Момент, когда я покинул земли духов, прошел мимо моего сознания. Я просто бежал, автоматически переставляя ноги и выискивая путь с наименьшим количеством преград.
О появлении духов меня предупреждал Инь. Он же, как правило, с ними и сражался, последние два дня. Я лишь изредка подключался к сражениям, больше защищаясь и дожидаясь, когда мой дух расправится с остальными противниками.
Из плюсов – духовная защита теперь покрывала мои руки до середины ладоней. Возможно были и другие изменения, но я был просто не в состоянии их оценить.
Всё дело было в недостатке сна. Спал я урывками, когда нам попадались безопасные, по мнению Иня, места. Вот только дело в том, что безопасными они оставались редко когда дольше двух-трех часов. Потом же Инь меня будил, и я снова бежал.
Утром. Днём. Вечером. И даже ночью!
В последнем случае мне не помешала бы возможность видеть в темноте. Правда духов с таким ценным навыком нам не попадалось. Приходилось надеяться на свет Трёх Предков и звёзд.
Самое опасное было сражаться во тьме. Не помогал даже улучшившийся слух, ведь духи практически не шумят. Выручали лишь подсказки Иня, которому темнота словно вовсе не мешала.
Подозрительный шум я услышал раньше, чем увидел опасность. Да и не факт, что я бы смог что-то разглядеть. Глаза постоянно слезились, словно туда насыпали песок. Голова почти не соображала.
Я лишь услышал предупреждение Иня и отпрыгнул в сторону. Рядом что-то шлёпнулось на землю и поползло в сторону насторожившего меня шума.
«Беги!» — кричал Инь, пытаясь достучаться до моего затуманенного сознания.
— Стой! — параллельно с ним звучал чей-то голос, в котором не было злости, лишь раздражение.
Стоп! Голос? Но зачем духам со мной разговаривать? Да и голос похож на людской.
Эта мысль настолько выбила меня из колеи, что я на секунду замер, за что тут же и поплатился.
Мне на плечи упала змея, которая тут же сдавила плечи.
Я напрягся, пытаясь вырваться из плена, но всё было тщетно.
Резкий рывок оказался настолько сильным, что уронил меня на землю. И лишь лёжа среди редкой травы, до меня дошло, что то, что я принял за змею, было верёвкой. Кто-то умудрился накинуть на меня петлю, словно на какое-то дикое животное!
— Вяжи его и тащи к остальным! — раздался чей-то грубый, хриплый голос. — Только хорошо вяжи, а то он слишком шустрый.
Глава 5
Какое-то время меня тащили по земле, после чего пнули в живот, забрали сумку с ножнами и связали руки. После этого, меня ещё раз пнули, резко подняли на ноги и толкнули в спину, задавая нужное направление. Всё это сопровождалось руганью на неизвестном языке.
Если не ошибаюсь, этот грубый язык, который терзал мои уши, был языком русов. Хотя я был готов поклясться, что, когда на меня накинули верёвку, слышал родную речь! Только голос был другой.
Языку русов меня пыталась учить бабушка. Отец был не в восторге от этого, считая, что он мне никогда не понадобится. По его мнению, я должен был в идеале знать историю своей родной страны и уметь владеть клинком. Поэтому, занятия с бабушкой были редки и малоэффективны.
Как же я сейчас жалел, что так несерьёзно относился к её попыткам научить меня чужому языку. Сейчас бы он мне очень помог. Я ведь даже не знаю, кто меня поймал. А вдруг, это те самые преследователи от которых мы убегали с Кимом?
Я напряг руки, пытаясь растянуть верёвки, но ничего не вышло, связали меня крепко. Мои попытки освободиться не прошли незамеченными. В мой адрес обрушилась очередная волна брани, после чего мне прилетело по рукам палкой.
Было больно, но не так, когда я пропускал атаки духов.
Голова так и кружилась, мушки перед глазами не желали пропадать, я чувствовал, что на грани. Ещё немного, и я просто отключусь. Как назло, Инь молчал, не отзываясь на мои призывы.
Я больно стукнулся головой о что-то твёрдое.
Сзади раздался довольный смех.
Меня дёрнули за руку в сторону. Раздался скрип, после чего я получил очередной толчок в спину.
Я по инерции шагнул вперёд и тут же споткнулся, упал и больно ударился коленями. Не обращая внимания на неприятный смех за спиной, я пополз вперёд, помогая себе связанными руками.
Препятствием, о которое я споткнулся, оказалась небольшая лесенка. Не знаю, кто её делал, но то, что он не особо старался, было очевидно.
Я засадил себе кучу заноз, пока поднимался по этому скрипящему убожеству.
Ступеньки закончились неожиданно, и я, потеряв опору, завалился вперёд. В этот момент, мой конвоир решил меня поторопить и пнул прямо под зад.
Я провалился вперёд и распластался на деревянном полу.
От унижения и обиды меня захлестнула волна ярости. Я развернулся, чтобы наброситься на своего обидчика, но тот уже успел захлопнуть дверь и довольно скалился с другой стороны решётки.
Я вцепился в прутья и внимательно разглядывал того, кто посмел так со мной поступить. Это сейчас я уставший, истощенный продолжительной гонкой, недоеданием и недосыпанием. А когда я восстановлюсь, тогда он пожалеет о своем поступке.
— Я вырву тебе за это горло, — негромко произнёс я, глядя ему прямо в глаза.
Он тут же перестал смеяться и сделал небольшой шаг назад. Спустя секунду, устыдившись своего страха, он злобно оскалился, шагнул вперёд и ударил палкой по прутьям решётки, которые я только что сжимал.
— Спрячь свои зубки, зверёныш! — раздался чей то голос, с жутким акцентом.
Я посмотрел на того, кто мне это сказал и увидел ещё одного охранника, со слегка раскосыми глазами.
Одет он был, как и его приятель, в штаны, рубаху и кожаную жилетку. А ещё у него была густая щетина и длинные усы. Выглядело это отвратительно. Он смотрел на меня с легкой скукой, словно на какую-то вещь.
— Что он сказал? — обратился к нему тип с палкой.
— Сказал, что вырвет тебе горло, — усмехнулся усатый.
— Щенок! — взвился его собеседник и снова ударил палкой по клетке, куда меня, собственно, и засунули. — Сгною!
— Даже не думай, — осадил его усатый. — Борис и так недоволен таким скудным уловом. Всего четыре мелких духа и три оборванца, включая этого.
Вместо ответа, охранник с палкой сплюнул на землю, бросил на меня злобный взгляд и куда-то пошёл. Я не понял, о чём они говорили, но то, что мой обидчик затаил на меня злобу, было понятно и без перевода.
— Не рыпайся, дракончик, — обратился ко мне усатый. — Ты больше не у себя в Империи. Если будешь создавать проблемы, то нам будет проще от тебя избавиться, чем продать. Всё понял?
— Я не дракон, — нахмурился я.
У нас в Империи, драконами могли называться только некоторые старшие семьи, включая императорскую, духами-покровителями которых были драконы. И то, обычно к ним добавляли какое-нибудь определение, типа «морозные» или «каменные». Просто «Драконом» мог именоваться исключительно род Императора.
Именно поэтому, меня несколько смутило обращение одного из моих пленителей. И лишь спустя какое-то время до меня дошло, что так он хотел обозначить, что я попал сюда с территории Империи Дракона.
— Ясное дело, что такой оборванец, как ты, не может быть истинным Драконом. Короче, я сказал, ты меня услышал. Потом пеняй на себя.
Закончив, усатый, видимо, счёл, что разговор исчерпан, и ушёл вслед за любителем поиздеваться над беззащитными пленниками.
Я же решил осмотреть место, куда меня засунули. Вот только стоило мне развернуться, как всё перед глазами поплыло, и я сполз по стенке на грязный пол, где и отрубился.
Когда я пришёл в себя, то сперва не мог понять, где нахожусь. Твёрдая поверхность подо мной слегка покачивалась. Всё тело болело и затекло от неудобной позы. А ещё мне дико хотелось пить и есть.
Из плюсов – я, наконец-то, выспался. Слабость в теле осталась, но голова больше не была тяжёлой, а глаза не стремились закрыться, несмотря на все мои попытки оставить их открытыми.
Я со стоном принял сидячее положение и тут же напрягся, приготовившись сражаться. Как оказалось, в этой передвижной тюрьме я находился не один.
Помимо меня, тут были ещё два пацана примерно моего возраста. Выглядели они тощими и грязными. На меня смотрели насторожено. А ещё я заметил на одном из них свои сапоги!
Я перевёл взгляд на свои ноги и убедился, что я был бос. Вот гад! Воспользовался тем, что я отрубился и снял с меня обувь!
— Отдай, — сказал я, нахмурившись.
Парень, который был выше меня почти на голову, произнёс что-то в ответ. Что именно он сказал, я не понял, но второй почему-то улыбнулся.
Я дёрнулся в их сторону, но затёкшее тело слушалось плохо, и я чуть не упал. Вдобавок, мои руки было до сих пор связаны и я их почти не чувствовал. Я облокотился о стенку и принялся разглядывать верёвку.
В принципе, узел там был не особо сложный, можно попробовать развязать зубами.
Я начал пробовать шевелить непослушными пальцами, заставляя кровь бежать быстрее. Одновременно с этим, я вцепился в верёвку зубами, пытаясь ослабить узел.
Верёвка оказалась откровенно паршивого качества. Такое ощущение, что её сплели из какой-то травы. Узел постепенно поддавался, хотя зубы уже болели и во рту был стойкий привкус горечи.
Мне понадобился почти час, чтобы освободить руки. Всё это время мои «соседи» наблюдали за мной, изредка переговариваясь короткими фразами. У меня, может, и получилось бы справиться с верёвкой быстрее, но приходилось постоянно держать эту парочку в зоне видимости, ожидая подвоха с их стороны.
Когда я освободил руки, то принялся растирать кисти. Грубая верёвка оставила ссадины, поэтому я слегка морщился от боли и от покалывания практически во всём теле. Когда стало понятно, что кровообращение восстановилось, я взял верёвку, которой был связан, и намотал её на правую руку.
Мои приготовления не прошли незамеченными, и оба парня напряглись. Тот, что присвоил мои сапоги, начал мне что-то с жаром говорить. При этом было видно, что меня он не боится, но перспектива драки его явно не вдохновляла.