Паше она так и не позвонила. Не знала, что сказать. И что делать, тоже не знала. Аня никогда не принимала серьезных решений.
Именно сейчас ей не хватало мамы. Но больше бабы Мариам. Та всегда находила нужные слова и имела влияние на Эдика. Благодаря ей у Ани появились дырки в ушах, набор лаков для ногтей, все книги о Гарри Поттере. А еще самокат, домашний интернет, первый айфон. Отец хотел оградить Аню от всего, в том числе от прогресса. Правильно она вчера сказала ему, будь его воля, он заточил бы дочь в башне. Ради ее блага, разумеется.
Аня сама не заметила, как приехала к дому Паши. Он тоже жил недалеко от центра, только в комнате. Она была у него несколько раз. Делала вид, что не шокирована обстановкой. Выцветшие обои, старая мебель, окна с деревянными рамами. А какой унитаз! Точнее, бачок. Он висит на стене, а вода спускается, когда дернешь за веревочку. В их квартире уже лет пять стояли умные унитазы, и они самоочищались.
Если Аня ослушается отца, то ей придется жить в таких условиях? Она планировала поселиться с Пашей у них. Два этажа, папа мог бы выделить им второй, на котором она обитала. Это почти то же самое, что жить отдельно. Только в хороших условиях. И бесплатно. Но Аня не знала, согласился бы на это Павел. Да и как ей было узнать, если она ничего с ним не обсуждала? Все их мечты о будущем были далекими. Они оба хотели жить в доме у водоема, желательно у океана, но и большое озеро подойдет. Паша работает удаленно, Аня тоже, но больше для себя, она занимается детьми. Их двое. Мальчик Леонардо (на этом имени они сошлись) и девочка Таисия, Виола или Наташа (Паша настаивал на последнем варианте). У них есть катер. И всей семьей они рыбачат.
То есть Аня загадала лет на десять вперед. Как минимум. Паша с ней согласился. А совместная жизнь может начаться прямо завтра…
Если она ослушается отца!
Подкатив к подъезду, Аня обратила внимание на шикарное ретроавто. «Волга», сошедшая с конвейера годах в семидесятых прошлого века. Прокаченная, вылизанная, понятно, что любимая.
И с номерами Энска.
На ней Паша вчера приехал? И кто же его привез?
Ответ она получила тут же. Из подъезда вышла высокая широкоплечая девушка и сняла «Волгу» с сигнализации. Ее нельзя было назвать красивой, но эффектной – безусловно. Крупная, спортивная, с рубленым лицом, она походила на героиню боевиков. Эдакая Сара Конер. Еще и одета соответствующе: черные джинсы, майка, косуха. На ногах высокие ботинки. Не хватало очков-авиаторов. Но она достала и их из нагрудного кармана.
– Здравствуйте, – подошла к ней Аня. – У вас шикарная машина.
– Ага, знаю. Но спасибо. У вас тоже ничего. – Она видела, что Аня выбралась из мини-купера.
– Паша дома?
Девушка не удивилась вопросу, ответила утвердительно.
– Вы его подруга из Энска?
– Можно и так сказать. Зовут меня Галей. А вы Аня, так?
– Да. Откуда вы знаете?
– Я подвозила Пашу к вашему дому вчера. Он сказал зачем. И назвал вас своей невестой.
– Хочу поговорить с ним.
– Он собирался куда-то ехать, но если вы его подбросите, я свалю.
– Довезу, конечно.
– Тогда всего хорошего. Приятно было познакомиться!
И она, сев в свою удивительную тачку, уехала. А Аня направилась к подъезду.
Звонить в домофон не пришлось, вышел кто-то из соседей, и она смогла попасть внутрь. Поднялась, позвонила в нужную дверь.
Паша открыл сразу. Он стоял в прихожей, обувался.
– Привет.
– Аня? Не ожидал…
– Куда ты собрался?
– К Гураму. Там у него и Мария. Мне нужно с ними поговорить.
– А мне с тобой.
– Меня там машина ждет.
– Я сказала Гале, что сама тебя отвезу.
– Вы познакомились? Хорошо.
– Она твоя подруга? – Только бы он не ответил «можно и так сказать». Если не спишь с парнем, в каждой женщине видишь конкурентку… Или это происходит даже тогда, как с ним спишь? Аня не знала.
– Галя соседка Эрнеста. Жила над ним. Мы выручили друг друга: она довезла меня, я предоставил ей ночлег.
У Паши были красные глаза. Он будто не спал ночь. Из-за нее? Или Галя не давала задремать? Таким тощим очкарикам, как Паша, должны нравиться женщины-амазонки. А если они еще и имеют богатый сексуальный опыт…
– Если б я тебе не доверяла, то приревновала бы, – сказала Аня.
– Правильно, – удивил ее Паша. – Она мне нравится. И если бы тебя не было, я бы с ней замутил.
– Но вы?…
– Просто приятели. Она спала на диване, а я… – Он, приподняв очки, потер свои воспаленные глаза. – Не спал вовсе.
– Это из-за меня?
– Честно? Нет. Я о тебе совсем не думал ночью, уж прости. Но у нас все нормально? Отцу я вроде понравился?
– Он запретил мне с тобой встречаться, – выдохнул Аня.
Паша был поражен. Но отреагировал сдержанно, задав лаконичный вопрос:
– Обосновал?
– Говорит, ты парень неплохой, но мне не подходишь.
– По причине?
– У него сложилось неправильное мнение о тебе.
– Из-за твоего вранья, это понятно. Эдуард Петрович решил, что я бросил Ташу, потому что с нее взять нечего, а ты невеста богатая.
Он практически процитировал слова отца. Но Аня не желала брать вину на себя, поэтому привела другой его аргумент:
– Папа думает, что мне нужен уже состоявшийся мужчина. Ты же только перспективен. Но это не факт. Пока ты будешь добиваться успеха, я состарюсь. Его слова, не мои.
– Я тебе рассказывал о родителях?
– Да, конечно.
– У отца была фирма. Она ему в наследство досталась. Сан Саныч из кожи вон лез, чтобы сделать ее успешнее. Мой дед, кандидат наук, скупил половину точек на радиорынке в перестройку, потом открыл склады, куда свозили технику для реализации. Другие ученые считали, что это ниже их достоинства. А дед не брезговал торговлей, ремонтом и тяжелым физическим трудом. Когда его грузчики уходили в запой, он сам таскал коробки. Но в конце девяностых все изменилось. Бизнес стали вести по-другому. И отцу досталось что-то хаотичное, устаревшее. Он не знал, что с этим делать. Мог вести дела по старинке и иметь копеечку, но ему на помощь пришла мама. Им было тогда столько же, сколько нам. И они вместе за два года изменили все. Все точки продали, склады переоборудовали, сняли офисы в престижных бизнес-центрах, сделали сайт. Вышли на мировой уровень.
– Ты к чему ведешь?
– Успех мужчины зачастую зависит от женщины, которая с ним рядом.
– Не спорю. Более того, я верю в тебя. Ты станешь успешным без чьей-то помощи…
– Но?
– Я закончила предложение.
– Многоточием? Договаривай, Аня.
– Но ты можешь этого не захотеть, – выпалила она. – Как Эрнест. Он жил в ремонте восьмидесятых, дырки в стенах завешивал плакатами Марии Лавинской, ездил на метро, а как одевался, даже вспоминать не хочу. Он дал сгнить машине родителей, прекрасную дачу на берегу Волги запустил.
– Я – не он. Но если ты сомневаешься, давай расстанемся.
– Нет, я люблю тебя!
– Я тебя тоже. Но больше я тайно встречаться не буду. Да и не получится. Твой отец наверняка навел обо мне справки и узнал, что я никогда не работал в вашем агентстве, зато был официально трудоустроен в вертепе под названием «Догма».
– Паша, что мне делать? – Аня плюхнулась на диван и поморщилась, когда он под ней заскрипел. – Я не могу разорвать отношения с отцом. Но и с тобой расставаться не хочу!
Он подошел, сел рядом, обнял крепко-крепко. И мягко проговорил:
– Тебе придется делать выбор, Анечка. Отец своего решения не изменит.
Она заплакала от безысходности. Как можно сделать выбор в пользу кого-то из любимых мужчин? Отец, конечно, перегибает палку. Он не имеет права запрещать дочери встречаться с Пашей. Был бы тот преступник, наркоман, алкаш, еще понятно. Иностранец, иноверец, старик или несовершеннолетний юноша. Трижды разведенный. Смертельно больной. Но Паша не подпадал ни под одну категорию. И все же Эдуард Петрович был категорически против него.
– Наверное, придется нам взять паузу, – прохныкала Аня.
– Что? – Он отстранился, чтобы всмотреться в ее лицо. Подумал – ослышался.
– На пару месяцев.
– Зачем?
– Я попытаюсь переубедить папу.
– Повторяю, не получится. Я в людях разбираюсь.
– И что ты предлагаешь? Разругаться с ним, ослушаться? Уйти из дома? Но куда? Сюда?
– Снимем отдельную квартиру. У тебя хорошая зарплата, я тоже найду временную работу, пока не устроюсь на постоянную. Могу в той же «Догме» остаться, но перевестись в официанты. Еще помню, как обслуживать столы.
– А потом ты получишь наследство, и мы обзаведемся своим жильем? На что нам хватит?
– Возможно, я вернусь в Энск.
– Это что за новости?
– Там больше возможностей для меня как специалиста. Я со своим дипломом МИФИ могу рассчитывать на хорошую должность. В Энске будет легче попасть в аспирантуру (это избавит меня от армии). Там есть квартира и дача, о которой ты напомнила.
– Ты предлагаешь мне уехать из Москвы?
– На несколько лет. Я наберусь опыта, получу степень и стану нарасхват. Быть может, меня «купят» американцы или китайцы.
– Я не хочу ни в Штаты, ни в Поднебесную. В Энск тоже! – она перестала плакать, но голос ее срывался. Теперь от возмущения.
– Тебе же понравился город.
– Да, он красивый и довольно развитый. Но Энск не Москва. Люди из провинции в столицу переезжают, а ты хочешь обратно?
– Я Москву никогда не любил.
– Но почему?
– Тут убили моих родителей.
– А в Энске – двоюродного деда. Причем в квартире, в которой ты собираешься поселиться. Паша, что с тобой? Тебе вдруг отказал здравый смысл? Не нужно уезжать! Как в твоем любимом фильме говорили: «В Москву надо, тут вся сила!»
Да, Паша обожал фильм «Брат». А еще «Бумер» и сериал «Бригада». В детдоме он со старшаками смотрел именно такое кино. Подростки приняли его, пацана, в компанию, потому что он помогал им выигрывать в пятачки. Тогда по всем городам стояли игровые автоматы, и озолотиться с их помощью мечтали представители всех поколений: от мала до велика.