленности и веселья, отдыхать расползлись под утро. Первыми сбежали эльф со своей подружкой, но до своего шатра добраться не торопились: сытый и успокоившийся Бретт, пока брёл к себе, увидел целующуюся парочку под деревом. Хмыкнул и прошагал к своему шатру, представляя, с каким наслаждением растянется на мягкой походной постельке, в тишине, чистоте и без хрустящих под подошвами сапог веточек. Горячка схватки давно схлынула, тело жаждало простого отдыха. Он поспешно скинул одежду, и забрался под тонкое одеяло. Как же хорошо!
Дракон пробуждается. Невероятно. Знать бы, как ускорить его появление!.. С этой мыслью и улыбкой на губах Бретт нырнул в сон.
Но почти сразу проснулся от чужого и близкого присутствия. Не враждебного, с ароматом луговых трав и ночного костра. Приподнялся на локтях, острое драконье зрение позволяло свободно видеть каждый предмет внутри шатра. И не только предмет.
– Спишь? – недоверчиво шепнули из темноты.
Бретт подтянулся и сел. Она сидела на коленях рядом с лежаком.
– Что ты здесь забыла, позволь уточнить? – не самым вежливым тоном осведомился он.
– А как ты думаешь? – провокационно улыбнулась Паола.
И подцепила пальцами завязки на горловине своей рубахи.
Пока Бретт сурово сопел и тёр ладонями глаза, красотка расправилась со всеми завязками, невзначай распахнула пошире полы рубашки, под которой ожидаемо ничего не было, и схватилась за пояс кожаных штанов. На этом Бретт отбросил в сторону край одеяла и перехватил своей ладонью проворные пальцы.
– Что я об этом думаю, тебе лучше не знать, ибо ни одного приличного слова у меня на языке сейчас не вертится.
Паола приблизила к нему своё лицо, золото глаз медленно опустилось на его губы.
– Меня устроит и вовсе без слов. Более чем.
Свободной рукой она коснулась оголённого мужского плеча и плавно повела ладонь вниз. Дракон внутри Бретта, разбуженный самую малость, даже не в полсилы, в сотую её часть, тем не менее признавал: эта женщина притягательна и сознаёт свою силу, от неё приятно пахнет, а рыжие кудри, должно быть, мягкие и шелковистые на ощупь. Бретт вывернулся из-под горячей нетерпеливой ладони и поднялся. Под локоть подхватил Паолу и потянул вверх.
– Одевайся, – сухо велел он, отворачиваясь от виднеющейся в распахнутой рубахе полоски кожи. – И на выход.
С полминуты горящие во тьме огненные глаза изучающе смотрели на него, отступившего на шаг и сложившего на груди руки.
– Почему? – просто, безо всякой обиды, спросила Паола. – Я же чувствую… Ты молодой и здоровый мужчина, и тебя не меньше моего завела сегодняшняя схватка. Ты великолепный напарник с отличной реакцией. И я более чем уверена, что ты великолепен не только как напарник.
– Паола, у нас с тобой определённо разный завод, – дёрнул плечом Бретт, даже не улыбнувшись на прозвучавшую лесть. – Я могу сейчас оставаться исключительно в рамках приличий и вколоченного с детства воспитания, отговориться тем, что устал и хочу спать, хотя, раз в тебе тоже драконья кровь, ты не хуже моего знаешь, что мы можем подолгу обходиться без сна. Но я всё-таки устал. И завтра, и послезавтра я тоже буду уставший и желающий просто уснуть в одиночестве. И так, пока тебе не надоест. Но дело не в этом. В бездну приличия. Ты красива и, безусловно, кто-то непременно будет счастлив видеть тебя в своей постели, но мне это не нужно. Я не хочу.
На последних словах он, глядя в глаза Паоле, завязал обратно одну из завязок её рубашки. Ловчая не шевелилась, позволяя ему приводить в порядок свою одежду, а на губах продолжала играть лёгкая улыбка.
– Бретт… Не ври. Я видела, что ты на меня смотришь. И знаю прямо сейчас, чего ты хочешь. Твоё аристократическое благородство прямо здесь и сейчас действительно излишне.
Он выдохнул сквозь сжатые зубы.
– Паола, иди спать. Или домогаться более сговорчивого парня. У меня есть невеста.
Рыжая соблазнительница тряхнула кудрями и тихо рассмеялась.
– Бретт, ну какое это имеет значение! Хоть законная жена! Сейчас её здесь нет, а я – есть. Обещаю, что не стану претендовать на тебя и не создам проблем этой прекрасной девушке. Мне это не нужно.
– А мне не нужна ты, – уже резко бросил Бретт. – Ты оделась?
Паола фыркнула, медленно наклонилась и подобрала сброшенные сапоги. Добрела до выхода из шатра, обернулась. Заправить болтающиеся полы рубахи в штаны и не подумала.
– Когда тебе надоесть игнорировать свои желания – дай знать. Я с удовольствием разделю с тобой ночь. И не одну.
И тенью выскользнула наружу. Бретт добрался до низенького столика рядом с лежаком, нащупал кувшин с водой и щедро плеснул себе в лицо, разбрызгивая по сторонам капли. И заклинанием залепил вход в своё убежище. Довольно с него ночных гостий с непомерным нахальством.
В самом деле, в отряде более десятка мужиков на любой вкус, нет, ей понадобилось заполучить его! Бедный Яннер.
Несмотря ни на что, Бретт проспал добрую часть утра и к позднему завтраку пришёл, когда солнце уже стояло высоко. И не он один проспал долго: следом к столу притопал смурной неразговорчивый Ян и пошатывающийся Вьярхо, ещё бледный, но уже на своих ногах. Зато Паола выглядела расслабленной и довольно щурилась. Сыто, как добравшаяся до сметаны кошка. Кажется, она воспользовалась советом и нашла себе кого-то посговорчивее на эту ночь. Бретт тихо хмыкнул. Не его дело, как развлекается единственная в отряде свободная красотка. Странно, что Блейз не настолько строго требует дисциплины со своих людей: ведь из-за женщины можно преспокойно переругаться и неизвестно, как это скажется на дальнейших вылазках за нечистью.
Этот день объявили выходным для всех, кроме самого предводителя ловчих: Блейзу предстояло предоставить властям отчёт о выполненной работе и получить вознаграждение. Он покинул лагерь пару часов назад, когда половина ловчих ещё досматривала сны.
– Сначала в Талир, а после его ждёт королевский секретарь, – зевнул Яннер, отвечая на вопрос Бретта.
Они пили чудесный травяной отвар, приготовленный Чесноком. Вопреки бесконечным подколкам, добродушный повар в питьё чеснока не добавлял, но горькая нотка в кружке Бретта ощущалась. На лучившуюся Паолу приятель старался не смотреть, не столько пил, сколько болтал отвар в своей кружке.
– Где ждёт? – не понял Бретт.
– В столице. Блейз по некоторым заказам обязательно отчитывается во дворце. Что ты так смотришь? Он же хороший портальщик, успеет одним днём и в то захолустье, и в Оренсу.
Бретт отпил ещё отвара, переваривая новые подробности. Их ехидный, иногда напоминающий шута командир с лицом шкодливого мальчишки вот так запросто прыгает в королевский дворец? Отряд Блейза не был единственным в Лирдарии, за тем, чтобы на дорогах и в лесах было спокойно, следило в общей сложности несколько десятков ловчих, но Бретту не приходило в голову, что команда, в которую приняли его, служит самому королю. В подписанном им договоре значилось лишь имя Блейза Овьена. Впрочем, почему нет? Может, Блейз умеет себя вести в присутствии монарших особ и хотя бы там не паясничает.
Паола, надо отдать ей должное, оставила его в покое. Надолго ли, оставалось только гадать, но до конца дня Бретт сталкивался с ней лишь во время трапез.
Блейз вернулся вечером, когда на ещё светлеющем небу начали зажигаться первые робкие звёзды.
Первым делом он взлохматил аккуратно приглаженные белые пряди и сбросил с плеч белый с серебром мундир, разом избавившись от налёта строгой официальности. Что чёрный, что белый цвет делали светлую кожу Блейза ещё бледнее, а из-за цвета глаз казалось, что под глазами залегли тени, но улыбался он бодро и весьма довольно.
Не отказал себе в удовольствии в красках расписать момент передачи трофея талирским магам, проморгавшим появление бертава рядом с их городком.
– Всех участвовавших в поимке нашей кошачьей твари жду у себя в шатре через четверть часа, – подытожил Блейз, пряча зевок в кулак. – Расписаться в получении награды.
– Новое задание есть? – спросил Дайнэм.
– А то как же! Этим лето мы нарасхват, – ухмыльнулся Блейз, подцепил за ворот бело-серебряную красоту и ушёл переодеваться.
Бретт заглянул последним, получил несколько золотых монет и похвалу за их с Паолой слаженную работу.
– Из вас выйдут неплохие напарники. Схожая магия, да ещё и одной расы – приятно наблюдать, насколько хорошо вы понимаете друг друга.
Бретт неторопливо убрал деньги в карман.
– Меня вполне устраивает работа в команде, без персонального напарника, – возразил он.
Блейз аккуратно убрал листы ведомости в папку и завязал изрядно похудевший кошель с золотом. Поднял на Бретта глаза, в которых плясали весёлые демонята.
– Но?.. Тебя что-то смущает?
Жаловаться ему на развязное поведение рыжей девицы? На покушение на свою честь?
– Всё нормально, – заверил Бретт. – А дракон из меня так себе: ни одного оборота за всю жизнь. И… те первые внешние признаки… они тоже никогда прежде не проявлялись.
– Зато инстинкты на месте. Это я оплошал: не признал в тебе не человека. А дракон, мне кажется, проснётся рано или поздно. Первые признаки уже есть, так что жди.
Бретт против воли благодарно улыбнулся. Выходя из шатра, зацепился взглядом за нарядный мундир, небрежно брошенный в угол. Интересно, а самого Блейза Паола тоже успела одарить своим вниманием? Бретт вытряхнул лишнюю мысль из головы, а на выходе почти налетел на Яннера. Сумрачное выражение здорово портило его веснушчатое, но приятное лицо, влажные после мытья волосы, не стянутые в этот раз в хвостик, потеряли золотистое свечение.