Тюрьма Ифтов
— Я думала, — Эшла облизала губы, — что мечтаю только о воде, но теперь чувствую голод и усталость. Кончится эта река когда-нибудь или нет?
— Похоже, что мы к чему-то подходим…
Нейл вглядывался вперед. В наплывах поредевшего и колышущегося тумана явно прорисовывался неопределенный, но устойчивый контур.
Перед ними была хрустальная стена, тянущаяся, насколько можно было судить, через всю долину. Водный поток, который привел их сюда, стремительно вырывался из отверстия в стене — слишком узкого, чтобы пробовать пролезть через него. Эшла обессиленно опустилась на землю.
— Я не пойду обратно. Мне очень жаль, но я не могу, — просто сказала она, и ее спокойный тон подчеркнул капитуляцию перед этим новым ударом.
— Не обратно! — Нейл подошел к стене. Она была неровной, вся в выступах и впадинах. Через нее можно легко перебраться — ну, если не ему с одной рукой, то хотя бы Эшле. — Не обратно, — повторил он, — а через стену. Посмотри — чем не лестница?
Эшла подошла к стене и бросила взгляд на Нейла:
— А ты? Распустишь крылья и полетишь?
— Нет, но есть вот что, — он снял перевязь меча. — Поднимешься наверх, зацепишь ее за выступ и бросишь мне один конец.
Эшла с сомнением поглядела на стену и на Нейла. Он старался победить ее сомнение.
— Мы должны сделать это немедленно, пока у нас еще остаются силы. Или ты предпочитаешь разлечься здесь и оплакивать нашу невезучую несчастную судьбу, пока нас не прикончит голод?
Эшла улыбнулась, но на ее исхудавшем лице не было видно настоящей радости, а скорее намек на грусть.
— Ты прав, воин. Сражаться лучше, чем сдаваться. Я попытаюсь перелезть.
Честно говоря, Нейл вовсе не был уверен, что даже с помощью ремня преодолеет стену. Но это был их единственный шанс. Судя по собственному головокружению и слабости, он понимал: назад они все равно не смогут вернуться.
Эшла медленно и осторожно карабкалась, ощупывая каждую впадину, прежде чем зацепиться за нее. Нейлу казалось, что она взбирается уже много часов. Но вот, наконец, ее голова и плечи поднялись над краем стены, и она заглянула на ту сторону. Когда она обернулась к Нейлу, ее лицо сияло радостью.
— Тут настоящий лес! Мы поступили правильно!
Эти слова помогли ему собрать последние силы и с помощью ремня и рук Эшлы взобраться наверх. Сидя на стене, они смотрели на незнакомый, но приветливый серо-зеленый лес. Это был не Ифткан и даже не тот лес, в котором бесчинствовали поселенцы, но все-таки лес.
Нейл не видел ничего, кроме этой зелени. Внезапно напрягшееся тело Эшлы вывело его из оцепенения. Голова девушки повернулась, остроконечные уши насторожились, глаза пристально смотрели в лес.
— Что там? — Нейл подавил в себе чувство тревоги. Сам он не слышал и не видел ничего необычного. — В чем дело?
Но Эшла уже перекинула ноги на ту сторону. Она даже не оглянулась, будто Нейл для нее больше не существовал. Она добежала по неглубокому песку до деревьев и исчезла.
— Эшла! Иллиль! — крикнул Нейл, но ему ответило лишь глухое искаженное эхо.
Он медленно и неуклюже сполз на землю. Внизу клочьями тянулся туман и вился меж стволов. Это, подумал Нейл, настоящий лес. И где-то в нем сейчас Эшла. Он нашел на песке ее следы и пошел по ним.
Внешне это был лес как лес. Но Нейл напрасно прислушивался, стараясь услышать звуки насекомых или другой лесной живности. Вокруг было неестественно тихо. Словно лес был незаконченной копией других здешних лесов.
По едва заметным признакам он шел по следу Эшлы. Похоже, она бежала к какому-то конкретному месту. Бежала, не разбирая дороги. Но куда и зачем?
Наконец Нейл очутился на поляне. Два… три… четыре, считая вместе с тем, кто стоял напротив Эшлы. Четверо зеленокожих, большеухих. Неужели это настоящие ифты? Или такие же переродившиеся, как они с Эшлой? Все четверо — мужчины в истрепанной лесной одежде, как у него с Эшлой. Двое вооружены ифтианскими мечами, у третьего — деревянное копье с хрустальным наконечником.
Нейл быстро оглядел группу, но тут же сосредоточил все свое внимание на стоявшем перед Эшлой.
Незнакомец был несколько выше остальных и больше от них ничем не отличался. Нейл пытался понять, что происходят. Глядя на этого оборванного, но спокойного охотника, он почувствовал не только уважение к нему, но и готовность поступиться своей независимостью и свободой. Это ощущение появилось на минуту, но Нейл поборол его.
— Кто ты? — спросил незнакомец.
Нейл готов был ответить, но сообразил, что вопрос задан Эшле.
— Иллиль. А ты — Джервис, — ответила она уверенно, почти нетерпеливо, как бы считая такой вопрос ненужным.
Его зеленокожая рука поднялась в предупреждающем жесте:
— Я Пит Сейшене.
— Ты Джервис, Мастер Зеркала!
Назвавшийся Питом быстро шагнул вперед, ладонью одной руки зажал ей рот, а другой крепко обхватил девушку. В то же мгновение Нейл прыгнул на него с обнаженным мечом.
Эшла отчаянно, но тщетно пыталась вырваться из сжавших ее рук. Нейл замешкался, боясь задеть девушку, и это колебание оказалось для него роковым. Инстинкт предупредил его об опасности, но долею секунды позже, чем следовало. Тупой конец копья ударил его по голове, и Нейл упал.
Холод… зелень… он лежал на траве в Ифткане, и ветви деревьев пели на осеннем ветру. Ночью будет праздник Прощания с Листьями, и он пойдет во Двор Девушек для выбора.
Девушки… Одна — с худым бледным лицом, несколько усталым и печальным, Эшла… Нет, Иллиль. Иллиль-Эшла. Одно имя уравновешивает другое…
— Вот таким образом, сестренка. Мы как были здесь, так и останемся, пока не победим.
Слова из воздуха. Нейл не понял их, но услышал ответ:
— Ну, тогда я Эшла с участка.
— Здесь ты всегда Эшла, не забывай этого. А я — Пит, а это — Монро, Дерек и Торри. А твой порывистый друг — Нейл. Мы — инопланетники, поселенцы, только и всего, и ничего более.
— Но ведь это не так. Достаточно поглядеть на нас.
— Мы полностью чужды этой Силе. Дело не в физическом, облике, а в мозге и в хранящейся в нем памяти. Теперь ТО-ЧТО-ЖДЕТ не уверено, мы ли это. Но в один прекрасный день ЖДУЩЕЕ узнает правду, и тогда…
— Понимаю.
Нейл ничего не понял, но заставил себя открыть глаза и повернуть голову. Он лежал на плетеной из листьев циновке под грубым навесом. Вокруг небольшого костра расположились четверо мужчин и Эшла. Сидевший рядом с ней ифт — нет, человек — повернул голову, встретился глазами с Нейлом, быстро поднялся и присел на корточки рядом:
— Как ты себя чувствуешь?
— Кто ты? — вопросом ответил Нейл.
— Я Пит Сейшене, Перворазведчик Инспекции. А это, — он махнул рукой в сторону людей у огня, — Хэф Монро, астропилот с «Торстоуна».
В Нейле шевельнулось далекое воспоминание: «Торстоун» — давно пропавший крейсер… Неужели это правда?
— Дерек Верстер с участка Верстеров и Ледим Торри, врач Синдиката.
Синдикат? Но люди Синдиката покинули Янус тридцать лет назад! Однако зеленокожий ифт, которого Сейшене представил как врача, казался совсем юным. Перворазведчик, астропилот, мастер участка, врач Синдиката — широкий ряд должностей на Янусе, охватывающий, возможно, все то время, в течение которого планета известна Инспекции.
— Вы все… — Нейл споткнулся на слове «подменыши», впервые услышанном на участке Козберга, — переродившиеся?
Большеухая голова Сейшенса качнулась в знак отрицания. Жест был медленным и выразительным.
— Мы — инопланетники из разных времен и миров, прибывшие на Янус по разным причинам. Вот кто мы сейчас и кем будем здесь. А кто ты?
— Нейл Ренфо, завербованный рабочий.
— Хорошо. Не забывай этого, Нейл Ренфо, и мы легко договоримся. Прости, что нам пришлось тебя ударить, но на уговоры не было времени.
— Что это за место? Как вы сюда попали? — Нейл приподнялся на локте. В голове его ворочалась тупая боль, но сам он уже не был настолько туп, чтобы не понять определенный смысл речи Сейшенса — тот предупреждал о какой-то вполне реальной опасности.
— Это… в некотором роде тюрьма. Мы сами не слишком много знаем о причинах нашего пленения, разве что ощущаем беспокойство. Как мы сюда попали? Ну, мы пришли разными путями и в разное время. Монро и я искали друга, который пошел в этом направлении и исчез. Нас захватил…
— Оживший скафандр? — перебил Нейл.
— Да, ходячий скафандр, — согласился Сейшене. — Торри мы нашли уже здесь — он первым попал в резервацию. Его схватили возле реки; он пытался сократить путь на запад. А Дерек пришел позже с товарищем, который предпочел уйти.
— Значит, можно уйти? — удивленно спросил Нейл.
— Можно, если решишься на самоубийство. Можно также пробраться к Белому Лесу — если тебе не сидится на месте, а решительности больше, чем ума.
— Значит, вы просто сидите кружком и ждете, не случится ли чего-нибудь? — ошеломленно спросил Нейл. Насколько он понимал Сейшенса, подобная пассивность была явно чужда его природе, и Нейл не мог поверить, что тот говорит серьезно.
— Именно так, ждем, — уверил его Пит. — Мы ждем и помним, кто мы и где мы.
Опять подчеркнутое предупреждение. Нейл сел. Все смотрели на него как-то особенно, словно ждали чего-то, что поможет им вынести важное суждение или оценку.
— Долго ли нам ждать? — спокойно спросил он.
— Неизвестно. Возможно, до тех пор, пока противодействие не проявится в открытую. Или до тех пор, пока не найдем собственного решения. Теперь же… — Сейшене взял чашку и подал Нейлу. В ней было что-то горячее. Нейл попробовал: тушеное мясо — и жадно съел все содержимое чашки.
— Становится светло, — Торри встал, держа в руке копье. — Давайте-ка обратно в укрытие.
Он подошел к Нейлу и помог ему встать.
— Куда мы идем?
— Прятаться от солнца, — коротко ответил бывший врач. — Днем мы здесь, как слепые. Плохо оказаться на открытом месте.
— А попасть в Белый Лес при солнце — это конец, — добавил Сейшене. — И мы никак не можем разработать способ прохода через него ночью. Это и есть засов нашей тюрьмы, Ренфо.