— Подъезжаем, ребята.
Виктор первым въехал на дорожку, которая должна привести их к территории радиостанции. Начиная с Корбэя, они ехали вместе, полным ходом. Теперь можно ехать медленнее.
— Вот так гонка! — восклицает Жежен, совсем запыхавшись.
— Блестящий трюк с удочками! — радуется Виктор. — Ты видел двух фрицев на дороге? Они так и прыснули со смеху, когда мы проезжали.
— Да, — говорит Арман, — но если мы со всем нашим снаряжением наткнёмся на них здесь, в лесу, они, конечно, спросят, что нам тут нужно. Мы повернули в сторону от Сены.
— Неверно, — возражает ему Жежен. — Она протекает к югу от радиостанции. Всегда можно сказать, что мы ошиблись дорогой.
— Где вы в тот раз оставляли велосипеды? — спрашивает Рэймон.
— Вот там, должно быть.
— Предлагаю подъехать как можно ближе.
Дорога описывает кривую и дальше идёт совершенно прямо. По-видимому, они обогнули радиостанцию и находятся к востоку от неё.
— Сойдём здесь, — приказывает Рэймон.
Все пятеро сходят с велосипедов. Впереди и позади — никого. Ведя велосипеды за руль, они один за другим углубляются в лес.
— Стой, — говорит Рэймон, когда вся группа достаточно удалилась от дороги.
— Курить можно? — спрашивает Жежен.
— Нет. С этой минуты курение отменяется.
— Да никакой же опасности нет! Взрывчатка от этого не взорвётся.
— Знаю. Но предосторожность не мешает. Дисциплина распространяется на всех.
— Ладно.
— Теперь вот что. Мы с Виктором пойдём вперёд на разведку. А вы пока что снимите снаряжение, спрячьте его вместе с велосипедами в кустарнике и ждите нас.
— Достать оружие?
— Пока не надо. Боши, наверно, сюда не заходят. Если случайно встретите кого-нибудь из местных жителей, сделайте вид, будто собираете грибы. Ну до свидания.
Рэймон и Виктор пошли по маленькой тропке. Вскоре они наткнулись на заграждение из колючей проволоки.
— Где поворот? — спрашивает Рэймон.
— Кажется, ниже.
— Давай подойдём к нему.
И вот они уже у цели. Табличка с надписью: «Запретная зона. Опасно для жизни».
— Ты думаешь, это здесь? — спрашивает Рэймон.
— Да, мы, должно быть, находимся у конца первого ряда мачт.
— Идём!
Оба ложатся на землю, без труда проползают под проволокой и затем идут по прямой линии.
Лес здесь вырублен на довольно большом пространстве. Высоких деревьев нет. Но молодняк оставлен, и это позволяет маскироваться без особых трудностей. Они осторожно продвигаются вперёд. Перед ними край леса, из-за которого вырастают мачты, величественно поднимающиеся к небу. Кажется, что они совсем рядом.
Оба остановились одновременно. В нескольких метрах слышен шум приближающихся шагов. Это, по-видимому, обход.
— Тише, не шевелись, — говорит Рэймон.
Сквозь листву им смутно видны две тёмных мундира.
— Прошли. Подойдём ближе. Прямо перед ним караульная тропа.
— Хайль Гитлер! — слышится с той стороны.
— Караульные встретились, — говорит Виктор. — Теперь здесь пройдёт второй патруль.
— Отойдём немножко назад.
Через минуту они снова видят двух солдат, но идущих в обратном направлении.
— Отлично, — говорит Рэймон. — Они встретились ровно в два часа пять минут. Сейчас можно пересечь тропу.
На этот раз они подходят вплотную к тропе, у самого поворота.
— Видишь, я так и предполагал! Сейчас в этом месте никто не может увидеть нас. Перейдём.
Двумя прыжками они пересекают тропку и прячутся в кустарнике. Несколько минут они продвигаются вперёд среди высокой травы и молодых деревьев.
— Замечательно, — говорит Рэймон. — Здесь можно слоняться сколько душе угодно, это настоящий лес. Ну довольно смотреть, хватит с нас. Идём обратно.
Они снова пересекают тропку и несколько минут спустя возвращаются к товарищам.
— Скорее, скорее! — торопит Рэймон. — Если, как вы говорили, патрули встречаются каждые четверть часа, то проход будет свободен снова в два часа двадцать.
— Всё берём?
— Конечно. Надо перетащить всё.
— А велосипеды?
— Велосипеды тоже.
— Где же мы их спрячем?
— Мы нашли местечко, где нас никто не станет искать.
— Где это?
— За караульной тропой.
IX
— Вот мы и пришли, ребята!
По указанию Рэймона пятеро товарищей с велосипедами и всем рыболовным снаряжением вступили в запретную зону. Они подошли к тропе и после прохода патрулей без труда пересекли её.
Теперь они сидят среди папоротников и колючего кустарника, метрах в тридцати от караульной тропы, по другую её сторону.
— Приготовьте револьверы и кинжалы, достаньте взрывчатку, — шёпотом командует Рэймон.
Они достают всё своё богатство: 16 патронов взрывчатки, 8 детонаторов, 12 капсулей-детонаторов, 20 метров шнура, 8 мотков изоляционной ленты.
— Вот что я ещё принёс, — говорит Жежен, вынимая из своей сумки зажигательную трубку замедленного действия, рассчитанную на шесть часов.
— Дай сюда, — говорит Рэймон и суёт её в карман. — Теперь слушайте: Мишель останется здесь сторожить велосипеды, а мы разделимся на две группы. Арман и Жежен пойдут к правой, северной, мачте. Виктор и я возьмём на себя левую, южную. Мы находимся сейчас в трёхстах или четырёхстах метрах от ближайшей мачты. Двадцать минут туда, двадцать обратно, столько же на то, чтобы заложить взрывчатку. Мы должны вернуться около четырёх. Но могут быть всякие неожиданности.
— Я предпочёл бы пойти с вами, — говорит Мишель.
— Нельзя. Кто-нибудь должен остаться здесь. Если в пять часов нас не будет, значит, мы арестованы; но этого не случится.
— А если придут боши?
— Здесь они тебя искать не будут.
— Что брать с собой? — спрашивает Арман.
— Половину всего возьмёте вы, половину — мы. И главное, помните, разомните взрывчатку так, чтобы она плотно пристала к тому месту, в которое вы её вложите. Всуньте детонатор и шнуром соедините его с запалом. Надо считать два патрона на один устой. Так будет вернее.
— Понятно.
— Помните, у нас всего в обрез. В особенности берегите запалы. Это самое драгоценное. Если сможете, постарайтесь сэкономить один-два. Достаточно соединить шнуром несколько патронов с одной палочкой. Я уже показывал вам, как это делается.
— Знаем.
— А как быть с тросами?
— Возможно, их не придётся трогать. Увидим на месте. А если понадобится, возьмите немножко взрывчатки из того количества, которое заложите под устои.
Они делят всё поровну и собираются в путь.
— Подождите, — говорит Рэймон. — Если одна из групп будет по дороге задержана, приказ: огнестрельного оружия не применять.
— Почему?
— Потому что это лучший способ поднять тревогу и подвести остальных.
— А что же делать?
— Если караульные вас остановят, прикиньтесь дурачками и подпустите их поближе. Конечно, это не значит, что надо сдохнуть без сопротивления. Надо попытаться управиться холодным оружием, без шума. Это строжайший приказ. У вас есть кинжалы. Их действие почти мгновенно. Пустите их в ход. Это относится и к тебе, Мишель.
Все четверо одновременно почувствовали, что бледнеют, но никто и глазом не моргнул.
Рэймон спокойно смотрит на них. Они, вероятно, не подозревают, что в эту минуту, являя им образ подлинного командира, сам он черпает силы в них.
— Вперёд, ребята, — говорит он, — и не забывайте, что вы — французские франтирёры и партизаны.
Рэймон и Виктор, раздвигая ветки, медленно и осторожно пробираются по леску.
— Не шевелись, — шепчет вдруг Рэймон.
Они остановились одновременно и насторожились. Рэймон — он идёт впереди — схватился за рукоятку кинжала.
— Это мы сами поднимаем шум, наступая на сухие ветки, — говорит он, прислушавшись.
Сквозь листву и высокую траву видны мачты. Кажется, что ближайшие из них всего в нескольких метрах.
Оба снова идут вперёд, стараясь не ступать на сухие ветки. Лесок редеет. Кролик, выскочивший неизвестно откуда, стрелой мчится прочь. Оба вздрагивают. Когда испуг проходит, Рэймон присаживается на корточки и жестом подзывает товарища, показывая тому, чтобы он нагнулся. Виктор подходит, низко пригнувшись. Перед ними среди кустарника возвышаются мачты.
— Смотри, не задевай папоротников, а то они качаются, — шепчет Рэймон.
Метров двадцать они ползут на четвереньках. Мачты будто всё на том же месте.
— Мы, должно быть, уклонились вправо, — шепчет Виктор.
Рэймон, не отвечая, поворачивает налево. Он проползает ещё немного, время от времени приподнимая голову, потом останавливается. Виктор с трудом нагоняет его.
— Чёрт!
Перед ними — огромное пространство, ровное, как поле аэродрома. Там и сям посреди пустыря пятна зелени. Ширина этого поля с полкилометра, а в длину оно кажется бесконечным. Рэймон и Виктор находятся как раз в юго-восточном углу лесистой полоски, окружающей эту часть поля радиостанции.
На глаз мачты расположены в трёхстах или четырёхстах метрах друг от друга, но расстояние, отделяющее их от опушки леса, наверняка короче.
Они стоят на каменных основаниях и поддерживаются по углам натянутыми тросами, которые в свою очередь вделаны в бетонные крепления.
— Что ты скажешь, — ворчит Рэймон. — На каждом углу семь тросов, заделанных в три бетонных крепления. На каждую мачту приходится, значит, двадцать восемь тросов и двенадцать креплений. И всё это расположено на совершенно открытой местности.
Всё оказалось несколько иным, чем они себе представляли. Они предполагали, что кустарник доходит до подножия мачт. Но немцы, вероятно, расчистили участок, чтобы его легче было просматривать. И кроме того, кто мог ожидать такого огромного количества тросов.
— Чёрт! — повторяет Виктор.
Положение нелёгкое.
Наискось от них — первый ряд мачт. Самая ближняя, последняя, вероятно, в каких-нибудь ста метрах. Её никто не охраняет, но у второй мачты того же ряда стоит часовой.