Зоя могла поклясться, что заметила в серых глазах дьявольский огонек.
Вопрос сорвался с губ самопроизвольно:
– Какое состояние? О чем ты?
– О твоем возбуждении. Игра гормонов, что тут скажешь!
Застежка защелкнулась, и Зоя вздохнула с облегчением. Прикрыла глаза, чтобы успокоиться. Пусть говорит что хочет. Она потерпит. Она подождет.
Все выдержит, все снесет.
– Вот именно – говорить не о чем, – парео оказалось в ее руках через мгновение. – Я готова.
И снова мрасс окинул ее взглядом, от которого бросило в жар.
– Разве не о чем говорить? – в этот раз интонация была бархатистой, обволакивающей. – Что ж… настаивать не буду.
– Вот и не надо.
Яхта поражала размерами и оснащением. Плавучий особняк, иначе не скажешь! Бассейн, тренажерный зал, кинотеатр. Это немногое, что успел выхватить взгляд Зои, пока один из членов экипажа устраивал для нее экскурсию. Возможно, при других обстоятельствах она бы оценила его усилия, но не сегодня. Все еще находясь под впечатлением от диалога с Варшавским, пыталась найти выход из сложившейся ситуации.
Мрасс четко дал понять, что знает о ее планах. Но откуда? Господи, откуда?.. Она никому не говорила, что собирается убежать. У нее самой еще не до конца сформировалась эта мысль. Просто показалась наиболее приемлемой. И все.
– Я хочу получить ответ на один вопрос, – поднявшись на верхнюю палубу, Зоя встала у ног Юлиана, который лежал на шезлонге, прикрыв глаза и подставив идеально вылепленное природой тело под жаркие лучи солнца.
– Спрашивай, – он даже не соизволил открыть глаза.
Явное пренебрежение подлило масла в и так не затухающий огонь. Зоя сжала кулаки, впившись ноготками в нежную кожу ладошек.
– Ты умеешь читать мысли?
Не зря на его животе она насчитала те самые пресловутые восемь кубиков. Поднялся Варшавский молниеносно. Раз – и уже сидит, изучая ее реакцию.
Зоя совершила ошибку, подойдя вплотную к шезлонгу. Теперь голова мужчины находилась напротив ее живота, который она судорожно втянула, ощутив всю интимность ситуации. Ей отчаянно не хватало воздуха.
Мрасс запрокинул голову, чтобы посмотреть Зое в лицо, и лениво ответил:
– Нет.
– То есть не умеешь? – на всякий случай уточнила она, испытывая несказанное облегчение.
Он для пущей убедительности помотал головой.
– Нет.
– Хорошо, – Зоя отошла к соседнему шезлонгу, механически присела на него и уставилась на волны, легко играющие на океанских просторах.
– Может, есть еще вопросы? Готов ответить.
Зоя начинала тихо ненавидеть ироничный, снисходительный тон, которым предпочитал беседовать с ней мрасс.
– Есть. Откуда ты узнал, что я собираюсь бежать?
Мужчина слегка склонил голову и усмехнулся.
– То есть ты уже не отрицаешь этого?
– Не отрицаю, – сквозь сжатые зубы проговорила Зоя.
– Ценю честность в отношениях. Все куда прозаичнее, Зоя. Ширас пробуждают не первое десятилетие. Если быть точным: два с половиной столетия. Как думаешь, мы успели изучить ваши поведенческие инстинкты?
Вот это она лоханулась! Не подумала об очевидном!
– Успели, – медленно ответила она, чувствуя, как тоска заполняет сознание.
– Ты попросила, чтобы тебя обеспечили ноутбуком и Интернетом. Без проблем. И первым делом начала изучать географию межгалактических перелетов. Выясняла, куда меньше всего летают мрассы. Далее. Тебя интересовали курсы вождения гланжев. Похвально. Захочешь – я найму тебе инструктора. Но! Зоя, пока ты не родишь ребенка и не получишь гражданство, тебя не допустят к управлению. Ты сможешь летать только на моей территории. Дальше перечислять ту информацию, которую ты просматривала?
Поерзав, Зоя прилегла на шезлонг. Опустошение и чувство беспомощности захлестнули. Усилием воли она продолжила диалог:
– Думаешь, переиграл меня?
– А мы разве во что-то играем?
Она промолчала.
– Еще о чем-то хочешь спросить?
– Пока нет. Боюсь, если узнаю еще хоть что-то, то мое будущее будет представляться только в черном цвете.
– Зоя, – ей показалось, или его голос смягчился? – Перестань быть колючкой. Перестань воспринимать меня как врага.
– А ты перестань быть моим хозяином, – буркнула в ответ Зоя и закрыла глаза.
Все, на сегодня хватит.
– Я могу поспать?
– Конечно, если устала.
– Надеюсь, у тебя хватит совести не приставать ко мне сонной, – вот зачем она это сказала?
– Спи, колючка.
– Еще?
Удар в живот был неожиданным и очень болезненным.
Зоя задохнулась и согнулась пополам. Из глаз хлынули слезы, дыхание пресеклось, а внутренности обожгло огнем.
Ее ударили впервые в жизни. Никогда раньше она не сталкивалась с физическим насилием и не ожидала, что столкнется. Одно дело – угрозы, другое – приведение их в исполнение.
Мужчина в дорогом черном костюме, широко расставив ноги, возвышался над ней, точно башня. Башня, которая сомнет ее. От мужчины исходила агрессия, которую он не прятал за маской успешного бизнесмена и уравновешенного человека.
– Не слышу ответа, сука! – прорычал он и сделал шаг по направлению к ней.
Зоя судорожно всхлипнула и вскинула руку, призывая его остановиться.
Перед глазами замелькали черные мушки. Пришлось сжать зубы, чтобы сосредоточиться на происходящем и не позволить панике овладеть сознанием.
Как же больно…
– Не… надо… – простонала она и, сделав рывок, выпрямилась.
Виктор Валерьевич стоял с искаженным от ярости лицом.
– Ты плохо понимаешь! Вернее, до тебя вообще не доходит! Я думал, у тебя есть хоть крупица ума, но ошибся! Не люблю вправлять мозги, но придется!
Он снова двинулся к ней, и Зоя поспешила выкрикнуть:
– Не надо! Пожалуйста…
– Что «не надо»? – бесновался мужчина, надвигаясь на Зою и заставляя ее отступать. – Ты, мразь, даже не представляешь, как мне хочется свернуть тебе шею! Прямо руки чешутся! И я непременно бы это сделал, если бы не Юра! Почему я звоню, а у моего парня голос грустный?! В чем дело?! Плохо его ублажаешь? В чем проблема, мать твою?
Пятью минутами ранее Зоя поднималась на лифте в номер. Она пару часов провела у бассейна, загорая и стараясь отключить все мысли. Звонила сестра, щебетала о том, что тоже хочет съездить отдохнуть, и намекала, чтобы Зоя постаралась и для нее организовать отпуск на элитном курорте. Мол, несправедливо, когда одной сестре все, а второй – ничего. Зоя отключила телефон. Не стала ни психовать, ни нервничать. Она знала, что в Ольге сильно меркантильное начало, и не раз сталкивалась с ним. Уже привыкла.
Мальчик Юра с утра куда-то ушел. Она еще спала, когда услышала, как осторожно захлопывается дверь. Вот и ладненько. Они три дня отдыхали, и Зоя по-прежнему не сдавала позиций, то есть спали они отдельно. Каждый вечер Юрий пытался соблазнить ее, а она отмахивалась, втайне опасаясь, что он снова попытается взять ее силой. И каждый раз радовалась, что опасения не оправдались.
Может, он все-таки поймет, что ошибся?
Юрий не появился до обеда, и Зоя решила поваляться на солнце.
День казался неплохим до того самого момента, пока она не вошла в номер и не увидела надвигающегося на нее Виктора Валерьевича.
Он ударил без предупреждения. Вместо приветствия. И теперь жаждал продолжить начатое.
– Виктор Валерьевич, – Зоя предприняла отчаянную попытку начать нормальный разговор, хотя сердце заходилось от страха. Живот и внутренности болели, напоминая об осторожности, – проблем нет никаких. Мы отдыхаем. Все хорошо.
– Все хорошо? – Мужчина развернулся и одним махом смел мелкие бытовые предметы с висящей на стене полки. – Все хорошо было до тех пор, пока мой парень на тебя не запал! Трахал девок в свое удовольствие и был счастлив! Ан нет, появилась ты! Где он только тебя откопал, дрянь этакая? Появилась, и все! Все покатилось под откос! Видите ли, у него любовь появилась! Какая, на хрен, любовь? И к кому? К тебе?! Ладно бы красотка была, а то… тьфу! – он, не стесняясь, смачно сплюнул на пол. – Ты – пиявка, присосавшаяся к моему парню! И я, сука, не могу тебя оторвать от него!
– Виктор Валерьевич, да я с радостью исчезну из жизни Юры…
Следующий удар пришелся по лицу. Голова мотнулась, отозвавшись тупой болью в позвоночнике. Но еще больше испугаться Зоя не успела. Ее схватили за плечи и швырнули на белый кожаный диван.
Она вскрикнула и закрыла лицо руками в жалкой попытке защититься.
Не получилось.
Отец Юрия налетел, точно ураган. Оторвал ее руку от лица и, склонившись, зарычал:
– Слушай меня сюда, девка! Два раза повторять не буду! Надо было с тобой поговорить еще до поездки в больницу! Пощадил! Думал, мой парень очухается, придет в себя! Хренушки! Подсел на тебя! Но ничего, теперь ты будешь плясать под его дудку! Любое его желание выполнять, точно комнатная собачонка! И только попробуй не сделать его счастливым! Поняла?
Зою схватили за волосы и потянули назад. Слезы градом полились из глаз. Если не ослабит хватку – или волосы выдерет, или шею сломает.
– А-а-а-а…
– Это не ответ! Поняла меня или нет, спрашиваю?
– Что… Что я… понять… – выдавила Зоя, захлебываясь слезами и болью.
– Что отныне ты собственность моего парня! Его игрушка! Его вещь! Ты будешь делать все, чтобы он был счастлив! На цыпочках вокруг него ходить! И не дай бог, слышишь, курва, не дай бог я узнаю, что он чем-то огорчен! Что что-то не так! Я с тебя шкуру слоями снимать буду! Кусочек за кусочком! Ты захлебнешься в собственной крови и будешь подыхать медленно! Годами! Я позабочусь об этом! Лично!
Зоя всегда считала, что криминальные авторитеты в прошлом. Что не могут в современном мире проблемы решаться с помощью силы и угроз. Что государство навсегда избавилось от криминала, как от пережитка прошлого.
Чуть позже Зоя будет ругать себя последними словами и поражаться, какая она наивная дура. Ведь знала, что мальчик Юра не из простой семьи. Думала – отпрыск богатых родителей.