яла бы, что он ничего не понимает в красоте. Но все это лишь глупые мечты.
Любуясь детской, я не сразу заметила подошедшего ко мне Вадима.
– Извини, случайно сюда забрела.
Вадим лишь пожал плечами.
– Ничего, я почему-то ожидал тебя здесь найти. Вот, держи. – Вадим протянул мне папку с договором. Теперь можно было возвращаться на работу, но я почему-то не торопилась прощаться и продолжала стоять на месте.
– Красиво. – Я обвела комнату взглядом. – И игрушек на детский магазин. Наверное, лет на десять хватит.
– У моего сына должно быть все самое лучшее, – ответил Вадим. – Хочешь, покажу фотографию?
Сердце бешено забилось в каком-то непонятном предчувствии.
Вадим открыл на телефоне фотографию и протянул мне. Я дрожащими пальцами взяла его в руки. На экране был изображен очаровательный кареглазый пухлощекий карапуз в ярком синем комбинезоне.
Я испытала странное разочарование. Малыш совсем не походил на мою дочь, на мою Аленку. Впрочем, на что я надеялась? Ребенок Вадима был старше, и к тому же мальчик, а моей дочери никогда не было. Всего лишь выдумка израненного подсознания. Что я, теперь во всех младенцах буду искать схожесть с ней?
К глазам предательски подступили слезы, и я отвернулась, чтобы незаметно смахнуть их с ресниц.
– Хорошенький, – тихо проронила я. – Похож на папу.
Вадим довольно улыбнулся.
– Он скоро будет здесь. Если хочешь, можешь приезжать понянчиться.
– Спасибо. Значит, ты нашел жену?
– От меня не так-то легко спрятаться, Наташа.
– И вы не помирились. – Мой взгляд упал на рамку с фотографией, на которой был изображен Вадим с какой-то блондинкой в свадебном платье.
– Нет, – сказал Вадим и швырнул фотографию прямо в урну. Послышался звон разбитого стекла. – А ты своего Кирилла простила?
Я горько усмехнулась.
– Нет. Ему и не нужно мое прощение. Я думаю, он вполне счастлив без меня.
Я вспомнила свой опрометчивый бесполезный звонок. Пытался ли он вообще меня искать?
Вадим подошел ко мне.
– А ты, Наташ? Ты счастлива? – Он ласково коснулся щеки. – Ты даже сюда приехала ради подруги, а не ради себя.
Вадим стоял слишком близко. Сердце бешено билось в груди. Дышать становилось все труднее.
– Вадим… – Я что-то хотела сказать, но во рту пересохло.
Так и не дождавшись ответа, он жадно впился губами в мои, выбивая последнее дыхание, заставляя забыть обо всем.
Начальница разрешила мне не возвращаться на работу, что было явно к лучшему: работать я действительно сегодня не смогла бы. Слишком много было мыслей, слишком много всего произошло. Поэтому я отправилась домой сразу же, как покинула особняк Вадима.
Вечером пришла Марина и чуть ли не с порога принялась заваливать меня вопросами. За целый день я даже не догадалась, что стоило все-таки позвонить подруге. Сама же Марина не стала этого делать, боясь побеспокоить в самый неподходящий момент.
– Как все прошло? – спросила она, даже не успев снять обувь.
– Хорошо, – сказала я, чувствуя, как пылают щеки. Все-таки "хорошо" – слабая оценка для того, что произошло.
– Рассказывай подробности, я вижу, у тебя глаза горят, – произнесла Марина, вешая в шкаф пальто.
– Да, собственно, повезло, – пожала я плечами. – Мы оказались знакомы.
Брови подруги приподнялись вверх:
– Как знакомы?! – От удивления она чуть не выронила вешалку.
– Помнишь, я тебе рассказывала о недавнем свидании? Мы с ним у мусорного бака тогда пересеклись. А до этого познакомились в баре.
От полученной информации у Марины глаза округлились и отвисла челюсть. Придя в себя, она приоткрыла рот, чтобы что-то сказать, но тут в нашу дверь позвонили. И я мигом сорвалась с места и поспешила к дверному глазку, чтобы узнать, кто там. В дверном проеме стоял курьер – парнишка с черным пакетом в руках. Он уточнил мое имя, попросил расписаться в получении, отдал посылку и поспешил уйти.
– Что там? – торопливо сказала Марина, поглядывая с интересом на пакет. – Открывай скорее.
Наконец-то я разорвала упаковочную ленту и достала маленькую квадратную коробочку из бордового бархата, в которой оказались серьги с крупными прозрачными камнями. На пол к моим ногам упала записка.
«Подумай о моем предложении. Вадим», – написано было его почерком. На сердце тут же потеплело.
А вот подруга моих эмоций не разделяла. – Наташа, ты не хочешь мне что-то рассказать? – Марина встала в позу "руки в боки" и нависла коршуном надо мной. – Я так понимаю, вы с ним спали? Вот если сказать Марине правду, она же все равно не поверит. На ее месте я бы тоже не поверила. А кто мог бы поверить, что у нас с Вадимом ничего не было? Что он сдержит обещание? Особенно после таких-то подарков.
– Ничего не было, – все-таки произнесла я. Ничего не было, но это не значит, что мне не хотелось, чтобы было иначе. Я на секунду прикрыла глаза, вспоминая поцелуй Вадима. Такой манящий, зовущий. Его руки, обнимающие меня, и звонок, который заставил нас оторваться друг от друга. Так не вовремя. Вадиму нужно было ехать по делам.
Как я и предполагала, Марина мне не поверила, а если она что-то решила, то спорить с ней было бесполезно. Поэтому мне ожидаемо пришлось слушать нравоучения.
– Эх, Наташа, Наташа!
– Что Наташа? Ты сама говорила, чтобы я о личной жизни задумалась! – возмутилась я.
– Но не так же! Знаешь, я была о тебе лучшего мнения, – продолжала отчитывать меня подруга, направившись на кухню. Я пошла с ней. Все равно Марина не успокоится, пока не выскажет мне все, что думает.
Сделав себе чай, я удобно расположилась за столом в обнимку с кружкой, пока Марина разогревала ужин.
– И вообще, лучше бы ты на нашего Виталика наконец обратила внимание, – завела она старую песню. Присмотреться к Виталику, часто заглядывавшему в кабинет ко мне на чай, Марина советовала почти все время, сколько я ее знала.
– Ты же потом ко мне прибежишь за утешением, когда он тебя бросит.
– Почему сразу бросит? – удивилась я такой «доброжелательности». Нет бы порадоваться за меня, а она продолжала нагнетать обстановку.
– Сама подумай, сколько у него было таких девушек? Уверена, что не станешь очередным мимолетным увлечением?
Марина прямо озвучила мои мысли. Я это отлично понимала, вот только сердце томительно сжалось, меня тянуло к Вадиму. Его запах, ощущение его губ, прикосновение рук… Быть может, мне просто захотелось немного человеческого счастья? В конце концов, я его заслужила.
– У меня уже был идеальный муж, и знаешь, мне это не сильно помогло, – холодно проронила я, сделав глоток из чашки. – Будь что будет.
В конце концов, никогда нельзя предсказать, что будет дальше – несколько встреч или нечто более серьезное. Жизнь непредсказуема, и я выучила этот горький урок лучше многих.
Марина выразительно посмотрела на меня. Наверное, она наконец поняла мое эмоциональное состояние.
– Прости, я просто за тебя волнуюсь. Вечно ты куда-то влипаешь, Наташ.
Я пожала плечами. Обдумать мне предстояло не только отношения с Вадимом, но и карьеру. Он предложил мне должность личного помощника. На старом месте я оставаться не могла, но и принять предложение Вадима мне не позволяла треклятая гордость. Кто мог сказать, как повернутся мои отношения с будущим работодателем? Потерять работу и вернуться в Сочи мне совсем не хотелось.
Марина моих переживаний не понимала. С ее точки зрения, все было просто: правильнее остаться на прошлой работе. Тем более Галина Викторовна после заключенного договора точно станет относиться ко мне лучше.
Я с трудом промолчала про подоплёку переговоров.
– Только, Наташ, будь с Вадимом поосторожнее. Начальница после вашего ухода была какая-то нервная.
Да уж, когда фирма висит на волоске, сложно оставаться спокойной.
– Мутный он какой-то. – Марина на секунду о чем-то задумалась. – Ах да, совсем забыла. Женя приедет ко мне на следующей неделе, надеюсь, ты не против?
Только через несколько мгновений я вспомнила, что Женя – это жених Марины, ученый, который когда-то ее бросил, но они вроде бы помирились. И этот человек дает мне советы насчет личной жизни!
– Конечно, не против. Как его проект?
– В процессе, но нужно же иногда и отдыхать.
Глава 11
Анна Коротова
25 августа
Забавная штука – жизнь. Совсем недавно у меня не было времени на Наташу, а теперь я все время о ней думаю. Заброшены все дела, поездка в Крым, Андрей и прочее. Никакие мастер-классы и мероприятия меня не интересовали. Все, чего я хотела, – лишь получить ответы на вопросы, где моя подруга и что, вообще, произошло.
Впрочем, не только я. Моя мама тоже была напугана произошедшим. Еще бы, это случилось в нашем доме, да и Наташу она знала с младенчества. Поэтому первым вопросом, заданным мне по приезде домой, было:
– Ты уже знаешь?
– Поэтому так быстро и вернулась, – кивнула я.
Мама покачала головой и начала нервно расхаживать по прихожей, бесконечно теребя свои короткие каштановые волосы, чуть тронутые сединой.
– Это ужасно. Как вообще это могло произойти? – Она в неверии помотала головой. – Пропала вместе с ребенком. Нас всех опрашивали, знаем ли что-нибудь. Такой тихий район – и такое происшествие!
Казалось, словесный поток матери было не остановить. Она будто забыла обо мне и высказывала все мысли, накопившиеся за последние несколько дней.
– А этот Кирилл, он мне никогда не нравился. И взгляд у него какой-то странный, живет в квартире жены. Говорила я Наташе: подумай, прежде чем замуж выходить, не торопись.
На самом деле перед свадьбой подруги мама больше ратовала за то, что и мне пора задуматься о замужестве и детях, негоже столько в девках сидеть, да и нужно брать пример с Наташи. Про то, что Кирилл ей чем-то не нравился, я слышала впервые.
– Я ее на днях видела, – продолжала причитать мама. – Такая счастливая. От коляски глаз не отрывала. Я и подумать не могла, что может что-то случиться.